Чтение онлайн

Фиона

Фрэнк пошел в сад к дочери, Грейс отправилась разыскивать Крессиду. Та сидела на полу у входа в кухню, уронив голову на руки.

— Господи, Кресси, что вы тут делаете?

Крессида подняла голову и скорчила недовольную гримасу:

— Пытаюсь не мешаться под ногами. Все уже ушли?

— Почти. Погодите здесь еще пару минут, потом пойдем в холл, вполне успеем еще с ними попрощаться. — Грейс села рядом с подругой и обняла ее. — Извините, Кресси. Что, все было так ужасно?

Крессида прикусила губу.

— Гораздо хуже, чем я ожидала. Мне почему-то казалось, что сразу станет легче, понимаете, снова начну жить… а теперь…

— Крессида? — Один из гостей просунул голову в кухню. Это был низенький толстенький человек среднего возраста, с кустистыми бровями и скверными зубами. Он с интересом посмотрел на сидящих на полу женщин. — Мы уходим. Жду вас завтра в одиннадцать. — И ни слова благодарности, отметила про себя Грейс.

Крессида с трудом поднялась на ноги. Юбка на ней была вся измята, на боку красовалось жирное пятно.

— Завтра? Нельзя ли подождать несколько дней, Тим? У меня пока не было возможности переговорить со своим поверенным. Он в отъезде, — неуклюже пояснила она.

— Это очень неудобно, нам придется обойтись без него, — грубо сказал Тим.

Однако Крессида вовсе не намерена была позволять собой командовать.

— Завтра не получится, — заявила она, но тут же все испортила, добавив: — Мне очень жаль.

Грейс, которая не имела представления о том, что это за тип и о чем они спорят, подумала, что Тима сейчас хватит апоплексический удар прямо здесь или, может быть, у него достанет хороших манер подождать с этим, пока он не выйдет на улицу.

С минуту помолчав, он вытащил из кармана пиджака свой ежедневник и раздраженно стал его листать.

— Тогда в субботу?

— Не уверена, что поверенные работают по субботам. В любом случае боюсь, моего не будет до вторника.

— Крайне неудачно! Как вы не понимаете…

Кресси выпрямилась и откинула волосы с глаз.

— Я не хочу больше это обсуждать на похоронах собственного отца.

— Ладно. Тогда ровно через неделю, — сказал толстяк решительно. — В десять утра. Пора с этим заканчивать, — небрежно добавил он и наконец убрался.

— Заканчивать с чем? — Грейс с трудом подавила смех и удивленно подняла брови: — Кто это?

Перед тем как ответить, Крессида выглянула в холл.

— Сынок дражайшей уродины Марджори. Моей покойной мачехи. — Она сморщила нос. — Жуткий зануда. И у него ужасно воняет изо рта, — добавила она вдруг с удивившей Грейс яростью. — Все никак не может дождаться, когда от нас избавится.

— Избавится от вас?

— Ну да. Дом ведь принадлежит ему, и он вовсе не плясал от радости, когда мамочка завещала дом папочке до конца его жизни. Вчера уже прислал мне уведомление о необходимости срочно съехать отсюда.

— Вчера? Как гнусно! И у него хватило наглости явиться сюда да еще набивать себе брюхо твоим угощением? Ну и свинья!

— Точно. Думаю, он просто проверял, как мы тут. Видимо, опасается, что я заберу с собой обстановку. — Она захихикала. — Он-то считает, что все здесь принадлежит ему.

— А на самом деле?

— По большей части так и есть, кроме нескольких вещей. Кстати, Грейс, там есть несколько гравюр, я хотела бы вам их показать. Посмотрите? Есть еще несколько прекрасных акварелей. — Глаза Крессиды вдруг налились слезами.

— Конечно, в любое время. Я, правда, не специалист в этой области, но могу вас…

— …связать с нужным человеком? — закончила за нее Крессида и вымученно улыбнулась. — Спасибо.

— Ну и когда вы отсюда уезжаете?

Вместо ответа Крессида сказала, что пойдет проверит, как там гости.

— Через минуту вернусь. Никуда не уходите, Грейс.

К тому времени, когда Крессида вернулась, Грейс почти закончила убирать кухню.

— Все ушли, слава Богу, — сообщила Крессида. Потом налила им по бокалу вина, и женщины сели к столу. — Гил, кажется, куда-то смылся.

— Поехал погонять на велосипеде. Да, а Фрэнк вместе с Кэти-Мей отправился в Оксфорд — угостить ее мороженым или еще чем-нибудь.

— Да, я успела их застать. — Крессида взяла свой бокал и сделала хороший глоток. — Ладно, слава Богу, все позади. Про половину гостей я вообще понятия не имею, кто эти люди. Что вы думаете о викарии? — Она захихикала. — Выдающаяся личность, не правда ли?

— Кретин ленивый. Мог бы запомнить хоть, как вас зовут. — Грейс посмотрела на часы. Было уже почти пять. Ей должен был сегодня позвонить один клиент из Нью-Йорка, а она не помнила, перевела ли звонки на свой мобильный. Если нет, ему придется перезвонить. Крессида прикончила свое вино, и Грейс снова наполнила ее бокал, а затем добавила себе. — Кресси? Если хотите, можете несколько дней пожить у меня. — Она оглядела заставленную мебелью кухню. — Фрэнк в этом доме не может толком даже выпрямиться, да и Гил, коли на то пошло. Оба здесь выглядят чертовски несчастными. — И тихо добавила: — И вы тоже. Или вам не хочется говорить об этом?

Крессида отвела взгляд в сторону и переменила тему:

— Муррей еще не вернулся, да? А что там случилось с Алкионой?

Грейс вздохнула:

— Она в больнице, в Клонмеле. Он поселился рядом и каждый день ее навещает.

— Все-таки ваш муж очень добрый человек!

У Грейс было на лице такое выражение, словно она с этим не вполне согласна, однако она ничего не сказала.

— Значит, им удается держать ее в постели? — продолжала Крессида. — Это же самое главное при пневмонии.

— О да. Положение достаточно серьезное, Кресси. Я не хотела говорить, пока это не пройдет, но поражены оба легких, и она, кажется, плохо реагирует на антибиотики.

— Так она… поправится?

— Муррей, кажется, считает, что да. По крайней мере он не говорил, что ей угрожает непосредственная опасность. Но ведь…

— А он бы сказал, если бы угрожала? Кстати, как вы думаете, Гилу стоит с ней увидеться? Он собирается обратно во Францию. Мы могли бы с ним заехать повидать Алкиону, а потом он может улететь из Дублина. Или из Корка. Ведь так?

— Полагаю, да. Однако тут, наверное, следует соблюдать осторожность, дорогая. Хотя бы потому, что Фрэнк будет в бешенстве. Гил ведь столько лет ее не видел, так? Вы сами говорили, так будет лучше.

— Но теперь ему неплохо бы с ней повидаться.

Грейс подумала, что ее подруга совсем сломалась. Она никогда не могла понять, почему Крессида так настаивает на том, чтобы гораздо чаще навещать больную девушку, чаще, чем это делал Муррей. И осталась верна своему слову. Даже когда она торчала в Оксфорде, и то умудрялась выкроить часок во время своих нечастых визитов домой, чтобы повидать Алкиону.