В рабстве её любви
Шрифт:
– Не слишком ли это?.. – все поворачивалась и поворачивалась я у зеркала, осознавая, что другого платья мне не успеть пошить на этот вечер.
Но Кэрри дала понять, что она профессионал в сборах на подобные мероприятия, поэтому пришлось довериться.
– Вы прекрасны, – лучилась счастьем компаньонка, самолично застегивая бархатку на моей шее. – Мне не терпится увидеть взгляды знакомых, когда мы войдем с вами в приемную!
– Да, – немного взволновано улыбнулось мне собственное отражение в зеркале. – Мне тоже.
– Леди, экипаж подан! – послышался голос служанки Сьюзи за дверью, и наша суета достигла своего апогея.
– Так, выходим, выходим! – необычайно высоко пропела счастливая Кэрри, вызывая непреднамеренный смешок.
Подобрав свои юбки, я кивнула отражению, обещая неизвестно кому – все будет хорошо. В самом деле, что может пойти не так? Это всего лишь большой светский прием. Возможно, никто даже не обратит внимание на новую участницу вроде меня.
Внизу нас уже ждали слуги во главе с моим новым управляющим Оливером.
– Все готово? – спросил он извозчика, оглядев карету своим быстрым внимательным взглядом. Затем, обернувшись, одарил нас с компаньонкой приветственным поклоном. – Ваше Сиятельство, будьте осторожны, не поскользнитесь.
В тот момент, когда моя туфелька надавила на подножку экипажа, упряжь из трех лошадей слегка двинулась, и до ушей донесся хлесткий звук, будто извозчик стеганул одну из них плетью.
Я замерла, покрепче схватившись за поручни – но более ничего не произошло. Оказалось, что подпруга ведущей лошади по необъяснимой причине лопнула прямо перед нашей отправкой.
– Ужасная примета! – высунулась из экипажа Кэрри, наблюдая за суетой слуг.
– Глупости, – спокойно прокомментировал это утверждение Оливер, подзывая Сьюзи. – Быстрее, приведите конюха, он должен быть в амбаре, – затем, обернувшись, обратился уже ко мне: – Нет причин для беспокойства, такое часто происходит.
Адриана не пришлось ждать слишком долго – он появился на горизонте уже через несколько минут наперевес с большой сумкой, полной инструментов. Увидев меня у кареты, он проворно очертил мою фигуру взглядом, затем вдруг отвел глаза, залившись краской.
Я тоже отвернулась. Жар от смущения обжег лицо – как я и думала, мой внешний вид совершенно не наталкивал на понятие «скромность». Переступив через свои страхи и неуверенность, я все равно гордо расправила плечи, подходя к Адриану из-за спины.
– Можно будет починить?
– Да, – кивнул он, распрягая лошадь. – Через пять минут уже будет готово.
– Спасибо, – сама того не ожидая, я заметила, как сильно дрожит мой голос.
Если мне так стыдно сейчас, перед конюхом, который уже немного меня знает, как же будет там, на приеме? Еще и эта дурацкая примета о неудаче…
– Вы не замерзнете в таком виде? – вдруг спросил Адриан, когда слуги отошли чуть в сторону, покурить в ожидании.
Краем глаза я заметила, что Кэрри одолжила сигарету у моего управляющего, делая то, что она умела лучше всего – непринужденно болтая. Это позволило мне уличить момент, дабы поинтересоваться у Адриана со слабой улыбкой:
– Мое платье слишком открытое, не так ли?
– Вы прекрасны в любом наряде, но… – на мгновение замялся мужчина, – сейчас лишь начало мая – вечера довольно холодные.
– Тогда мне стоит взять шаль. Спасибо за беспокойство.
Укрывшись, я ощутила себя более комфортно, и щеки перестали стыдливо пылать. Аккурат в этот момент Адриан закончил свою работу.
– Ну, вот, все готово, – констатировал Оливер, помогая мне взобраться на экипаж вслед за Кэрри. – Теперь можете ехать. Хорошо вам повеселиться, – пожелал на прощание мужчина, давая сигнал извозчику.
Глядя на одухотворённое лицо компаньонки, я постаралась, подражая ей, натянуть на губы милую и легкую улыбку. Всю дорогу я утешала себя мыслью, что волнение будет одолевать меня лишь в первый раз. Второй, третий, все последующие приемы, уже не будут вызывать подобный трепет и неуверенность, и ведь в этом есть своя прелесть.
К тому же я была не одна – со мной был мой милый очаровательный проводник в лице Кэрри.
– Когда мы зайдем – я представлю вас жене министра Блэйка. О, она чудесная женщина! А ее детишки – это самые прелестные создания, каких мне только доводилось видеть! Глядя на них, я и сама мечтаю поскорее стать матерью. Хотя тогда придется ограничить свой выход в свет… – тараторила без умолку компаньонка, разбавляя мое волнение.
Заслушавшись, я уже не боялась так сильно. А когда переступила порог гостеприимного дома – не без облегчения заметила, что фасон моего нецеломудренного платья избрало довольно много дам. Разве что… почти все они выглядели незамужними молоденькими девушками, а я уже была «уважаемой вдовой».
– Как я рада, наконец, с вами познакомиться, графиня, – улыбнулась миссис Блэйк, подавая навстречу руку в высокой перчатке. – Мы виделись однажды, это было за два года до смерти вашего супруга – но граф так быстро усадил вас в экипаж, что у меня не осталось и шанса рекомендовать себя!
– Я счастлива гостить у вас, – пожала я тонкие изящные пальчики, украшенные дорогим перстнем.
Пока пребывание в поместье министра Блэйка соответствовало всем заявленным ожиданиям – много угощений, света и гостей. Во дворе играли артисты, развлекая пришедших, а приглашенных все прибавлялось и прибавлялось.
Галереи и приемные залы были подобны устью реки, по которым туда-сюда сновали люди в шуршащих пышных платьях, накрахмаленных блузах и новеньких сюртуках. Только караульные стояли, не шевелясь, уподобляясь безмолвным статуям.
Посещая одну залу за другой, мой взгляд вдруг зацепился за знакомое лицо – этим человеком был старший брат моего покойного супруга, Эданн Брейнхорт, который, несмотря на свою старческую слепоту, также сразу же меня заметил.
Глава 7
Я боялась, что мой деверь подойдет ко мне, но не желала быть участницей неприятного разговора в и без того волнительный день, а потому тотчас отвела свой взгляд.
В отражении роскошных зеркал я могла видеть, с каким недовольством он нашептывает что-то своим собеседникам-мужчинам, без зазрения совести посматривая мне в спину. Среди его окружения были и пожилые люди, под стать ему, и молодые мужчины, что неприятно кольнуло сердце. Больше всего в день моего запоздалого дебюта мне не хотелось стать участником нелицеприятных слухов…