Чтение онлайн

– Но я папу не вижу, – это не вопрос – это утверждение. Но Лэндон все же смотрит вопросительно, и он качает головой.

– Нет, – тихо говорит он.

– Значит, он нас действительно не любит, – бормочет Лэндон, вскарабкиваясь на кровать и садясь на нее. Скорпиус смотрит, как он усаживается рядом, и чувствует себя ужасно виноватым за то, что не может правильно сформулировать слова. Лэндон мал для своего роста, и сейчас он выглядит очень маленьким. Его волосы взлохмачены, а лицо бледное и напуганное.

– Он умер не потому, что вас не любил, – ровно говорит Скорпиус – Он не хотел уходить. Это была не его вина.

– Если бы они с мамой так часто не ругались…

– Это не имеет к этому отношения. Твои родители друг друга любили, – и это правда. Как бы мало он не знал о ситуации с Тедди и Виктуар, он знал, что у них все совершенно не так, как у родителей Лэндона, которые были счастливы и очень друг друга любили. Да, они перебранивались, но это редко было серьезно. Он узнал еще несколько лет назад, когда только начал проводить время с Роуз, что так они всегда и общались. Это было нормально, заверила она его, и она даже не вздрагивала, когда один из них начинал орать или демонстративно уходил. Его собственные родители были другими: если они ругались, то это было серьезно, у них никогда не было игривых перебранок.

Показалось, что Лэндон ему верит, но ничего не говорит. Он изучает покрывало, из которого тянет выбившуюся нитку.

– Никто не уходит от тех, кого любит, – тихо говорит он, не глядя ему в глаза. Он выглядит так, будто повторяет за кем-то выученный урок.

– Иногда по-другому не получается.

Лэндон снова молчит некоторое время, а потом наконец поднимает глаза. Они у него голубые, как у отца и брата. Только у Роуз мамины глаза. Но у него такие же беспорядочные кудри, непослушные и выбивающиеся. Он с секунду изучает Скорпиуса, а потом спрашивает.

– Ты любишь мою сестру?

Его застали врасплох этим вопросом. Непонятно, с чего этот вопрос возник, но он отвечает:

– Да, люблю.

– Ты ее бросил, – напоминающе говорит Лэндон, и Скорпиус немного кривится. – Она из-за тебя плакала. Много.

Ему нечего на это сказать, потому что это правда. Поэтому он смотрит вниз и немного кивает:

– Знаю.

– Почему ты это сделал? Если ты ее любишь, зачем ты хотел, чтобы она плакала?

Он хотел бы ответить, что он не хотел, чтобы она плакала, но правда в том, что хотел. Ему было больно, и он хотел сделать больно ей. Он хотел бы взять все это назад, но не может. Поэтому он просто пожимает плечами, отвечая на вопрос ее брата:

– Потому что дурак, наверное.

Снова тишина. И Лэндон продолжает дергать выбившуюся из покрывала нитку. Если бы Роуз его увидела, то, наверное, накричала бы. Скорпиус ничего не говорит. Но наконец Лэндон находит еще вопрос, и он задумчиво поднимает голову:

– Она тебя любит?

– Надеюсь.

– Ты думаешь, что любит?

И Скорпиус кивает:

– Да, я так думаю, – а потом, в момент редкой неуверенности, ловит взгляд мальчика. – А ты как думаешь?

Лэндон несколько секунд раздумывает и прикусывает нижнюю губу.

– Да, – наконец отвечает он. – Она бы столько не плакала, если бы не любила.

Эти слова жалят, и Скорпиус знает, что это его вина. Ему плохо, но он не может это переделать. Теперь он здесь, и это все, что имеет значение. Он здесь, когда нужен ей, и он не собирается больше уходить.

И тогда, словно он читает его мысли, Лэндон произносит:

– Ты можешь на ней жениться, если хочешь. Не думаю, что она против.

Жениться на ней. С этого и начался весь этот кошмар. Скорпиус не говорит этого, конечно, потому что Лэндон все равно не поймет. Он просто кивает и благодарно улыбается ему за это как-бы-разрешение.

– Спасибо.

– Только не заставляй ее больше плакать, хорошо?

Лэндон и Роуз. Роуз что угодно сделает для этого малыша. Она с ума по нему сходит, любит его безумно. Определенно это взаимно, потому что Лэндон так же оберегает ее, как и она его. Скорпиус улыбается и кивает:

– Хорошо.

И тогда выходит Роуз. Она слушала уже некоторое время, стоя прямо за дверью в свою спальню. Она слышала почти весь разговор, но не хотела вмешиваться. Лэндон встает, чтобы уйти, и она ловит его на выходе из комнаты. Она обнимает его и целует в щеку. Потом выпрямляется и провожает его из комнаты.

– Скажи маме, что мы готовы, хорошо?

Он кивает и уходит, и она идет к кровати, на которой все еще сидит Скорпиус. Она садится рядом с ним и обхватывает его за талию обеими руками. Он поворачивает к ней голову, и, когда он это делает, она тянется к нему и медленно целует. Они нечасто проводили время, целуясь, после того, как он пришел, и они не говорили о «них». Молчаливого взаимопонимания было достаточно, но сейчас она чувствует, что это нужно сказать вслух.

Когда она отстраняется после поцелуя, то поднимает руку и убирает волосы с его лба.

– Я люблю тебя, – твердо говорит она. Он улыбается ей в ответ одной из тех нежных застенчивых улыбок, которые ему так хорошо удаются. – И Лэндон прав, – добавляет она, склоняясь к нему и кладя голову ему на плечо. – Ты можешь жениться на мне, если хочешь.

Последнее предложение она произносит тихо, не зная, как он отреагирует. Она не знает, в силе ли еще его предложение, но она не спрашивает. Он ничего не говорит сначала, а потом она чувствует, как он кивает, когда его голова опускается на ее.

– Однажды, – серьезно говорит он.

И она тоже кивает:

– Однажды.

Люди быстро собираются на похороны. Их проводят в одном из залов министерства. Джеймс неуверен, требуется ли так по правилам для сотрудников министерства и насколько это нормально. Он на самом деле всего раз в жизни был на похоронах, и это были похороны мистера Грейнджера в прошлом году. Конечно, это был магловский похоронный зал, и они отличались от того, что творится сейчас в министерстве. Он не знает, как проходят «нормальные» волшебные похороны, потому что он никогда не тратил время на мысли об этом. Он не думал о таких вещах, как жизнь, смерть, смертность и тому подобное. Когда умираешь, то умираешь. Жизнь остальных продолжается. Такова природа. Такова жизнь.

В основном он держит это при себе, находит место присесть и наблюдает оттуда. Обычно он не бывает настолько угнетен, как сегодня, но сегодня вовсе не обычный день. Ящик в передней части комнаты выглядит чужеродно и пугающе, а он точно не из тех, кто часто пугается. И все же есть в этом что-то, из-за чего он уверен, что ни за что к этой штуке не подойдет. Он не хочет посмотреть вниз и увидеть своего дядю, своего крестного отца, лежащим там, окостеневшим, бледным и мертвым.

Позже приходит Фред и проскальзывает на место рядом с ним. Они разговаривают обо всем, кроме похорон. Они говорят о новой победе Фреда, девчонке по имени Элайна, которая работает в книжном рядом с его магазином. Они говорят о квиддиче и о шансах Англии в этом году. И они говорят о Лили и о том, какая она ужасная маленькая сучка. Фред уже знает всю эту историю в деталях, потому что в их семье новости обычно быстро распространяются.