Чтение онлайн

– Ты права. Ты никому ничего не скажешь, пока я тебе не разрешу.

Отворачиваясь к окну, она качает головой. Со временем ее гордая осанка прогибается под неизбежное. Язык её тела говорит мне, что она приняла свою участь. Просто пока я не знаю, как это отразится на её действиях.

Прошло ещё полчаса и я, наконец, свернул на проселочную гравийную дорогу, прячущуюся под навесом деревьев. Домик располагался в полумиле от основной дороги, где "основной" равнялось "единственной". Если не знать, что искать, за деревьями невозможно ничего разглядеть.

Я был здесь вчера, чтобы приготовить всё к нашему приезду.

Мисс Эрика Эллис, возможно, и задержала нашу поездку, но она не сможет убежать от судьбы, даже если попытается.

Паркую грузовик рядом со старым деревенским домиком и поворачиваюсь к Эрике.

– Добро пожаловать в твой новый дом.

Я открываю свою дверь - она не двигается. Я тянусь открыть дверь с ее стороны - она практически перестала дышать.

– Ну, давай же, котёнок. Ты никогда не была робкой.

– Пожалуйста, В... сэр, пожалуйста, не заставляйте меня туда идти. Это всё изменит. Отвезите меня обратно, пока мы не зашли слишком далеко.

Предлагаю ей руку в жесте, приглашающем на танец, и мы танцуем. В некотором смысле так и есть.

– Да, котёнок. Это всё изменит. Когда мы закончим, ты будешь точно знать, что ты моя. Навсегда.

Она вкладывает свою дрожащую руку в мою ладонь. Она такая маленькая, что я обхватываю ее пальцами, запираю наглухо, удерживаю. Эрика смотрит вниз, на грудь, подставленную летнему ветерку.

– Ну-ну. Посмотри на свои твердые сосочки. Ты можешь говорить, что не хочешь туда идти, но твое тело с тобой не согласно.

Она не отвечает.

Я планирую раздеть её догола, как только мы окажемся внутри. Не только её грудь, но и тело - всё тело - будет в моем распоряжении в любое время. Она шагает неуверенно, тихо, очень не типично по сравнению с тем, как она расхаживала раньше. Я наблюдал за её передвижениями в студии, по городу и даже в квартире. Эта неуверенность что-то новенькое, и возбуждает меня сильнее, чем я мог представить.

Я открываю входную дверь, провожу Эрику внутрь и нажимаю на выключатель.

К счастью, накануне я включил генератор. Воздух прохладный, но не слишком, большая гостиная залита светом.

Эрика застывает, открыв рот, когда её ноги забывают, как двигаться.

– Пожалуйста, нет.

Слова предназначены мне, но взглядом она сканирует комнату. Уж точно её внимание привлекла не маленькая кухонная зона. Скорее, Андреевский крест у стены, стол для бандажа рядом и замысловатый крюк на цепи, свисающей с потолочной балки. Под подвесной цепью в бетоне вмонтированы два больших кольца с манжетами для ног.

У стены, где крест, расположился шкаф. Она не догадывается о его содержимом, но я то знаю, что внутри лежит полный набор всевозможных игрушек и аксессуаров. Рядом в открытом для взгляда доступе развешены различные кнуты, стеки, паддлы, флоггеры и трости. Я знаю, что она для них не готова и хотел убрать подальше, но не смог устоять от соблазна увидеть её реакцию на них.

Она с трудом моргает, осознавая окружающее. Но тут её тело вспоминает, как двигаться, и она поворачивается к постели с балдахином на четырех столбиках, к которым прикреплены оковы для запястий и лодыжек.

Эрика сглатывает, зажимая нижнюю губу зубами. Румянец покидает её щеки. Хватка на моей руке становится крепче.

Притягиваю её ближе и громко шепчу на ушко.

– Я знаю, о чем ты фантазируешь.

Она качает головой.

– Что я говорил тебе о лжи?

– Я никогда не говорила об этом...
– она лихорадочно оглядывается вокруг.

– Я видел твой аккаунт на Амазоне. Я знаю, что ты читаешь. А твой Тамблер? Я знаю, что ты смотришь.
– Моя улыбка становится шире, и я делаю шаг назад, отпуская её ладонь.
– Ты грязная шлюшка. От этих книг и видео ты заводишься настолько, что потом мастурбируешь. Думаешь, я не знаю? Ошибаешься. Я знаю, что ты хочешь, чтобы я относился к тебе, как к вещи, и это удобно, потому что ты и есть вещь. Ты моя. Только моя.

Её взгляд опускается к полу, и она прикусывает нижнюю губу.

– Я действительно читаю и смотрю такое, но это не значит, что мне хочется испытать это в жизни...

У меня нет желания спорить с ней об этом.

– Раздевайся. Полностью.

Возвращаюсь к парадной двери и закрываю её.

– Я запираю замки, чтобы наше безопасное уединение не нарушали, а не потому, что боюсь твоего побега. Ты знаешь, как долго мы сюда ехали. Скажи-ка, котёнок, думаешь, ты сможешь убежать?

– Н-нет, сэр, - говорит она, выпутываясь из порванного платья.

– Хорошо, потому что, если сбежишь, и я тебя поймаю, то накажу так, что ты не сможешь ни сидеть, ни стоять, а потом оттрахаю каждый известным человечеству способом. Этого хочешь?

Тёмная река слёз прорывает плотину снова.

– Н-нет, сэр.

Её речь прерывается негромкими всхлипами. Мне приходится сдерживаться от желания слизать солёную жидкость с её щек. И не потому, что я не хочу попробовать на вкус её страх, я лишь не на шутку беспокоюсь, что для неё это будет слишком. Сейчас для неё всё новое, мой котёнок и так держится с трудом.

Как только её одежда и обувь оказываются на полу, я начинаю обучение. Урок номер один: следовать указаниям. Показываю на большой круг света и свисающие цепи.

– Помнишь туфли, которые ты должна была принести?

Она только кивает.

Я смотрю на ее голые ступни и качаю головой.

– Пальчики у тебя устанут.

Выражение её лица становится пустым, когда она осознает, что я имею в виду. Эрика понимает, что стоять с привязанными наверху руками было бы в разы проще, возьми она те туфли на четырехдюймовой шпильке, про которые я говорил.

– Пожалуйста... я не знала... откуда мне было знать?
– тянет она слова, пораженно опустив плечи.

Язык её тела говорит мне, что она понимает - ей не за чем умолять. Всё в моей полной власти.

– Тебе не обязательно знать. Доверяй, слушайся и подчиняйся.
– Когда она не отвечает, я указываю на пол.
– На колени.

Эрика стреляет взглядом на Андреевский крест, её грудная клетка с трудом справляется с воздухом, и она падает на колени.

– Хорошая девочка, - хвалю я, подходя ближе, - Глаза в пол. Всегда в пол.
– Приподнимаю её голову за подбородок.
– Этой идиотской боевой раскраски больше не будет, но сначала... я кое-что тебе обещал.