Чтение онлайн

— Понимаю. А вы тоже растили Силу? Для чего.

— Разве нужна причина? — улыбнулся мэтр. — Ну ладно не дуйся. Я был сыном крестьянки, а мой отец, отец по крови, — герцогом Хэрмард, сильнейшим магом рода. Он отказался признавать меня. Тогда я поклялся, что завладею герцогским троном по праву Силы.

— Ха, а еще меня стыдили, когда я выразила опасения, что отчим хочет отнять у меня наследство. А сами-то! Сами! А между прочим мои опасения не беспочвенны — Алек зачитывал мне прошение графа Райзенде в Суд герцогства Эрхард признать меня потерявшим Силу магом, и передать главенство родом ему, потому что других магов в семье нет. Я еще подивилась, почему он не потребовал вывести род из магического дворянства в обычное, чтобы уж точно никаких вопросов по наследству не возникало. Его всегда возмущал тот факт, что я, его не родная дочь, наследую земли и титул. И с этим он ничего не может поделать.

— И тебя не удивляет почему? — тихо спросил мэтр не глядя на меня.

— Не может быть, — внезапная догадка заставила подпрыгнуть на стуле. — Мама беременна… Но откуда вы знаете? Я никому не говорила. Да и Найдин должна была молчать.

— Я на днях разговаривал с мастером Эрвиндиэль и он рассказал мне о своем эксперименте. Вообще-то он просил у меня поручительства. Понимаешь, он хочет представить результаты эксперимента магическому сообществу и защитить магистерскую, но тема столь деликатна и по соглашению с твоими родителя он не имеет права называть ни имен, ни показывать слепки аур… Совершенно ничего, что могло бы натолкнуть как на родителей, так и самого ребенка. Словом, это будет не представление диссертации с доказательной базой, а голословные заявления. На такой случай и требуется поручитель. Моего слова, что эксперимент состоялся и был успешным, будет достаточно.

— Так уж и достаточно? — усомнилась я.

— На то я и целый мэтр с безупречной репутацией. Поверь большая часть работ так и защищается. И после защиты, уже магистр Эрвиндиэль может открыто продавать эту услугу. Уверен, что она поможет многим семьям.

— То же хочу что-нибудь открыть или изобрести!!!

— Ага, — усмехнулся мэтр, — самолетающий механизм.

— А вот и изобрету!!! — нагло заявила я и сделала большой глоток вина.

Закашлялась и неожиданно для себя спросила:

— А вы видели оборотней?

— Хаос с тобой, Василика! — возмутился мэтр. — Я конечно уже немолод, но не до такой же степени. Конфликт оборотней и эльфов случился, когда Адрастерион только-только пришел в Драконий Край и построил первый город, а это случилось… Когда это случилось?

— Более двух тысяч лет назад. Но неужели ни одного оборотня не осталось?

— Может и есть. Но за эти две тысячи лет ни одного случая появления оборотней не зафиксировано. Земля, где они жили — мертва. Там ничего не растет — каменная пустыня и остатки исполинских деревьев. Принято считать, что расы оборотней более нет в нашем мире.

— А вы были на территории перевертышей?

— Был. Каждый уважающий себя маг считает обязанным проникнуть на землю оборотней. Причем непременно через закрытые эльфийские границы. Уверен и ты совершишь это путешествие.

Посмотрела в тарелку с салатом. Но есть его я не стала. Давно чувствовала, что мир плывет — я выпила два бокала и чувствовала, что необходимо освежиться, но интереснейшая беседа с мэтром останавливала меня. Но сейчас мне просто необходимо немного протрезветь, чтобы не допустить конфуза. Извинившись, я удалилась в уборную. Несмотря на опьянение, ноги держали меня крепко.

В туалете были две молодые дамы. Они обсуждали мэтра Власа и его спутницу. Я не сразу сообразила, что это они про меня сплетничали. Вот нахалки! Увидев меня, они замолчали и через несколько минут покинули уборную. Я осталась одна и с удивлением разглядывала незнакомку в зеркале. Выглядела она лет на восемнадцать, ну может чуть помладше. Имела румяные щеки, пухлые алые губы и ярко подведенные черным карандашом глаза. Глаза кстати были зеленые — воспользовалась каплями, придающие иной оттенок радужке. Облик завершала высокая прическа с несколькими выбившимися прядями и очень скромное, по меркам столичной моды, платье. Правильно леди сказали: ‘провинциальная замухрышка’. Но кто же знал, что в столице принято ходить с почти голой грудью? В журналах наряды выглядели более скромными.

Подышав несколько минут в открытое окно, почувствовала, что хмель немного выветрился и я могу вернуться за столик.

В зале меня ждал сюрприз. Неприятный. Леди, занявшая мое место, была одета пожалуй в самое откровенное платье, которое я когда-либо видела — огромные груди практически выпадали из низкого корсажа. Незнакомка лениво ковыряла вилкой мой салат и с улыбкой внимала явно сердитому магу.

— Инесс, вернись за свой столик. У меня деловые переговоры, — услышала я голос мэтра, подойдя к нашему столику.

Так значит “деловые переговоры”? Ну-ну. Я насупила брови и грозно вопросила:

— Влас, — остановилась, пожевала язык, удостоверилась, что он не отсох из-за того, что обратилась к наставнику без уважительного “мэтр” и продолжила, — как это понимать?

— Леди Инесс тей Броше уже уходит.

Намек мэтра был более чем понятен, но красотка не вняла ему. Она откинулась на спинку стула и с сочувствием уставилась на меня. Самое обидно, что не только леди Инесс так смотрела на меня, но и остальные гости ресторана.

— Знаешь, Влас, я готова поверить тебе. С подобной особой можно ходить только на деловые переговоры.

Что-о-о? Это как понимать?

От возмущения я чуть не взорвалась, но промолчала, ибо не знала, что нужно говорить в подобных случаях. Но с другой стороны нужно хоть что-то сказать, раз уж я заявила свои права на мэтра. Блииин, ну почему я не знаю, что сказать?

— Влас, — леди тей Броше наколола на вилку малюсенький помидор и поднесла к губам, — с каких это пор ты стал интересоваться детьми? — тут она стянула губами с вилки помидорчик.

Фу, как пошло!

— Инесс, вернись к мужу. Не позорь ни его, ни себя.

— Оставим слабаков и детей, Влас, — Инесс наклонилась вперед отчего ее груди стали видны практически полностью, — отправь этого ребенка домой и проведи этот вечер со мной. По-взрослому. — Она провела пальцем по краю корсажа.

М-да, весьма прозрачный намек. Но мэтр не понял его, либо не был настроен сегодня “играть по-взрослому”. Он сжал побелевшие от гнева губы и вознамерился в очередной раз повторить “Инесс, вернись за свой столик”, как в разговор вступила я. Хорошо, что я не вся протрезвела, а то так и не осмелилась бы рта раскрыть.

— Все никак не могу понять: вы настолько глупы или плохо воспитаны, что не можете понять, что вам здесь совсем не рады? — Сказано это было тихо, так чтобы разговор оставался между нами. — Вам лучше уйти. Не позорьтесь еще больше.

— Кто здесь позорится, милочка, так это ты! — Был мне ответ.

Я прикинула ситуацию: мое место занято ослепительно красивой полуобнаженной леди, мужчина, с которым я пришла, сидит с непроницаемым лицом и обменивается с ней репликами. Тут возвращаюсь я и останавливаюсь рядом с кавалером, топчусь на месте и во все глаза пялюсь на красотку. Сесть на другое место не могу — это значит признать свое поражение, изгнать незваную гостью без скандала пока не получается. Я явно в проигрыше ибо общество видит, что мэтр Влас не предпринимает никаких действий: смотрит на полуобнаженные прелести Инесс и что-то тихо говорит. На меня не взглянул ни разу. Ну тут и понятно — я по сравнению с блистательной леди Инесс словно гадкий утенок рядом с белокрылым лебедем.