Чтение онлайн

Фрост указал на стеклянный шкаф с толстыми резиновыми уплотнителями:

— Это то, что позволило мне наконец обнаружить ДНК атлантов. Вот один из выданных компьютером вариантов.

Нина заглянула в шкаф. Внутри стояли стеклянные и стальные цилиндры, наполненные бесцветной жидкостью.

Она была уверена, что это не простая вода.

— Что в них? — тревожно спросила она.

— Я называю это «трезубец», — сказал Фрост. — Могучее оружие Посейдона. В каждом из этих цилиндров содержится в виде суспензии генетически составленный вирус.

Нина отшатнулась от стекла.

— Что?

— Он совершенно безопасен, — заверила ее Кари, — по крайней мере для нас.

— Что значит — для нас?

— У нас иммунитет, — пояснил Фрост, — вирус безвреден для нас. Он сконструирован таким образом, что не может воздействовать на уникальное сочетание генов, имеющееся в ДНК атлантов, даже если это сочетание подверглось мутации. А вот для тех, у кого отсутствует такое генное сочетание, он стопроцентно смертелен.

У Нины появилось такое ощущение, словно из комнаты откачали весь воздух.

— Боже мой! — ужаснулась она. — Вы сошли с ума? Нет, не отвечайте. Вы определенно безумны!

— Нет, Нина, пожалуйста, послушай, — вступила Кари. — Я понимаю, тебе это непросто принять, но в глубине души, абстрагируясь от своей социальной зашоренности, ты знаешь, что мы правы. Мир — помойка, и ситуация становится все хуже. Единственный способ не дать ему перейти черту, из-за которой нет возврата, — это восстановить правление атлантской элиты.

— Считать, что массовое убийство — это чудовищно, не означает социальной зашоренности! — крикнула Нина. — Вы на полном серьезе говорите мне, что планируете стереть с лица земли восемьдесят четыре процента человечества? Это же почти пять с половиной миллиардов живых людей!

— Это необходимость, — сказал Фрост. — Если мы не сделаем этого, человечество захлебнется в собственных отходах. Бесполезные будут численно превосходить нас в сотни раз и станут потреблять ресурсы, пока они не иссякнут. Фонд Фроста объединит выживших на всей планете.

Нина медленно попятилась.

— С вами во главе? Вы говорите о людях, а не о мусоре! И когда же вы планировали начать ваш маленький апокалипсис?

Фрост мрачно усмехнулся:

— Я ничего не планирую, доктор Уайлд. Я уже делаю это.

Нине опять стало трудно дышать.

— Что?

— На другой стороне фьорда на взлетной полосе стоит самолет, грузовой «Ан-380». Через пятнадцать минут он взлетит и направится сначала к Парижу, потом к Вашингтону. Во время полета он распылит вирус «Трайдент» над Европой, потом в североатлантическом воздушном потоке и, наконец, над восточным побережьем Соединенных Штатов. Наши прогнозы показывают, что в течение месяца вирус достигнет каждой населенной части планеты. Все не имеющие генома атлантов будут инфицированы.

— А что потом? — прошептала Нина.

— А потом… — Фрост подошел к изолятору и стал нажимать кнопки на пульте. Черные окна деполяризовались и приобрели прозрачность. — Случится это.

Нина медленно шагнула вперед. Антисептическая, совершенно белая камера, пустая, за исключением унитаза из нержавеющей стали и низкой скамьи, на которой лежал…

Она зажала руками рот, сдерживая крик.

— Джонатан…

Глаза Филби были устремлены в потолок, белки кроваво-красные из-за лопнувших сосудов. Его кожа казалась влажной, мертвенно-бледной, грудь ходила ходуном от затрудненного дыхания.

— Он был инфицирован вчера, — сказал бесстрастно Фрост: от его тона по телу побежали мурашки. — Вирус «Трайдент» поражает периферийную нервную систему, отключая органы. Если все пойдет так, как показывает моделирование, он умрет через шесть часов.

Нине стало дурно, и она отвернулась.

— Вы не можете дать ему умереть. Прошу вас: вы уже доказали свою правоту, — дайте ему антидот, какую-нибудь вакцину…

— Нет никакой вакцины, — ответил Фрост. — Она бы свела на нет цель, ради которой все делается. Раз вирус выпущен на волю, он сделает то, для чего создан. Единственным исцелением является смерть.

— Нина, — тихо сказала Кари, — он получил то, что заслуживает. Он предал нас, предал тебя, продал твоих родителей Кобре. И собирался сделать то же самое с тобой. Он не был тебе другом, а заботился о тебе лишь из чувства вины.

— Никто не заслуживает такого, — проговорила Нина. Кари положила ей руку на плечо, но она со злостью стряхнула ее. — Не прикасайся ко мне.

— Нина…

Она резко развернулась к ним, ее душил гнев.

— Вы что думали, я смирюсь с этим… геноцидом? Это безумие! Это было бы величайшим актом зла в истории человечества! За кого вы меня принимаете?

— Ты одна из нас, — настойчиво заявила Кари.

— Нет! Я совсем не такая, как вы! И не собираюсь участвовать в этом!

— А жаль, — холодно бросил Фрост. — Потому что сложилась ситуация, при которой вы либо с нами, либо против нас.

— Вы правы, я против вас!

— Тогда вы умрете. — Фрост полез в карман пиджака. Нина видела, как он достал плоский серебристый пистолет. Блестящий ствол повернулся, черный глаз дула уставился ей в грудь. Ей хотелось повернуться и бежать, но шок от увиденного и услышанного пригвоздил ее к полу. Она видела, как вены на тыльной стороне его ладони напряглись, палец вот-вот надавит на спусковой крючок…

— Па! Нет!

Кари толкнула руку отца как раз в момент выстрела. Пуля пролетела мимо, ударившись в стену позади нее. Нина попыталась закричать, но из горла вырвался лишь придушенный хрип.

На лице Фроста было выражение едва сдерживаемой ярости, когда дочь отчаянно о чем-то умоляла его на норвежском. Затем он успокоился.

— Моя дочь только что спасла вам жизнь, доктор Уайлд, — сказал он. — Пока.

— Нина, пожалуйста, — быстро заговорила Кари. — Я понимаю, что это все обрушилось на тебя как лавина, но, прошу тебя, выслушай меня. Я знаю тебя, я знаю, что ты одна из нас, что ты думаешь так же, как и мы. Разве ты этого не видишь? У тебя может быть все, что угодно, абсолютно все, если ты присоединишься к нам. Пожалуйста, просто подойди к этому рационально.

— Рационально? — взорвалась Нина. — Вы планируете искоренить большую часть человечества, а ты предлагаешь мне подходить к этому рационально?

— Это бесполезно, — сказал Фрост. — Я знал, что она отреагирует именно так, еще после ее отказа убить Кобру. Она слишком напичкана моралью своего общества. Ее не переубедить.

— Можно переубедить, — продолжала настаивать Кари, в ее голосе слышалось отчаяние. — Я знаю, что ее можно переубедить!