Чтение онлайн

Больше года Калим на все мои вопросы по возвращению домой отвечал расплывчато, но с обещаниями, исполнение которые я все продолжала ждать. Я абсолютно не понимала, почему этот вопрос требовал столько времени, почему так трудно было отпустить меня погостить к родителям. Неужели вся загвоздка была в том, что я собиралась взять с собой Кенаи? Но, простите, рассматривать своё путешествие без сына, я категорически, отказываюсь. Даже мысли у меня такой ни разу не пробегало в голове. Хватит мне разлук.

Конечно, о своих проблемах я, как и любая другая девушка, поделилась с близкими людьми. В их число уверенно входили Калим, Мирина, Эрика, Юлика и Айра. Им-то я и рассказала о всех своих переживаниях и желании вновь увидеть Англию.

Пока Вождь загадочно разводил руками, оставляя меня без чётких ответов, остальные поддерживали меня и мое необычную мечту. Но, увы, их поддержки хватило всего на год с хвостиком, после чего моё терпение лопнуло.

Я сразу хочу сказать, что спустя уже очень короткое время я сильно пожалела о том, что решила и затем натворила. Ибо последствия обернулись для меня печально и даже кошмарно. Я нарушила немало законов, предала доверие самого важного для меня человека и лишилась в миг рая, который так долго выстраивала.

Но вернемся к тому моменту, когда я устала ждать ответов и решила действовать. Однако сначала мне вновь захотелось дать Калиму еще один шанс уладить все самому.

— Ты говорил сегодня со старейшинами? — начала я свою шарманку одним вечером, когда мы укладывались спать.

— Кенна, — в ответ вздыхал Вождь, — Любимая, — пауза, еще один вздох, — Сейчас не лучшее время, чтобы покидать материк, да и ещё с ребёнком. Поэтому сегодня на собрании я эту тему не поднимал. Но, как только весна полностью вступит в свою силу, я тут же переговорю с советом, и мы что-нибудь придумаем. Я сделаю все, чтобы твоя душа получила желаемое и наконец-то успокоилась.

Нужно ли отметить, что такой ответ меня не радовал и не успокаивал. Он только разжигал во мне еще большее рвение взяться за дело самой. Медлительность в данном вопросе, пожалуй, было единственным минусом моего мужа. В остальном у меня был идеальный мужчина.

Я не злилась. Я понимала, что Калим хотел как лучше для меня и нашей семьи. Но в тоже время у меня не осталось ни капли терпения, чтобы просто сидеть и ждать. И вот в один прекрасный день, когда солнышко уже начало припекать, а в саду распустились деревья, я сама отправилась в Совет. В этот раз я выступала уже не в роли слушателя или члена судебного заседания, а в роли простого смертного, у которого был вопрос к судьям.

Я уверенно вошла не через тот вход, что был предназначен для членов Совета. Столпившиеся в коридорах мужчины и женщины искоса посмотрели на меня. Да, они прекрасно знали, кто я такая, но недоумевали, что делаю по другую сторону зала заседаний. Да, и, признаюсь, в тот день смутно осознавала, что вообще происходит.

По такому непростому случаю, дабы придать себе более спокойный и уверенный вид, я уложила волосы в высокую прическу, надела белое платье с голубой лентой на поясе. Но, конечно, внутри меня все съежилось, стоило мне взглянуть на замерших в ожидании моей речи старейшин. В этот миг я забыла все слова, отрепетированные по этому поводу.

— Моя госпожа, мы рады приветствовать Вас здесь сегодня. И мы с нетерпением ждем вашего вопроса, — пришел мне на помощь один из старейшин, что с самого начала проявил ко мне доброту и уважение.

— Да, конечно, — начала я еле слышно, но повысив голос, продолжила, — Я очень благодарна Вам всем, что с первого дня моего прибытия в этом городе Вы отнеслись ко мне с уважением и терпеливо обучали меня здешним законам и премудростям. И поэтому попрошу отнестись к моей дилемме со всей важностью и рассудительностью. Ваше решение очень сильно скажется на моей дальнейшей судьбе.

Я замолчала. Мне нужна была пауза, ибо голос мой от волнения сел окончательно. Я отчетливо слышала, как лихорадочно бьется сердце в моей грудной клетке. А ладони, что сжимала я сейчас перед собой, потели, словно у школьницы, которую вызвали отвечать к доске. Набрав в себя побольше воздуха, я все же осмелела и продолжила свою речь.

— Все прекрасно знают, откуда я, и что я прибыла сюда в качестве исследователя. Но по определенным обстоятельствам решила остаться и построить здесь свою жизнь. Так я обзавелась мужем, сыном, новой семьей, положением и уважением. У меня не хватит слов, чтобы выразить всю благодарность этому материку за то, что принял меня. Я очень люблю свой новый дом и бесконечно дорожу им. Это подтверждают мое стремление помочь здешним жителям в области образования. Также я постоянно принимаю участие и в решении других вопросов. Все вы об этом знаете, и сами все видите. Однако иногда в жизни наступает такой момент, когда тянет вернуться. Вернуться домой, где тебя ждут мама и папа, родительский дом и друзья. У меня такой момент наступил год назад. С каждым днем тоска по дому растет с неимоверной скоростью. И чтобы не томить, вас скажу: я пришла сюда узнать, могу ли я вернуться в родную Англию, повидать семью, познакомить ее с Кенаи и вернуться обратно. То есть сюда, в Австралию.

Я говорила уверенно, хоть голос слегка продолжал дрожать. А к концу своего повествования я вообще почувствовала себя всемогущей. Но меня ждало большое разочарование.

Как только уста мои смолки, среди старейшин послышалось громкое перешептывание. Мне не нужно было прилагать усилие, чтобы услышать, как кто-то после моей речи удивленно ахал, а кто-то просто морщил лоб и кривил и до этого свое недовольное лицо. Возмущения с каждой минутой нарастали. И чтобы сгладить возникшие напряжение, я решила добавить еще пару убеждений на свой счет.

— Я всего лишь уплыву на пару месяцев, не более. А затем благополучно вернусь. Ничего же не произойдет из-за моего такого недолгого отсутствия. Я обещаю, что вернусь в срок и вместе с сыном.

Мне было душно. Голова кружилась. Перед глазами все слегка поплыло. Я смотрела на людей перед собой и видела понимание в их глазах. Но в то же время в них отчетливо виднелось и сочувствие. Сочувствие, потому что моя, казалось бы, глупая просьба была недопустима в этих краях.

— Кенна, — обращался ко мне самый старший и строгий из судей, — Мы готовы понять и принять твои чувства и желания, которые, признаюсь, даже меня лишили на какое-то время дара речи. Но как Жена Вождя Всех Вождей ты должна знать законы наших земель. Один из таких законов как раз гласит о том, что Жена Вождя Всех Вождей не может покидать материк и оставлять свой народ. А увозить наследника с материка это все равно, что совершить настоящее преступления. Вождь может покинуть свои земли, а его жена — нет. Так было всегда и есть до сих пор.

По щекам потекли предательские слезы. В горле запершило. Я вглядывалась в лица этих таких важных и праведных стариков, от которых прямо тошнило в данную секунду, в надежде, что кто-нибудь из них выступит с защитой в мою сторону. Хоть бы одна душа заступилась за меня и сказала, что вековым правилам пора меняться, как и всем нам. Что стоит пересмотреть этот грубый и оскорбляющий права женщин закон. Но минуты текли, а они все, как стадо баранов, толпились и сочувственно, а некоторые презренно, пялились в мою сторону. Однако, взяв всю свою волю в кулак, я предприняла еще одну попытку.

— Но… — сглотнула я, — Но неужели нельзя пересмотреть эти ваши законы? Мы живем в современном мире, где царит свобода. Так почему здесь до сих пор существуют эти неуместные ограничения? Почему Вождь может покинуть земли, а его жена нет? Там, на больших континентах, женщины имеют полную свободу в перемещении. Так не пора ли Австралии внести некоторые изменения в свои законы. Я уверенна, они пойдут на благо всего народа, — обращалась я, осмелев, — Материк ведь уже давно открыт для чужеземцев. А это значит, что рано или поздно начнется смещение народов и крови. Так любая австралийка может выйти замуж за какого-нибудь американца. А тот, взять и остаться с ней здесь. Но рано или поздно он захочет навестить родной дом, взять свою жену и детей и увезти их в Америку. А потом они вернуться обратно. И что вы скажите? Прогоните их с материка? Где ваша гуманность?