В поисках сокровищ
Шрифт:
– Клопик! До чего же народ глупый, все ценности в одном месте держат, да еще ящик не на запоре. Так, денежки, колечки, очень хорошо, можно сказать, самая что ни на есть девичья кража! А ты, голуба моя, всю жизнь от этой кражи не отмоешься!
– Не смейте! – крикнула вдруг Муська.
– А ты помалкивай, толстомясая! Ты у нас подружку выкупать будешь! Месячишко по вагонам походишь, и хватит! Не волнуйся, мы тебя не в метро, мы тебя в электрички запустим! Все не так заметно! Только похудеть тебе придется, голуба моя, а то для нищенки ты, пожалуй, толстовата!
Виктоша от всех этих ужасов совсем упала духом. А толстяк отправился в спальню, порылся там в шкафу и вышел с меховой жакеткой Мусиной мамы.
– Заодно еще и это прихватим! Отлично! – Он вытащил из кармана сотовый телефон, набрал номер и сказал в трубку: – Женечка, будь ласков, подъезжай поближе к дверям, чтобы из окон не видно было, что мы в багажник положим! – Он убрал телефон. – Ну, Клопик, воткни кралечке кляп!
И тут произошло нечто совершенно неожиданное.
Муська вдруг громовым, как показалось Виктоше, голосом крикнула:
– Стоять! Ни с места!
Бандиты в изумлении замерли, а Муська с широко открытыми глазами продолжала:
– Спать! Спать! Спать!
И, как ни странно, Клопик выпустил Виктошу, которая в ужасе шарахнулась в сторону, а толстяк прислонился к стене и стал медленно сползать на пол. Клопик стоял с закрытыми глазами. А Муська все так же монотонно командовала:
– А теперь положите на стол все, что вы взяли!
Толстяк встал на четвереньки, подполз к стулу и выложил из кармана все, что украл. Виктоша в полном ошалении взирала на происходящее.
– Так! А теперь встаньте, выйдите за дверь!
Бандиты повиновались. Муська двинулась за ними. Уже на лестнице она сказала:
– А теперь раз и навсегда забудьте о том, что видели! И о нас!
Она вызвала лифт.
– Входите!
Они вошли.
– А теперь проснитесь! Вы все забыли! Просыпайтесь!
И она нажала на кнопку первого этажа. Лифт закрылся и ушел вниз. Муська продолжала стоять у лифта.
– Муська! Муська! Что это было? Гипноз, да? Ты гипнотизерша? – теребила ее Виктоша.
Муська вернулась в квартиру, прислонилась к стене, закрыла глаза, жестом попросив Виктошу помолчать. Потом вдруг открыла глаза и бросилась в объятия Виктоши.
– Получилось! Вика, получилось!
– Что? Что с тобой, Муська! Что получилось?
– Гипноз! Значит, я могу, я действительно это могу! Понимаешь, я подозревала, но уверенности не было. Я даже пробовала несколько раз, но ничего не получалось! А сегодня… наверное, это от стресса…
– Муська, гениально! Просто и грандиозно, как говорит мой папа. Я уж думала все, конец мне пришел…
– И я…
– Но как тебе в голову взбрело?
– Сама не знаю! Помнишь, в прошлом году я долго болела? У меня еще сотрясение мозга было?
– Ага, ты больше месяца в школу не ходила, а мы все тебе завидовали!
– Я тогда здорово башкой треснулась на катке, а летом стала вдруг замечать, что мне некоторые вещи совершенно точно заранее известны…
– Как сегодня, с мужем тети Зины?
– Вот-вот! Потом я стала про это читать и узнала, что после травмы головы у людей часто обнаруживаются какие-то необычные способности. Я пробовала загипнотизировать кого-нибудь, но у меня плохо получалось. А сегодня… Ура!
– Значит, ты теперь экстрасенс?
– Нет, просто обладаю даром гипноза, – гордо сказала Муська.
– Потрясающе! Ты же мне, можно сказать, жизнь спасла!
– Только, Вика, я тебя прошу – никому ни слова!
– Почему?
– Потому что ко мне все начнут бегать с разными глупостями, а я ведь еще ничего не умею! Мне надо учиться этому, и еще… Моя мама не должна об этом знать!
– Но почему?
– Она всегда говорит: я так рада, что моя Муся просто хорошая девочка, а то с этими высокоодаренными одни волнения… И жизнь у них чаще несчастливая.
– Странно, обычно мамы всегда жаждут обнаружить у своего дитятки какой-нибудь талант… – растерянно проговорила Виктоша.
– А моя мама предпочитает посредственность, – не без горечи заметила Муся.
– И конечно, по закону подлости выходит наперекосяк: кто жаждет талантливого ребенка, у тех чаще всего самые заурядные дети, а тут – все наоборот.
– И потом еще – мама всего боится, она и тут обязательно испугается.
– Понятно. Буду молчать в тряпочку.
– Вика, скажи, а как это со стороны выглядело?
– Ну, если б я со стороны смотрела… А то ведь я…
– Да, верно!
– А кстати, почему это на меня твой гипноз не подействовал?
– Не знаю! – растерялась Муся.
– Скорее всего ты направила свою волю только на них…
– Может быть.
– Или я не поддаюсь гипнозу!
– Тоже бывает. Хочешь, попробуем?
– Нет уж, а вдруг я засну, а ты не сможешь меня разбудить! – поежилась Виктоша.
– Ой, Вика, а что, если они так и не проснулись? – И Муся кинулась на балкон, как была, в ночной рубашке.
– Ненормальная, простудишься! – закричала Виктоша.
– Сидят! Сидят на лавке! – сообщила Муся, вернувшись с балкона, она даже не заметила, как там холодно. – И разговаривают, значит, проснулись!
Виктоша накинула на плечи висевший в ванной теплый халат Мусиного папы и выскочила на балкон. Но увидела уже только белую «восьмерку», выезжавшую со двора.
– Уехали! – ликующим голосом доложила она. – Ура!!!
– Вика, гляди, что это?
У порога стоял чемоданчик. Открыв его, девочки ахнули – это был набор инструментов, связки ключей и отмычек.
– Ни фига себе! – присвистнула Виктоша. – Набор юного взломщика!
– И что нам с этим набором делать?
– Муська, ты даже не понимаешь, как нам повезло!
– Да с чем повезло? – никак не могла понять Муся.
– Какая ты странная, ты представляешь себе, какие возможности у нас открываются!
– Какие возможности? Ты с ума сошла? По квартирам, что ли, шарить собираешься?
– Скажешь тоже, – обиделась Виктоша, – зачем по чужим квартирам? Но представь себе, что какой-то замок заело или дверь без ключа захлопнулась, ну, мало ли что бывает в жизни! А с таким набором…