В потоках черных, Под сердцем тьмы
Шрифт:
В зале их ожидали трое: высокий абсолютно безволосый мужчина в военной форме бледно-голубого цвета с золотистыми шевронами космофлота и капитанским значком, важного вида вельможа в белоснежной тоге из серебристой парчи и юная девушка в простом платье без украшения. Девушка держалась в стороне, смотрела с любопытством и казалась единственно живым существом среди хозяев.
– Доброго неба, – величественно кивнул вельможа в парче. – Мой борт рад оказаться для вас безопасным пристанищем.
Он протянул руку Иралю.
– Надеюсь на благоденствие вашей матушки, дорогой Ираль.
Артем наблюдал. Светская беседа, обмен любезностями давно знакомых и не слишком любящих друг друга недоврагов. Но вежливость, с которой «парчовый» вельможа обращался с другом, разжигала любопытство. Да и не представился хозяин, получается, они с Иралем знакомы лично. Ираль никогда не упоминал о влиятельных знакомых.
«Может, и не знакомый вовсе», – предположил Пауков, вскользь прислушиваясь к беседе. Они говорили о доме Ираля, хозяин называл имена, справлялся о здоровье. Ираль терпеливо отвечал, что «все благополучно, хвала богам и теплому Каю». «Каю» – это небо, напомнил себе Артем. Клириканцы очень трепетно относились к небу в большом и малом смысле, что приятная погода, что свободные фарватеры в космосе для них значили одинаково много, из чего Артем сделал вывод, что родная планетка клириканцев не балует их хорошей погодой.
– А что ваш друг, вижу, он немного заскучал, внимая нашим добрососедским разговорам, – хозяин улыбнулся.
Артем покраснел, он и не заметил интерес вельможи, пропустил нить их разговора и теперь чувствовал себя идиотом. Шагнул вперед и протянул руку – он не знал знаков отличия хозяина, а потому не ведал, как его положено приветствовать. В конце концов, в глаза большинства обитателей Единой галактики земляне – дикари, а значит, не обученность манерам не должна так уж удивить церианца.
– Артем Пауков, курсант академии космофлота, факультет биоинженерии и космогации.
Вельможа с сомнением протянул руку и едва коснулся пальцев землянина – у него оказались теплые и слишком безвольные руки, это удивило Артема.
– Бозе Фламиньон, канцлер в отставке, – он улыбнулся, с интересом разглядывая землянина. – Так вы – ученый? Какой наукой интересуетесь?
– У меня проект по генным мутациям биоморфных материалов. В частности, сейчас проводил полевые испытания нейропроводника лианина, Ираль согласился помочь мне…
– Как занятно, – церианец сложил руки на животе, продолжая улыбаться с тем выражением, с каким обычно наблюдают за возней новорожденных щенков в манежике. – «Лианин»?
Артем сдержанно кивнул:
– Все верно, уникальный суперпроводник, схожий по своим свойствам и скорости проводимости с нейронами гуманоида.
– А откуда такое название? – церианец подался вперед. – Я почему спрашиваю, на нашем языке «лианин» означает «Всевышний», так когда-то называли верховного бога в нашей системе верований.
Артем смутился:
– Н-нет, ничего такого. Это простая аббревиатура из первых букв слов «лоцманский искусственный антропоморфный нейрон» с добавлением суффикса «ин», для удобства…
Хозяин фрегата рассмеялся – громко, запрокинув голову. Пауков окончательно посмурнел, словно неразумное дитя, сказавшее несусветную, но очаровательную глупость. Церианец лукаво смотрел на него:
– Не обижайтесь, мой друг, просто это очень забавно вышло: я вам о богах, а вы о… как вы сказали? «Лоцманский искусственный антропоморфный нейрон» с добавлением суффикса «ин»? Ирида, тебе определенно будет гораздо веселее путешествовать а такой остроумной компании.
Девушка, все это время скромно стоявшая у стойки с креодисками, вздохнула:
– Отец, ты так меня не представил…
– Ай, прости, дорогая! Ираль, ты с моей дочерью, конечно, знаком. А вот твой друг, очевидно нет. – Он поманил к себе девушку, та плавно качнулась, подошла ближе. – Артем-друга-Ираля Танакэ, а это моя дочь Ирида. Тоже увлекается генетикой и всяческими изобретениями…
Девушка протянула руку. В отличие от отцовского ее рукопожатие оказалось искренним.
– Капитан Найдан сказал, у вас случилась поломка.
Церианец за ее спиной согласно кивнул. Девушка взяла Артема под локоть, увлекая из конференц-зала:
– Мой отец уже дал распоряжение проверить ваш катер и произвести необходимый ремонт.
Ираль, оставленный наедине с церианцами, прошелестел:
– И необходимо сообщить на «Тамту» о нашем местонахождении.
Ирида, не оборачиваясь, улыбнулась:
– Обязательно. – Она придвинулась к Артему. – В качестве платы за свое гостеприимство и помощь, я прошу рассказать о вашей разработке. Мне очень любопытно, какие у нее перспективы и возможности использования…
Артем оглянулся на Ираля и лукаво улыбающегося Фламиньона, беспомощно откашлялся.
– Как вам будет угодно…
– Отлично, – Ирида просияла.
Она была завораживающе прекрасна. Волосы пшеничного света собраны в небрежный узел на затылке, глаза искрятся любопытством и ясностью ума, прикосновения ее напоминали касание нежного облака, в мятный запах, исходивший от ее рук, дурманил. Артем понимал, как глупо выглядит, но ничего не мог с собой поделать, продолжая глазеть на девушку перед носом ее отца, капитана линкора и собственного друга.
– Так вы покажете мне свою разработку? – она склонила голову к плечу и рассмеялась.
– А… Да, конечно.
Уже в конце смены, когда Артем оказался в выделенной ему каюте, он попытался препарировать то парализующее чувство, которое разрасталось в нем рядом с Иридой. Мог ли он быть влюблен? Определенно, мог. Церианка оказалась блестяще образованна.
Конец ознакомительного фрагмента.