В поисках Радуги или Мистерии Грааля
Шрифт:
Сердце мгновенно отреагировало, передало ноющий сигнал тревоги и заколотилось в груди. Волосы на голове зашевелились. А голос не замолкал, испытывая твердость человеческого духа и вкрадчиво шепча:
– Ты не так силен, как кажется. Безрассудно открывать себя Страху! Запомни, ты в один миг превратишься в безликое существо, униженно молящее о пощаде! Ты сломаешься под сокрушающими ударами слуг Зла! Не выдержишь ледяного шквала, который сметет тебя с лица планеты! Ты всего-навсего человек! Подумай! Отступи назад пока не поздно! И тогда полчища Тьмы не посягнут на тебя! Они ждут тебя за мостом, чтобы поразвлечься! Я открою их твоему взору! Смотри!
И он увидел целый рой призраков, которые летали в воздухе у противоположного края моста, оставляя после себя клубы беспросветного мрака. Порожденные энергией тьмы, они были частью её разума и силы. Уродливость их аморфных тел и нечеловеческие лица срывались под черными балахонами с глубокими капюшонами.
Все, что я должен сделать – переступить порог в чужой мир. Самое главное не поддаваться панике, не потерять уверенность в себе, как в человеке, девиз которого «Честь и Справедливость!»
- Нет! Я не привык отступать! Я готов!
И сделал первый шаг на мост, приятно удивившись, что тот даже не дрогнул.
Со стороны казалось, что самоуверенность и гордыня овладела им, отчего, он с легкостью поддался на коварную уловку искусителя, но только Воин знал, как нелегко дался ему этот первый шаг, означающий, что вызов принят. Дороги назад уже не существует.
Пошел обратный отсчет времени. Другого времени. Как в смерти – все, что было до ее прихода, оставалось в той, другой жизни – по ту сторону черты. Важно было только то, что происходит «здесь» и «сейчас».
И он шел, не оглядываясь, устремленный вперед к предстоящей единоличной битве.
Осторожно переступая босыми ногами по толстому слою пыли, Воин дошел до середины моста, и остановился. Глаза его в очередной раз заскользили по острым горным вершинам, зацепились за кусочек темнеющего неба и по дальнему отвесному склону еще раз спустились к мосту. Он быстро оценивал расстояние, которое нужно преодолеть, чтобы попасть под крышу ротонды. При этом Воин ни на миг не расслаблялся и боковым зрением наблюдал за местностью, чтобы вовремя засечь прячущегося среди гор врага.
Реакция в потусторонних мирах должна быть молниеносной, отработанной до автоматизма, когда тело еще не осознает, но уже делает. В противном случае ранений и смерти не избежать. Поэтому Воин был весь обращен во внимание и, застыв на месте, вслушивался в тишину дремлющих сумерек. После этого глаза человека еще раз придирчиво ощупали ближайшие горные склоны, и остановились на собственных босых ногах почти утонувших в пыли.
- Один только шаг и можно будет, наконец-то, отдохнуть, - отгонял он сомнения. Понимал, что выбор действий невелик, поэтому принял единственное правильное решение – двигаться вперед. Он бегом пустился к ротонде, ступил в нее…и исчез. Ловушка захлопнулась.
Глава 2. Во дворце
Мгновение, и он оказался в огромном дворце, наполненном теплым золотистым светом и тонкими ароматами восточных благовоний. Их вьющиеся струйки вырастали, распадались в нескончаемый поток сказочных цветов, покачиваясь в еле уловимой музыке флейт. Их горько-пряные запахи пропитали воздух и бесценные ковры под ногами. Так, призрачными арабесками, они плавно поднимались вдоль каменных стен, вверх, к потолку, чтобы скрыться в сгущающейся темноте.
В какое-то мгновение путнику показалось, что он попал в сказочную страну тысячи и одной ночи.
Разительная смена унылого, черно-белого горного ландшафта на яркое, почти солнечное освещение роскошного дворца ударила по телу сотнями молний. Яркий свет, отраженный в гранях драгоценных безделушек, в вазах и свечах, острыми брызгами боли ударил по его глазам, привыкшим к сумеркам открытого пространства. Боль, пронзила сердце, и он задохнулся ее мучительно- сладким ядом. На пике этого вихря он едва удержался на ногах.
По всей коже его онемевшего тела вслед за огненной волной боли сразу же растеклась другая, прохладная. Она вогнала в его кожу миллионы острых ледяных осколков, подняв все волоски до единого, и во второй раз ускорила биение человеческого сердца.
Но эта волна не вызвала боль, а привела его в чувство. После нее он медленно открыл, покрасневшие, слезящиеся от света глаза.
Он стоял, один как перст, у стены большого зала. Впереди себя, он видел огромные апартаменты, обставленные с восточной роскошью: множество небольших диванчиков со спинками и без них, мягкие низкие пуфики обтянутые красной, золотой и малахитовой парчой и среди них кое-где круглые, или прямоугольные столики из ценной, потемневшей от времени древесины. На них стояли всевозможные курильницы, источающие в пространство ароматы тлеющих благовоний. Так ему, виделось.
Где-то дальше, у противоположной стены зала имелось возвышение в три ступеньки, где угадывалось следующее помещение, не менее светлое и роскошное, чем это.
Как и раньше, гостя никто не замечал. Высокие и смуглые люди, в туниках, карминного цвета, группами по два – три человека прогуливались по залу и беседовали. Все они походили друг на друга, как близнецы. Наверно это сходство им придавали чисто выбритые лица и головы. Они все были молоды и, по-видимому, счастливы, так как их лица озарялись улыбками, а глаза подсказывали Страннику, что всех их связывает какое-то общее и тайное знание. Так многозначительны были их взгляды и улыбки, дарованные друг другу.
Минуты шли. Опьянев от тепла, благовоний и тишины, Путник совсем ослабел. Усталое тело молило об отдыхе. Глазам мерещился укромный уголок с изумрудной зеленью, где монотонное журчание фонтана принесет ему желанный сон.
Наконец, последние силы иссякли, мертвенная бледность разлилась по лицу, и он провалился в беспросветную глубину обморока.
Едва голова Путника коснулась мягкого ковра на полу, как в стене бесшумно отворилась потайная дверь и, вышедший из нее небольшого роста, кругленький суетливый человечек, боязливо осмотревшись по сторонам зала, быстро подошел к неподвижному телу. Все время, его маленькие, бегающие глазки зорко стреляли из-под густых нахмуренных бровей, проверяя, не заметил ли кто из присутствующих в зале его появление. Но в зале никто не обратил внимания на колдуна, как и его слишком большого интереса к незнакомцу, так, кстати, упавшего в обморок.
Его всклокоченные совсем седые волосы покрывал черный клобук, а сутана, была слишком широка, и мешала его движениям. Он смешно спотыкался при ходьбе и вынужден был приподнимать при каждом шаге ее полы, чтобы не упасть на пол.
Низко наклонившись к Воину и откинув глубокий капюшон, убрал с его лба влажные волосы и пристально всмотрелся в бледное лицо. Увидел знакомую печать и довольно ухмыльнулся. Это был именно тот Путник, которого они ждали, своими заклинаниями проложив для него вихревой звездный коридор в Обитель Зла.