Чтение онлайн

– Спасибо, госпожа.

День пролетел незаметно, даже для ворчливой Дипали. Она уже много лет не была в Майсуре и, сейчас, как настоящая женщина, наслаждалась прогулкой по магазинам.

К вечеру Амар и Малати, словно навьюченные верблюды подошли к магазину.

– О, братец, Амар! Ты, наверное, скупил весь Майсур! – крикнул водитель, кидаясь на помощь садовнику. – Думаю, сразу мы все не увезем!

Лувиния, увидев через стекло магазина, садовника вышла на улицу.

– Сатиш, помоги Амару сложить покупки в багажник. Что не влезет, отнесите в магазин. А завтра заберешь с утра и отвезешь в поселок.

– Да, госпожа. Я Вас понял. Сейчас домой?

– Да, Сатиш.

– Малати, я хочу подарить тебе материал для свадебного сари и украшения для вышивки. Думаю, ты успеешь его сшить к своей свадьбе. Сатиш завтра все привезет к вам домой!

– Спасибо, госпожа.

Всю дорогу до дворца Малати молчала, с грустью представляя, как ей тяжело будет жить с нелюбимым человеком. Подъехав к дворцу, Лувиния пригласила всех в дом утолить жажду холодным шербетом.

– Спасибо, госпожа! Вы и так нам оказали неоценимую услугу, – сказал Амар.

– Амар, Вы служите нам много лет. Поэтому, пожалуйста, пройдите, мне будет приятно, а я с Малати пока поднимусь в комнату.

Дипали толкнула Амара, что бы тот не сопротивлялся и сосед послушно через холл прошел на кухню, где колдовала Пратибха.

– Как же вы долго! – воскликнула Гори, увидев приехавших.

– Амар, не жалел для дочери ничего. Сатиш завтра еще довезет покупки. Часть их осталась в магазине. Амар со своей спутницей на кухне, а я себе не прощу, если не сделаю подарок Малати, – сказала Лувиния, поднимаясь по лестницам в свою комнату.

– Вы сама щедрость, госпожа Лувиния!

Хозяйка с девушкой поднялись на второй этаж и оказались в длинном коридору, который был оформлен картинной галереей с изображениями хозяев дома. Вдруг Малати остановилась и замерла перед портретом Раджана. Она оторопела от неожиданности увидеть здесь своего спасителя.

– Нравится? – спросила Лувиния, увидев, как сильно заинтересовал девушку портрет сына.

– Да. А кто это?

– Это мой сын Раджан! – улыбнулась Лувиния и, взяв девушку за плечи, повела в свою комнату.

Гори, последовала за женщинами и очень удивилась, что Малати не знала, кто был ее спасителем.

– Смотри, Малати! Это красивое ожерелье украсит твою шею и будет напоминать обо мне.

Девушка заплакала, сжимая в руках дорогое украшение. Теперь, она ясно понимала, что все ее мысли о молодом человеке, это только ее мечты и грезы.

– Госпожа, но Вы же это покупали для Вашей …..

– Гори, да. Для моей дочери, которой не суждено было родиться. Я не знаю почему, но я хочу, что бы эта вещь принадлежала Малати.

– Госпожа, Вы очень добры! Ваша щедрость не знает пределов! Я не знаю, как я могу Вас отблагодарить!

– А, ты приходи завтра ко мне. У тебя хороший вкус и я хочу с тобой посоветоваться. Мне интересно твое мнение.

– Хорошо, госпожа.

– Сатиш утром заедет за тобой и привезет. Сам поедет за оставшимися покупками, а вечером отвезет тебя домой.

– До завтра, госпожа, – сказала Малати, украдкой поглядывая на портрет Раджана.

«Раджан. Его зовут Раджан. Его образ навсегда останется в моем сердце».

*****************************************

– Шанти, Вы голодны? – спросил Стивен девушку ближе к обеду.

– Немного.

– Тогда нам надо поторопиться, потому, что в два часа у нас операция.

– У Вас, доктор Харрисон.

– Нет уж, дорогая Шанти! Отец сказал, что бы Вы были моей тенью, иначе он выгонит Вас с этого отделения.

– Хорошо, что Вы предлагаете?

– Рядом с больницей стоит продавец сладких булочек. Я могу поспорить, что таких Вы не пробовали.

– Хорошо, я сейчас схожу.

– Шанти, Вы пока заварите свежий чай, а я схожу за нашим обедом. Договорились?

– Слушаюсь, доктор Стивен!

Со столь неожиданным появлением очаровательной практикантки, Стивен почувствовал, что сзади у него появились крылья. Крылья бодрости, желания улучшить мир, стремления быть первым. «Какая интересная девушка!» – подумал Стивен и поймал себя на мысли, что впервые его так серьезно заинтересовала представительница женского пола.

– А, вот и я! – громко сказал Стивен, входя в кабинет с пакетом вкусных булочек, аромат которых за пару секунд окутал все помещение.

– Аппетитный запах уже сводит с ума, – сказала, улыбаясь Шанти, раскладывая выпечку в тарелке.

– О сведении с ума Вы скажете, когда их попробуете!

– Действительно, это очень вкусно!– попробовав, подтвердила девушка.

– Шанти, почему Вы захотели стать врачом?

– Это у меня с детства. Мать бросила нас с отцом и, ему приходилось брать меня часто на работу, потому что бабушка постоянно упрекала отца за связь с непутевой белой женщиной. А я, как бельмо на глазу у нее была. Мне чаще всего попадало за проделки мои братьев и сестер. Поэтому я предпочитала сидеть у отца на работе, чем раздражать бабушку. С детства я насмотрелась на больных. Радовалась, когда отцу удавалось помочь людям, и огорчалась, когда пациенты покидали здание больницы со слезами на глазах. Наверное, именно это стремление помочь людям, сподвигло меня стать врачом. А Вы, доктор, как к этому пришли?

– Я первый раз запомнил визит доктора, когда моя сестра Саманта, мы двойняшки, тяжело заболела. Мы с мамой не отходили от нее в течение долгого времени, боясь потерять. Но доктор приезжал к нам каждый день и, состояние сестры потихоньку стабилизировалось. Тогда я решил, что обязательно стану врачом, что бы прийти в любую минуту на помощь своей семье. А семья у нас очень большая!

– Это счастье – иметь большую и дружную семью. А мы с отцом живем вдвоем. После предательства мамы, отец не женился. Посвятил себя работе и мне. А кроме сестры двойняшки у Вас еще есть братья и сестры?

– Да! – весело сказал Стивен, вспоминая взбаломошную младшую сестренку. – Моей младшей сестре Радхе скоро четырнадцать лет. Она уже вовсю готовится выйти замуж за сына нашего мэра.

– Веселая девочка! – засмеялась Шанти.

– А вообще, наш дом находится за городом на территории дворца Эвансов.

– А! Это тех самых крупных производителей текстиля!

– Да, да! Тех самых. Мой отец управляет их делами в городе. А дядюшка Дэвид руководит непосредственно всем комплексом.

– Дядюшка?