Чтение онлайн

— Ещё троих? — Анжело взял документ и быстро его просмотрел: — раз Пётр ручается за вашего человека, то ему будет позволено стать гулем, познакомите меня с ним позже, и я введу в курс всех дел. Но ещё троих... — Анжело кашлянул, словно даваясь смехом.

— Я могу вам передать кое-что ещё! — делая важное лицо, продолжил Тео, — я случайно нашёл эти бумаги, но думаю, вы в них будете заинтересованы.

Тореадор достал письма, которые украл у Анжело Сергий, и протянул старшему гулю. Лишь взглянув на них, Анжело побледнел и стал быстро просматривать, проверяя все ли на месте.

— Где ты их взял? — злобно спросил гуль. — Это очень важные документы. Они были похищены у меня пять дней назад! Где ты их нашёл? — почти прокричал он.

— Это уже не важно, — помахал рукой Тео.

— Это очень важно, Тореадор! Если я узнаю, что ты причастен к их пропаже, ты сильно пожалеешь о том, что влез в дела Вильгельма!

— Я тут не причём! — сделал невинное лицо вампир. — Ты должен быть мне благодарен, ведь я нашёл их!

— Не тыкай мне! И мне решать, благодарить ли тебя или наказывать за сокрытие важных бумаг!

— Я...я... — Тео расстроено пытался подобрать верные слова. — Я не крал у вас ничего. Я сделал доброе дело – принёс ваши документы. И рассчитывал на хоть какую-то лояльность.

Анжело нервно дёрнул носом и вздохнул, успокаивая себя.

— Конечно. Ты получишь мою лояльность, — проговорил он без тени благодарности. — Но гули – это слишком большой запрос. Слуги вам даются не как разменная монета, от которых можно избавиться в любой момент. Я трачу на них уйму своего личного времени. Обучаю. Дрессирую. Необученные слуги – это верная дорога к нарушению Маскарада. Беспорядочно созданные гули привлекут внимание инквизиции и охотников. А нам не нужно внимание.

— Я всегда заботился о своих гулях. И Пётр указал нам на явные доказательства того, что гули стали пропадать, так как следили за вами!

— Это Пётр так сказал? — Анжело гневно свёл брови.

— Да, он… он нашёл некие доказательства. Я буду очень внимательно подбирать кандидатов. Обещаю!

— Такую привилегию, как «гуль», нужно не просто заслужить, а выкупить у меня. Пока я не заметил с твоей стороны не одного жеста, чтобы я поверил, что ты достоин пользоваться этой привилегией.

— Но... я.. — Тео расстроено и растеряно опустил голову. — Могу я попросить хотя бы одного слугу? За документы и за оказанную помощь.

— Помогал ты Бэну. С него и спрашивай. А за документы я... — Анжело внезапно сменился в лице, вспоминая о чём-то, и хитро взглянул на Тори. — У меня есть идея. Я позволю тебе создать троих слуг, если ты выставишь свою сестрёнку на бои, что проводят Носферату. Ты говорил, она любит подраться. Так там нужно будет показать себя как бойца.

— Ей просто нужно будет участвовать и я получу гулей не зависимо от того, проиграет она или нет? — воодушевлено спросил Тео.

— Конечно. Это ведь игры. Развлечения. Пусть развлечёт меня, и ты получишь разрешение, — кивнул Анжело.

— Не нравится мне это, — покачала головой женщина, не отводя взгляда от хитрого лица старшего гуля.

— Да ладно, Тори, ты отлично фехтуешь и подраться любишь! — Тео даже не посмотрел сестру. — Я согласен. Тори развлечёт тебя!

— Отлично! — Анжело сразу заулыбался. — Бои через две недели. Может подготовить своих людей, я же проверю кандидатов. Ты сможешь дать им крови ещё до того, как твоя сестрёнка выберется на арену.

— Благодарю, — Тео, радуясь успеху, быстро закивал.

Анжело отсалютовал им и, прижимая к себе обретённые бумаги, быстро покинул капеллу.

— Меня изобьют, а я только восстановилась после Принца, — расстроено произнесла Тори.

— Не ной. Ты сама кого хочешь изобьёшь. Да и если пострадаешь сильно, я обещаю тебя прикормить пару дней.

— Твоя забота не знает границ! — фыркнула Тори и, не дожидаясь брата, вышла в город. Ей хотелось проветриться. Избавиться от унизительного платья и вцепиться в горло какому-нибудь солдатику.

Выйдя во двор, она глубоко вздохнула, чувствуя, как воздух бесполезными струями наполняет её грудь. Тори не нуждалась в воздухе, но привычка дышать осталась, и женщина с силой выдохнула. Вены почти хрустели от злобы и раздражения. Это раздражение преследовало Тори с тех пор, как она узнала, что Тео поставил сестру на кон в картах, словно она его собственность, словно она бездушный предмет. Тео смеялся со своими новыми знаковыми, подписывая бумаги о том, что он отдаст и свою жизнь, если проиграет. Когда на руках стрит-флеш[3], чувствуешь себя непобедимым и уверенным во всём, однако у противника оказался роял-флэш[4], и Тео перестал смеяться лишь на мгновение, решив, что ставка своей души была лишь шуткой. Его больше беспокоил проигрыш нескольких тысяч франков, чем жизни сестры. И когда симпатичный мужчина проводил Тори в свою карету, с улыбкой напоминая ей, что она теперь его собственность, и он вправе распоряжаться ею как захочется, женщина думала лишь о том, как вновь придётся заниматься скучным и бесполезным делом, так много доставляющего удовольствия мужчинам и совсем не радующим её. Но то, что в действительности пришлось испытать ей, было несравнимо ни с какими физическими ощущениями.

Сабина, Сир братца, выбрала Тео. И Тори была уверена, что ей пришлось стать Бруджа именно потому, что она была одета как мужчина и вела себя как мужчина. Только лишь глупостей не совершала, как эти самодовольные представители главенствующего пола.

Воспоминания о Становлении ещё больше испортили ей настроение и, бросив в карету шаль, туфельки и украшения, женщина направилась в город босая. Нарваться на неприятности? Скрутить какого-либо самодовольного денди? Получить несколько ударов от обнаглевших солдатиков? Это должно было поднять настроение. И пара глотков насыщенной адреналином крови. Горячей, сладкой, манящей. Пусть Густав запретил ей питаться в Бранденбурге, не пойман – не вор! Тори зарычала, чувствуя, как сухие пустые вены ноют от желания. Жажда, что мучила её последние пять лет, доставляла невероятные страдания и самые незабываемые удовольствия.

Женщина двигалась на север, не скрываясь, шагая по улице, перескакивая через навозные кучи, оставленные лошадьми, через мокрые грязные лужи с запахом помоев, отпихивая встречающихся на пути, уснувших на мостовой кур и запугивая грязными ругательствами проституток.

Наконец она выбрала жертву. Одинокая служительница Венеры за углом поправляла свой макияж в свете фонаря. На цыпочках Тори подошла к ней совершенно бесшумно и незаметно. Проститутка успела заметить её красные глаза лишь на мгновение в отражении зеркальца, что держала она перед лицом. Тори одной рукой зажала ей рот и, отклоняя голову, быстро впилась в шею, заглатывая обольстительную жидкость.

Сделав пару глотков, Тори отпустила девушку и слизала разводы, оставленные после питания. Рана быстро исчезла, но женщина продолжала всхлипывать, не потеряв сознание.

— Давай деньги! — рыкнула на шлюху вампирша, приставляя нож к тому месту, где только что касались её зубы.

— Вот, вот, — зашептала ночная бабочка, — всё, что у меня есть. Бери, только не убивай!

Тори схватила кошелёк и метнулась в узкую улочку, спеша покинуть место преступления. Завтра девица будет рассказывать о злобной грабительнице и так никогда и не вспомнит «Поцелуй».