Чтение онлайн

– Правда что?
– уточнил я с вызовом. Хотелось, чтобы она сама это произнесла.

– Что ты предал дело могадорцев?

Выходит, отец решил, что больше нет смысла скрывать правду и все рассказал матери.

– Да, - ответил я.

Не проронив ни слова, она ушла.

Минутой позже, держа в руках все еще теплый хлеб, я осознал, что эта последняя домашняя трапеза будет и последним добрым родительским поступком с маминой стороны.

Я отправил все в мусорку.

И теперь Закос готовит меня к своей процедуре. Набирает в шприц какое-то вещество для наркоза, попутно объясняя, что на этот раз перед началом процедуры погрузит меня в сон, мол, это даст ему возможность точнее картировать неврологические зоны мозга. Еще немного и я буду в отключке, а затем присоединюсь к Первой в ее воспоминаниях, после чего отправлюсь на тот свет.

Закос открывает ячейку Первой, чтобы сделать кое-какие настройки перед началом передачи. Мои мысли обращаются ко всем тем Встречающим, что заточены в своих ячейках.

– Больно будет?
– спрашиваю я.

– Что-что?
– Закос с головой ушел в приготовления.

– То, что вы делаете со всеми Встречающими: держите их в заморозке, роетесь в их мозгах.

– Ах, это. Ну, вообще-то, я об этом никогда не задумывался, - говорит он.
– Но, да. Полагаю, это довольно неприятно.

Сразу вслед за этим я слышу ее голос:

– Ты же не пустишь все на самотек, правда?
– Поворачиваю голову и вижу Первую, мерцающую возле моего кресла. А я все гадал: увидимся мы с ней до того, как мне сделают наркоз, или она уже свое отмерцала и исчезла навсегда?

«Как ни крути - выбора у меня нет. Мне отсюда не выбраться», - мысленно отвечаю я.

Первая облокачивается на лабораторный стол.

– У тебя всегда был выбор. Ты мог сегодня не срывать работу, мог не манипулировать отцом, чтобы он приговорил тебя к смерти прямо под дверьми Закоса, чтобы ты мог окончить свой путь здесь…

«Я боялся, что ты уже исчезла навсегда. Ни о чем другом думать не мог. Я уже отчаялся, решил, что все равно тебя потеряю, а так мы хотя бы сможем…»

– Увидеться в самый последний раз?
– с кокетливой ухмылочкой заканчивает Первая мою мысль.

– Как мило, - говорит она.
– Но ведь тебе вовсе не поэтому сегодня крышу на работе сорвало?

Первая права. Не это было первопричиной. Тогда, сидя у компа, я понял, что не могу заставить себя сдать этих людей. Мне впервые представился случай действительно послужить на пользу могам и навредить другим - и я не смог. Всю прошлую неделю я только и делал, что безумно рисковал, импровизируя на ходу, но в этот раз я впервые действовал абсолютно без всякого плана, даже без малейшего представления о последствиях.

«Первая», - говорю я мысленно.
– «Если честно, я даже не понимаю, зачем вообще все это затеял».

Вместо ответа Первая отворачивается к стене с ячейками и скрещивает руки на груди с таким видом, будто что-то замышляет. Потом она снова поворачивается ко мне, оглядывая критическим взглядом.

– Не волнуйся, Адам, - говорит она.
– Ты поймешь. И раз уж ты в любом случае собираешься сегодня погибнуть, - продолжает она, склоняясь прямо к моему уху, - то почему бы не напакостить им напоследок?

Смотрю на нее озадаченно.

– Гигантский прорыв в могадорских технологиях… - шепчет она, бросая красноречивый взгляд на панели, за которыми находятся тела Встречающих.
– Ты, правда, хочешь им стать?

Время пришло.

Я в кресле, подключен через кучу проводов и кабелей к закосовской панели. Аппарат, который снова подключит меня к сознанию Первой, уже вовсю жужжит.

– Ну что ж, все настройки завершены, - сообщает Закос.
– Осталось только ввести наркоз и можно приступать.
– Док указывает на шприц, лежащий на лотке рядом со мной, хотя я и без Закоса давно его приметил.

Закос подходит вплотную, возвышаясь надо мной, прижимает мне левую руку к подлокотнику кресла и начинает перетягивать ее жгутом выше локтя - у меня лишь секунда на то, чтобы действовать.

Вырываю руку у Закоса, хватаю с лотка шприц и всаживаю его доку в шею, не давая ему времени как-то отреагировать. Док начинает отчаянно отбиваться, пытается ударить меня по лицу, но слишком поздно: я уже спустил поршень.

Пошатываясь, будто пьяный, Закос пятится назад с ошеломленным видом, наркотик уже начал действовать на его нервную систему, док оседает на пол.

Срываю жгут с руки и вылезаю из кресла.

– Почему… - бормочет он, не понимая, зачем я это сделал.
– Чего ты надеешься этим достичь…

На последнем слове док вырубается.

Кидаюсь к двери в лабораторию и как можно тише запираю ее изнутри. Чистое везение, что док ничего не уронил, пока падал: любой шум привлек бы внимание охраны, стоящей по ту сторону двери. Хотя дураку ясно, что как только я осуществлю задуманное, сработает сирена, которую они уж точно не пропустят. А замок им вскрыть - дело минутное.

Но это не страшно. Много времени мне и не надо.

Бросаюсь к стальной панели, отвечающей за контроль содержимого ячеек. Панель абсолютно гладкая, без кнопок и инструкций. Не представляю, как повторить за Закосом всю комбинацию жестов.

– Дай я, - слышу я голос Первой.

Она берет под контроль мои движения в точности как в тот раз, когда она перехватила управление моим телом в джунглях. Я становлюсь зрителем в собственном теле, наблюдая, как мои руки изящно танцуют над поверхностью стальной панели.

Срабатывает сирена. Первая отпускает мое тело, возвращая контроль.

Забираюсь назад в кресло, прилепляю обратно пару электродов и крепко сжимаю подлокотники.

Когда все ячейки с шумом одновременно выдвигаются, оборачиваюсь в последний раз взглянуть на стену - под хор гидравлических механизмов плененные трупы возвращают себе то, что у них было отнято.

А именно - смерть. Не пройдет и пары минут, как от контакта с обычным воздухом, эти трупы станут абсолютно бесполезны для могадорских экспериментов.

Не то чтобы это гениальный саботаж, но, по крайней мере, лишит могадорцев возможности и дальше получать из мертвых Встречающих какую-либо информацию, плюс отбросит исследования Закоса на несколько лет назад.

Аппарат, соединяющий меня с Первой, начинает жужжать громче. Весь наркоз я истратил, чтобы вырубить Закоса, так что я готов к тому, что будет больно. Но также мне известно, что у Первой есть для меня план, и он не включает в себя мою смерть.

Вдруг вижу, как Малкольм Гуд, проснувшись, садится на своем столе.