В плену внезапности
Шрифт:
– Ты такая...?
– Пол задает вопрос.
– Скажи мне. Ответь мне, что ты хотела сказать.
– Возбужденная... заведенная... пожалуйста... я нуждаюсь в тебе...
Я не успеваю больше произнести ни слова, потому что его рот жадно накрывает мои губы, и его тело толкает меня на кровать. Упав на мягкий матрас, я отползаю назад, он тянется к моим трусикам и стягивает их с моих ног, пока не обнажается то самое местечко, которое жаждет, чтобы он оказался в нем.
– Покажи мне, - требует Пол.
Не колеблясь, я раздвигаю колени, демонстрируя ему то, что он хочет видеть. Я делаю это охотно, надеясь, что скоро тоже заполучу то, что хочу. Мои глаза закрываются, а спина выгибается, когда два его пальца раскрывают меня.
– Ох, черт, ты вся течешь.
– Пожалуйста, Пол, мы так долго не занимались любовью ...
– Правда в том, что прошел почти месяц. То, что раньше было частью лучшего в наших отношения, превратилось в разменную монету, которую никто не хотел принимать в обмен на что-либо, или, возможно, мы оба считали цену слишком высокой.
Я начинаю извиваться под его ласками, когда он сгибает пальцы внутри меня. Мой разум наполняется воспоминаниями о нас, пока тело охватывают жар и покалывание. Он искусно управляется со мной, словно играя на идеально настроенном инструменте, пока внезапно я не напрягаюсь, ощущая, как его пальцы покидают меня. Потеря его прикосновений отдается невыносимой пустотой, но, прежде чем я успеваю пожаловаться, он склоняется ко мне, дразня мои бедра и складочки своим твердом членом. Я извиваюсь, пытаясь прижаться к нему как можно теснее, чтобы он, наконец, оказался там, где я так желала его.
– Это то, что ты хочешь, Дженн, заняться любовью?
– Я...да... Пол, прекрати делать это.
Он откидывается назад.
– Ты хочешь, чтобы я остановился?
– Нет, Господи, нет. Я хочу, чтобы ты сделал это.
Он качает головой, поднимая мои колени выше и рассматривая самую сокровенную часть моего тела. Его губы изгибаются в улыбке, но глаза наполнены тревожащей меня темнотой.
– Когда я вижу твою розовую, блестящую и мокрую киску, я не хочу заниматься любовью.
У меня перехватило дыхание, пока я пыталась понять, что он имеет в виду.
Прежде чем я успеваю обдумать его слова, он наклоняется и всасывает мой клитор, толкая меня за пределы удовольствия. Вскрикивая, я хватаюсь за простыни, пока тепло растекается по моему телу, а кожа покрывается мурашками. И вновь его пальцы умело находят ту самую точку внутри меня.
– Нет, - говорит он, и его пальцы возобновляют прежний ритм.
– Я не хочу заниматься любовью. Я хочу трахнуть тебя так, как никогда раньше не трахал. Я хочу провести следующие десять дней, заставляя тебя слышать меня...
– он добавляет еще один палец, и я начинаю задыхаться от интенсивности ощущений, а затем он резко вытаскивает их, начиная коварно перекатывать клитор между пальцами. Удовольствие, которое он вызывает во мне, толкая на самый край почти болезненных ощущений, заставляет каждую мышцу в теле гореть от напряжения, словно мне пришлось взбираться по самому крутому склону, - даже когда я молчу.
Он продолжает дразнить меня, и мой разум словно отделяется от тела.
Пол склоняется все ближе ко мне, пока наши глаза не встречаются.
– И я хочу слышать тебя, даже когда ты молчишь.
Я пытаюсь понять, вслушаться в то, что он говорит, но физические ощущения берут вверх, и я не могу сфокусироваться на его словах.
– Прямо сейчас, - продолжает Пол, - не произнеся ни слова, твое тело говорит мне, что оно хочет того же, что и я.
Проклятье, да!
Он снова двигается надо мной, его толстый, твердый член застыл прямо напротив моего лона.
– Всего лишь один ответ, Дженн, выбирай внимательно. Ты хочешь, чтобы мы занялись любовью, как два женатых человека, или ты хочешь, чтобы я тебя трахнул?
Я даже не задумываюсь о последствиях своего ответа, когда выпаливаю свое желание:
– Трахни меня.
Мой вскрик уходит эхом в бескрайнее море, когда одним толчком он наполняет меня до предела. В этом нет легкости или изящества, и я никогда не была настолько сильно возбуждена. Я боюсь, что вопьюсь ногтями в его кожу до крови, когда с силой сжимаю его плечи и хватаюсь за мужчину, с которым я занималась любовью сотни раз. Я принимаю его, охотно позволяя ему завоевать мое тело абсолютно новым для меня, мощным и доминирующим способом. Это не похоже на занятие любовью. Это трах, и мое тело вот-вот взорвется от удовольствия. Мышцы сводит от напряжения, пальчики на ногах подгибаются, когда он вонзается в меня сильнее, удовлетворяя свои потребности и пробуждая во мне те, что таились где-то глубоко внутри.
С каждым движением его бедер мой оргазм нарастает, пока я не оказываюсь на грани пропасти. Я слышу, как мой голос умоляет его не останавливаться, и мои руки цепляются за него, словно от этого зависит моя жизнь, и я боюсь, что, когда я сорвусь с этой высоты, я не смогу найти дорогу назад.
Глава 4
Пол
В этот момент моя жена выглядит абсолютно сногсшибательно: ее голова запрокинута, шея напряжена, нежная кожа покраснела от соприкосновения с щетиной на моем лице, а ее распухшие губы приоткрыты и готовы округлиться, пока волна удовольствия нарастает все сильнее и вот-вот поглотит ее. Удерживая себя на руках, я склоняюсь к ее груди и по очереди жестко всасываю соски, туго обхватывая их, заставляя ее вздрагивать каждый раз. Быстрые и жесткие ласки посылают острые импульсы прямо в ее лоно, а затем и в мой член. Это лучший образец цепной реакции, которую я когда-либо испытывал, и мне очень интересно узнать, что еще я могу опробовать, чтобы это произошло.
Всю нашу любовную жизнь я старался, чтобы она была удовлетворена. Конечно, я тоже кончал. Но это не все, к чему я стремлюсь. Я хочу большего. Мне нужно больше. Заполучив ее тело в свое распоряжение, я вспомнил о том, как еще до нашей встречи я удовлетворял потребность в доминировании. Я подавил это желание с Дженн, из опасения, что это не то, чего она хотела бы.
Я все еще не уверен, что она нуждается в этом.
Доктор Кайзер сказала, чтобы я был честен с Дженн. Я боялся, что это могло ее оттолкнуть. Я убеждал себя, что не нуждаюсь в контроле, когда мы занимаемся любовью.
Эта ложь разрушала меня изнутри, пока я практически не потерял любовь всей своей жизни.
И сейчас, оказавшись вдвоем на этом острове, у нас есть только одно решение: все или ничего. Я позволил вырваться наружу тому, что уже нельзя остановить, даже если бы захотел.
Ногти Дженн впиваются в мои плечи, и ее просьбы наполняют воздух, заглушая шум морского прибоя, пока я продолжаю дразнить ее, подводя к самому краю и отступая.
Черт возьми, моя жена – сильная, умная, амбициозная женщина, уверенно строящая карьеру. Я не хочу видеть ее босой и беременной. Я люблю драйв и решительность. То, что я по-настоящему желаю и в чем нуждаюсь, — это быть для нее всем, когда дело доходит до удовлетворения ее потребностей, и в то же время она должна удовлетворять и мои нужды.
Я медленно покидаю ее тело, и ее глаза широко распахиваются в ответ.
– Нет... что ты делаешь?
– спрашивает она, и пристальный взгляд ее голубых глаз более красноречив и требователен, чем ее голос.
Я убираю прядь волос с ее прекрасного лица.
– Ты идеальна. Я хочу продолжать трахать тебя.
Ее бедра нетерпеливо ерзают подо мной.
– Тогда сделай это. Я почти кончила.
Моя улыбка становится шире от ее отчаяния.
– Детка, просто подумай. Чего я хочу?