Чтение онлайн

— Да, госпожа, конечно, госпожа.

Катерина дала крови своим слугам и направилась к старому Кёльну, где на юге располагалась Тремерская капелла.

Забравшись на крышу одного из жилых домов напротив приюта Петра, Катерина заглянула во двор «Либеайма». Постояльцев оказалось много, как и всегда по ночам. Таверна была полна жизни, живности и чудесно, маняще пахла свежей кровью молодых девиц. Ночные бабочки мелькали в окнах второго этажа, перед стойкой, на улице за столиками. Катерина вдохнула аромат, что исходил от людишек, и нырнула головой вниз, цепляясь за ворота таверны, беззвучно проскальзывая на её территорию.

Тёмная фигура на башенке капеллы медленно повернула голову в сторону Палача. Расправив окаменевшие жилистые крылья, создание уставилось на то место, где скрыла себя вампиша, исчезая от посторонних глаз, но не от чутья стража. Когда Кристьян вышел из забегаловки, Палач напряглась. Послание было доставлено, и Петру следовало бы показаться незамедлительно. Она была права, и вскоре Тремер и Юстициар, скрывая свои лица тяжёлыми плащами, вышли из потайной двери на заднем дворе. Катерина беззвучно приблизилась к их повозке, положив ладони на сложенную крышу ландо, чтобы запрыгнуть в повозку вместе с пассажирами. Коган открыл перед господами дверцы, пропуская их внутрь. Вампиры забрались в повозку, слегка покачивая её, облокачиваясь на стенки, и Катерина легко подняла себя, усаживаясь за их спинами, не привлекая внимания и не выходя из своей маскировки.

Замерев за ними, Катерина стала вслушиваться в их слова, но, стоило ей приблизиться к Тремерам, огромная чёрная тень соскользнула с крыши здания и сбила её с ног. Женщина оказалась на земле, придавленная каменной тушей. Откинув неповоротливую горгулью в сторону, она скрыла себя, выпуская когти и приготавливаясь к атаке.

— Спокойно, Джо, — сказал Пётр существу, — это всего лишь Палач, пришла, чтобы сопроводить нас, — добавил он с усмешкой.

Карл дёрнул руками, которые по локоть были покрыты языками пламени, и огонь потух. Встревоженный появлением горгульи Юстициар активировал свою магию, но поняв, кто их побеспокоил, решил отложить смертоубийства.

— Присаживайтесь, Катерина, — проговорил Юстициар, сам занимая место рядом с Петром. Тремеры не видели вампиршу, вновь скрывшую себя, но горгулья Джо, напав на женщину, выдернул Палача из скрытости. Всего пару секунд и этого было достаточно, чтобы вампиры вспомнили, что вампирша находилась у повозки, когда они к ней подошли.

— Спасибо за приглашение, — небрежно сказала Катерина, проявляясь и присаживаясь на козлы. Женщина злобно косилась на горгулью. Тварь расправила крылья, и, сильно оттолкнувшись от земли, вернулась на башенку.

Через пару минут к коляске подвели Диту, и Палач перебралась на сиденье внутри повозки, садясь рядом со смертной.

— Доброй ночи, Катерина, — сказала принцесса, и Палач голодно улыбнулась, не отвечая на её приветствие.

— Откуда Густав узнал о моём прибытии? — спросил Карл, когда над ландо подняли крышу.

— Спросишь у него сам, — фыркнула женщина, смотря на гостя с презрением.

— Я спрашиваю тебя! — Юстициар выделил своё «я», намекая на собственный статус, но лицо Катерины замерло непроницаемой маской: ни единой эмоции и полная неприступность.

Палач не ответила и немного опустила взгляд, чтобы Тремер не посмел использовать на ней гипноз. Трое вампиров дальше ехали молча. Катерина сосредоточено не пускала в свои мысли Тремера и злилась из-за попыток подобного вторжения. Она хотела бы сама проверить его заумную голову, но беззвучная борьба отнимала у неё всё силы. Когда повозка, наконец, остановилась, Катерина выскочила из неё, и тут же исчезла скрывая себя от назойливо взгляда Тремеров.

Коган, управлявший каретой, помог господам выйти и, откинув крышу, отвёл повозку в стойла, пряча прекрасных лошадей Пётра от мелькающих у Берлинского дворца солдат.

Катерина следовала за Карлом шаг в шаг, сообщая своему Сиру о прибытии Юстициара и о попытках его читать её мысли. Это вызвало у Густава своевременное негодование, и, когда гостей ввели в его приёмный зал, Принц был уже порядочно разозлён.

— Принц Берлина, ты не смеешь мне указывать, когда я могу или не могу появляться в городе... — начал Юстициар, уверенный, что его положение позволит ему обойти церемонии.

— Замолчи, низкородный, тебе голоса не давали! — сверкая глазами, перебил его Принц.

— Я – Юстициар. Густав, ты забываешься!

— Это ты забываешься! — Густав поднялся. За Принцем встало двое его детей: Вильгельм и Каспар, а в дверях замерли Палач и Шериф. Карл, оглядев пятерых Вентру, злобно сжал кулаки. — Все пребывающие в Берлин должны представиться мне в течение первой ночи! Ты не исключение, Карл Шрект. Заяви о своём присутствии. Более я не буду церемониться, как в прошлый раз!

Пётр, чувствуя, как накаляется обстановка, сделал пару шагов в сторону и, положив руки на плечи испуганной Диты, встал за её спиной.

Карл медленно успокаивал свою гордость и раздражённого, полного решимости покончить с тиранией города Зверя. Опустив голову, Юстициар рассматривал выродков Густава. Катерина – самая сильная и опасная, стояла за спиной Карла. Её кисти были спрятаны за спиной, но Тремер знал, что она пользуется гангельскими когтями. Её аура пылала желанием крови, и чёрными густыми змеями Палача опутывал знак диаболиста. Глаза женщины нервно подрагивали, она держала с кем-то телепатическую связь, скорее всего, с Принцем, готовая принять его команду к атаке в любую секунду. Сам Густав – безумный, могущественный старик. Его способность контролировать разум могла лишить Карла возможности сопротивляться. Так и случилось при их последнем конфликте. Густав обездвижил Юстициара сначала словом, а потом колом. И, несмотря на всю свою волю, стойкость к гипнозу и сильную кровь, Карл оказался не способен противостоять его приказу. Далее Вильгельм и Эрих – не самые слабые фигуры, но, используя на них огненную магию, Тремер мог бы легко с ними справиться. Обоим Вентру почти нечем было ему противостоять, и, хотя и Вильгельм, и Эрих обладали своим набором преимуществ, перед Карлом они бы не устояли. Каспар был слаб, молод, но в общей массе мог сделать многое.

Но самым неприятным могла оказаться Тремерская защита, что позволяла использовать дисциплины Густаву и не позволяла этого более никому в убежище Принца. Мысленная команда могла активировать её на любого или на всех присутствующих. Всего месяц назад Пётр и ещё четверо сильнейших бессмертных мага создали в Элизиуме Густава самую совершенную защиту, которая могла сравнить лишь с защитой в Венской капелле. Карл знал, как обойти эту систему, так как сам разрабатывал этот ритуал, но действия с магией требовали времени и некоторых предметов, которые он с собой просто так не носил.

Юстициар, взвесив все за и против, склонил голову в поклоне.

— Я – Карл Шрект, Юстициар Тремеров, сообщаю о своём прибытии в Берлин и прошу разрешения остаться в городе.

— Разрешение... не дано, — спокойно произнёс Густав, видя, как беснуется Тремер за своей маской спокойствия. — Ты должен покинуть город до рассвета.

— Не смеши меня Густав, ты не можешь мне указывать!

— Попробуй, возрази! Если с рассветом ты не избавишь меня от своего общества, Тремеры потеряют право на жизнь в городе! Собирай свои вещички и отправляйся, откуда явился. И магичку свою захвати!