Чтение онлайн

— Я сама все сделаю, — томно отозвалась девушка и, забрав из его рук бокал, поставила его на стол. Затем сняла с себя одежду, оставшись в одном лишь в кружевном белье, едва прикрывавшем женские прелести. Она умело крутилась перед Тимуром, намеренно разжигая в нем безумный огонь желания. Базанова знала, как действует на мужчин, и беззастенчиво этим пользовалась.

Громов, не отрываясь, следил за ней, с каждой секундой возбуждаясь все сильнее. Сердцем он понимал, что не хочет Карину, все внутри него протестовало против близости с Кариной, но холодный и расчетливый ум подсказывал не противиться и не вызывать ненужные подозрения — она не должна ни о чем знать. Пока для Базановой их отношения остаются прежними, у нее не будет повода доставлять неприятности Ирине. Да и, ко всему прочему, тело настойчиво требовало реванша. Длительное воздержание сделало свое дело, и Тимур, поддавшись искушению, принялся по-хозяйски ощупывать тело Карины.

Базанова сняла с него футболку и, расстегнув ремень на джинсах, подтолкнула к кровати. Тим лег на спину и, отодвинув чувства и эмоции на задний план, с наслаждением наблюдал за тем, как девушка искусно делает ему минет, доводя своим горячим язычком почти до исступления.

Ощутив сладкую дрожь, он остановил Карину жестом и помог ей сесть на него сверху, насадив ее на свой возбужденный член. Громов полностью расслабился, находясь в умелых женских руках. Отдав бразды правления Базановой, он лишь слегка направлял ее, задавая нужный ритм.

Карине только это и было нужно, такая позиция была ей на руку — она прекрасно видела входную дверь. Не спеша двигая бедрами, девушка, как могла, растягивала удовольствие, не желая, чтобы все кончилось слишком быстро.

Тимур, словно под гипнозом, смотрел, как плавно покачивается ее грудь в такт размеренным толчкам. Не сдержавшись, он сжал в ладонях два упругих полушария и оттянул пальцами соски, отчего Базанова выгнулась навстречу его рукам и, откинув голову назад, томно и протяжно застонала.

Справившись с новой волной острого возбуждения, Карина вновь посмотрела на дверь и довольно ухмыльнулась. Судья стояла в дверном проеме и с ужасом смотрела на них. Девушка начала нарочито громко стонать и извиваться, всем своим видом демонстрируя, насколько ей хорошо.

— Мурчик, — на выдохе произнесла она, соблазнительно облизав пересохшие губы и проведя пальчиком по крепкому торсу.

Громов лишь сдавленно промычал в ответ. Он уже был не в состоянии что-либо говорить, мозг отключался.

— Мурчик, ты меня любишь? — спросила Карина, глядя Ирине прямо в глаза в предвкушении ее реакцию.

Московская область. БО «Васильки»

— Ир, ну ты где? — уже в который раз спросила Инга и слегка потрясла Романову за руку.

— Здесь, — виновато ответила женщина и улыбнулась. Мысли ее были далеко отсюда: после ухода Громова она никак не могла взять себя в руки. Его нежный взгляд проник прямо в душу, поселив в ней тепло и умиротворение. Ирина снова и снова вспоминала его фразы, и от каждого произнесенного слова так приятно сосало под ложечкой. Волнение перед предстоящей прогулкой мелкими мурашками разносилось по телу, заставляя сердце биться все быстрее и быстрее.

— Понятно, — заключила она и, встав с кровати, продолжила: — Толку от тебя никакого, давай тогда спать ложиться.

— Да, ты права, давай, — согласилась Ира.

Романова легла в постель и блаженно прикрыла глаза, желая, чтобы поскорее наступило долгожданное утро.

— Ир, — тихо позвала Томилина спустя несколько минут.

— Чего?

— Ты же никуда не пойдешь? — с подозрением спросила она. Инга уже успела изучить характер подруги, а потому боялась, что она в очередной раз влипнет в какую-нибудь неприятную историю. Но Томилина даже не подозревала, что своим вопросом только лишь подтолкнула Ирину на этот отчаянный шаг.

— Нет, — уверенно отозвалась та и распахнула глаза.

— Ну вот и хорошо, спокойной ночи, — мягко улыбнувшись, пожелала девушка и отвернулась к стене.

— Спокойной ночи.

Через некоторое время послышалось ее размеренное дыхание, а у Иры сон как рукой сняло. Взглянув на часы, она глубоко вдохнула и шумно выдохнула — без десяти минут одиннадцать.

Какое-то время Романова лежала и рассматривала потолок. Тревожные думы не давали покоя. Раз за разом она прокручивала в голове события минувшего дня. На одной чаше весов Тимур: его любовь и забота были очевидны, а ее вера в него — непоколебима. Но с другой стороны, Карина… Что она хотела доказать?

Любопытство переполняло, но Ирина упрямо отгоняла ненужные мысли, усилием воли старалась избавиться от навязчивых идей. Твердо решив никуда не ходить и завтра же обо всем рассказать Громову, она перевернулась на другой бок и, закрыв глаза, попыталась уснуть.

Ничего не получилось. Зло скрипнув зубами, она одним резким движением откинула одеяло в сторону и встала с кровати.

Повторяя про себя, что она ни в коем случае не идет на поводу у Базановой — всего-навсего решила прогуляться перед сном — Ира накинула легкий пеньюар и покинула свою комнату.

Проходя мимо спальни Громова, она не удержалась и, тихонько приоткрыв дверь, заглянула внутрь. Увиденное потрясло ее до глубины души. Карина сидела верхом на Тимуре и, извиваясь от удовольствия, громко и надрывно стонала.

Крик готов был вырваться из горла Ирины, но она вовремя зажала рот рукой. Встретившись с ней взглядом, Базанова застонала еще громче и откинула голову назад, демонстрируя всю прелесть ситуации.

Собрав последние силы, Романова отшатнулась и прислонилась спиной к стене. Ей хотелось бежать без оглядки, подальше от этого места, но ноги словно приросли к полу. Сердце бухало в груди, как сумасшедшее — Ира дышала все чаще, но воздуха катастрофически не хватало.

— Мурчик, — будто сквозь сон, услышала она томный голос Карины. — Мурчик, ты меня любишь?

Ледяные мурашки побежали по позвоночнику, заставляя тело Ирины слегка подрагивать, она не хотела знать его ответ, но не могла не услышать его.

— Конечно, — на выдохе произнес Тим.

Обжигающие слезы покатились по щекам, разбивая все мечты и надежды вдребезги. Осколки этого призрачного счастья больно впивались в сердце, оставляя после себя глубокие кровоточащие раны.

— А судья?

— А что с ней? — удивленно спросил Громов. — Это просто работа, что Бушин приказал, то я и делаю.

Романова почувствовала, как ком предательски подступает к горлу, с каждой секундой увеличиваясь в размерах. Внутри все сжималось от невыносимой боли, даже вдох давался с трудом.

— Да? А я думала, она тебе нравится, — не унималась Базанова. Ей во что бы то ни стало нужно было добиться от Тима признания. Девушка интуитивно ощущала, что соперница все еще стоит за дверью и прекрасно их слышит, и хотела причинить ей самую острую и жгучую боль.