В плену по доброй воле
Шрифт:
«Динамитом глушить не начни. Ни хвоста, ни чешуи!» – смайликов прибавилось, как и градусов в моём настроении.
Возвращаясь к своему месту, я прихватила из холодильника чудом уцелевший после налёта посетителей кусочек тирамису. Цапнула из подставки две ложки и, чересчур амплитудно покачивая бёдрами, вернулась в зал.
Кажется между четвёртой и пятой стадией опьянения появилась ещё одна. Затуманенный ликёром и ожидающим меня мужчиной мозг с лету не придумал нормальное название, поэтому решил пока оставить рабочее – «киса». Примерно этим животным я ощущала себя, ловя на коже скользящий по мне взгляд Андрея. Темные глаза, пристально рассматривали меня, а бровь поползла вверх, когда коленка выглянула из разреза на юбке, стоило мне сесть. Я поставила тарелку с лакомством в центр стола, и парень отвлекся на тихий стук керамики о столешницу.
– Решила перекусить? – с прищуром спросил он, кивнув на десерт.
Вместо ответа, я подняла ложку, отщипнула кусочек и запустила себе в рот, не сводя глаз с Андрея. Он следил за моими действиями, а я видела, как ещё сильнее темнеют его глаза, делая похожим на дьявола. Он потер пальцами небритый подбородок. Я же представляла себе, как эта щетина будет царапать мою нежную кожу, мешая удовольствие с болью.
– Знаешь, как переводится название этого десерта? – спросила, уже почти полностью растворяясь в его взгляде.
– Как?
Голос Андрея был хриплым, грудным. От этого тембра мурашки прокатились от шеи в низ живота и остались там, настырно сворачиваясь в клубок. Когда он взял вторую ложку, зацепил ею немного торта и поднёс к моему рту, я думала, свихнусь. Приоткрыла губы и снова сомкнула, медленно стягивая с ложки сладкий кусочек.
– Тяни. Меня. Выше, – ответила полушепотом, разделяя слова.
Он приподнялся на локтях, вытянул вперёд руку и впился пальцами в мои скулы, фиксируя лицо и чуть наклоняя голову набок. Возбужденно дыша, провёл носом по моей шее вверх и остановился около губ. Я вздрогнула и глубоко вдохнула, когда он слизнул капельку маскарпоне, застывшую в уголке рта.
– Сладкая, – прохрипел Андрей и утопил остатки моего здравомыслия в наглом поцелуе.
Хотя о каком здравомыслии может идти речь, если уже после трети выпитой бутылки ликёра я потеряла нить разговора и только разглядывала его стальные мышцы, венки на руках, мечтая о том, чтобы он перестал чесать языком и перешёл, наконец, к действию. Никогда прежде не вела себя так. В лучшем случае – поцелуй после первого свидания, секс не раньше третьего. Но сейчас, полностью подчинённая его гипнотическому шарму, я теряла голову. Отвечала на поцелуй, позволяя нашим языкам сплетаться в будоражащем танце.
Рука Андрея опустилась на моё колено. Он вёл пальцами по ткани чулка, бесцеремонно забираясь через разрез к бедру. Я чуть подалась вперёд и, сама не успела сообразить, как оказалась сидящей боком на его коленях с задранной до пояса юбкой. Ухватилась руками за его шею, понимая, что воздуха в лёгких начинает не хватать. Оторвалась от его губ и вдохнула. Издала неконтролируемый стон, почувствовав, как его пальцы через ткань поглаживают мой лобок.
Горячие губы коснулись шеи, вены на которой от возбуждения пульсировали и вздувались. Щетина царапнула кожу. Чтобы не потерять сознание, крепче вцепилась в могучие плечи и тут же пожалела об этом. Мышцы под футболкой перекатывались от каждого движения Андрея, и я, позабыв все нормы приличия, думала только о том, как вопьюсь в них зубами, в то время как его рот будет ласкать мою грудь.
– Боже…
Он сдвинул в сторону мои трусики и провёл рукой по складочкам, вторую перемещая вдоль позвоночника от лопаток к копчику и обратно. Его язык ласкал шею около уха, иногда прихватывая мочку вместе с сережкой. Когда пальцы с нажимом коснулись клитора, я вздрогнула, запустила руки в его волосы, оттягивая голову назад и прижимаясь к манящим губам. Нахально скользнула языком ему в рот, вторя по темпу движениям мужской руки.
Он вдруг замер, закончив выводить круги на клиторе, и медленно погрузил в меня палец до второй фаланги. Вытащил и добавил второй. Я чуть двинула таз навстречу его движениям. По-видимому, робость и стеснение на сегодня меня покинули окончательно. Сидя на руках у Андрея, я елозила задницей, насаживаясь на его пальцы и чувствуя бедром натянувшую джинсы эрекцию. Поцелуи становились грубыми, жадными. Пальцы настойчиво скользили внутрь, заставляя мышцы сокращаться.
За панорамным окном по ночному тротуару изредка проходили люди, даже не догадываясь о том, что происходило внутри кафе. Слава богу, хватило ума снять помещение с зеркальными стёклами и снаружи нас было не видно. Осознание того, что дверь не закрыта на ключ и в любой момент может войти невнимательный посетитель, должны были остановить или хотя бы смутить меня. Но прекратить эту пытку было выше моих сил. Чувствуя, как подкатывает оргазм, я запрокинула голову назад, и Андрей ускорился, ударяя подушечками ладони по малым половым губам и увеличивая стимуляцию.
Из горла вырвался стон. Я задрожала сильнее, а мышцы плотно обхватывали пальцы, которые по прежнему продолжали движение, несмотря на сводящую с ума пульсацию. Голова кружилась от частого дыхания и волн удовольствия, сносящих к чертям мой рассудок.
Не дав мне времени прийти в себя, Андрей убрал руку, вцепился в мой подбородок, развернул к себе лицом и целовал, прикусывая мои губы. Потом поднялся вместе со мной, опустил меня на пол. Положил руки мне на бедра и заставил отступать назад, пока я не коснулась попой к консоли у стены между окнами.
Он сжал обеими руками мою талию так, что стало даже больно. Одним быстрым движением стянул через голову мой топ и стиснул грудь рукой, второй продолжая держать моё лицо. Дёрнул вниз чашечку бюстгальтера сперва на одной груди, потом на второй. Наклонясь, спустился от моих губ к соскам и, дразня, пощекотал языком.
Я упёрлась ладонями в столешницу, уже не доверяя собственным ногам. Его рот обхватывал поочерёдно острые соски, посасывал, задевая зубами, отчего я каждый раз вздрагивала, чувствуя, как нагревается низ живота. Свела бёдра вместе, изнывая от желания почувствовать его внутри себя. Выгибалась, снова чертя полоски ногтями на его голове.
Звук расстегивающейся молнии на джинсах довёл меня до исступления. Не помня себя, протянула руку, едва он спустил боксёры, обхватила головку его члена и повела вниз к основанию. Он выдохнул ртом, чуть нахмурив брови и снова припадая ко мне в поцелуе. Теперь я играла с ним, ощущая власть над этим сильным мужчиной. Плотно держа рукой его ствол, опускалась вниз и вновь поднималась, задевая большим пальцем уздечку на налитой кровью головке. Свободной рукой нырнула под футболку, скользнула вверх, пересчитывая кубики на напряжённом прессе, и Андрей, на секунду отрываясь от меня, стянул с себя поло.
– Твою мать… – только и вырвалось у меня при виде его обнажённого торса.
В одежде он казался мне огромным. Сейчас же и вовсе напоминал великана из сказки. Прекрасно сложенного, возбуждённого великана, угрожающего мне ещё одним сокрушительным оргазмом.
Андрей провёл раскрытой ладонью от моей шеи через ложбинку к животу, задев сосок и сорвав ещё один нетерпеливый стон с моих губ. Коленом раздвинул мои ноги шире и приложил головку члена к лобку. Медленно скользил вниз и снова поднимался, раздвигая половые губы и заставляя меня извиваться в предвкушении.