Чтение онлайн

Обращаясь к Лорин, он представил ей своего двоюродного брата:

– Ты узнаешь Лорин?

– Ну как бы я смог ее забыть?
– Он поклонился ей.
– Вы более чем, когда-либо прекрасны, мадам, - сказал он.

Якуб извинился, поскольку обязанности хозяина дома требовали не забывать и других гостей.

– Так что, вы вернулись?
– продолжил Ашраф.
– Тогда расскажите мне. Вы поддались очарованию нашей страны? Хотя Нью-Йорк - город, не лишенный интереса.

– А какого ответа вы ждете от меня? В глазах Ашрафа промелькнул насмешливый огонек. Разговор, а точнее, шутливая речь была одним из его любимых развлечений, и ему доставляло удовольствие общение с этой молодой женщиной.

– Значит, вы покинули свою страну.., и заодно бросили любимую работу. Не из тех ли вы женщин, что жертвуют всем ради мужа?

Лорин запротестовала:

– И не думайте так. Я в восторге, что живу здесь, но у меня есть профессия, и я рассчитываю заниматься ею.

– А! Вы меня обнадеживаете. Каковы ваши планы?

– Это долго объяснять. Может быть, в другой раз.

– Как вам будет угодно. А где вы собираетесь жить?

– В Гульберге. Впрочем, вы же знаете дом Менсура.

– Да, конечно. Таким образом, вы сразу же столкнетесь с вашей грозной свекровью!

– Салимой?

– Да, Салимой.

– Но я думала, что она в Сялкоте.

– Время от времени она проводит там несколько недель, но большую часть времени живет в Гульберге. Этот квартал ей очень подходит. Я полагаю, он вам тоже понравится. Как вы думаете?

– Я не знаю... Да... Возможно.

У Лорин теперь было только одно желание - найти Менсура и объясниться. Он не говорил ей о своей матери, он нарочно не сказал, что она будет жить вместе с ними. Салима всегда была обходительна, но как только дело касалось раздела сфер влияния в доме, появлялась натянутость. Тем более что Салима, хотя и не была бог весть кем, даже слыла сильной личностью.

– Вы стали сразу какой-то задумчивой, не так ли?
– У Ашрафа был удивленный вид, - По крайней мере, это не из-за того, что я только что вам сообщил?

– Нет, нет. Будьте спокойны. Если позволите, я сейчас пойду к своему мужу. Столько народа... Я его совершенно потеряла из виду.

– Пожалуйста, пожалуйста, но, главное, не беспокойтесь. По правде говоря, не из-за чего.

И с натянутой улыбкой на лице Лорин растворилась в толпе гостей в поисках мужа.

Глава 2

Лорин пребывала в задумчивости в автомобиле, увозившем ее в сторону Гульберга, жилого квартала Лахора, выбранного Менсуром для проживания.

В лунном освещении легкая дымка становилась синеватой, окутывала все и даже придавала какой-то таинственный вид тяжеловесному куполу ближайшей мечети.

Через некоторое время Менсур сделал крутой поворот. Оставляя позади себя переплетение узких улиц, они выехали на дорогу Мак-Леод-Роуд. В гнетущей теплоте ночи до них доносился лишь редкий собачий лай. На полном ходу они промчались по Анпе-Мелл, затем по Чаринг-Кросс. Невдалеке, утопая в листве, внезапно возник Дом правительства. Лорин лишь бросила на него рассеянный взгляд, ее мысли были о другом.

– Ты устала?
– спросил Менсур, глядя на напряженное лицо жены.
– В чем причина? Лорин ответила каким-то уклончивым жестом.

– Ты не находишь, что эта вечеринка была необычайно удачной?
– Она молча кивнула головой. Тогда, восхищенно улыбнувшись, он сказал ей:

– Ты знаешь, все мои друзья были пленены твоим очарованием.

– Ты полагаешь, что с твоей матерью будет то же самое?
– Вырвавшийся у нее вопрос невольно прозвучал провокационно.

Менсур бросил на нее беглый взгляд. Он вел машину небрежно, и его внешняя развязанность могла раздражать молодую жену.

– Я что-то не очень тебя понимаю, - ответил он.

– На самом деле?

– Почему этот агрессивный тон в отношении Салимы?

– Ты не сказал мне, что мы будем жить с ней под одной крышей.

– До настоящего момента у нас не было времени подойти к этому вопросу, ответил он внешне искренне, но по интонации голоса Лорин заподозрила, что он хочет прощупать почву.

Она продолжила резким тоном:

– Тем не менее это тема с большим смыслом. Уж скажи честно, ты пытался меня обмануть. Менсур с жаром парировал:

– Я тебя не понимаю. Куда лучше, если бы ты все объяснила.

Они приближались к каналу. По звукам гнусавой музыки она приметила парочку, которая слушала транзисторный приемник, сидя на газоне, образующем вдоль тротуара некоторое подобие банкетки. Менсур свернул на углу улицы, не обратив на них внимания...

– Я не знала, что Салима будет жить с нами, - уже спокойнее повторила Лорин.

– Что тебя смущает? С тех пор как мой отец умер, несколько месяцев в году она проводит в Лахоре. Остальное время живет в Сялкоте.

Делая усилие, чтобы взять себя в руки, Лорин тем не менее не без упрека в голосе сказала:

– Прежде всего, ты мог бы со мной об этом поговорить. Потом, я не знаю, к чему готовиться. Это совершенно новая для меня ситуация, и я немного побаиваюсь. Насколько помню, у Салимы всегда был критический взгляд в отношении других.
– После паузы она нерешительно продолжила:

– У нее и у меня образ жизни настолько различен... Мне не хотелось бы ссориться с ней, но не менять же свой стиль жизни!

– Не волнуйся, пожалуйста, вы будете редко видеться. Ее апартаменты расположены на втором этаже, у нее свои друзья... Нет никаких оснований для того, чтобы она вмешивалась в нашу жизнь.

– Да, именно это-то и предполагается... А потом очень скоро обнаруживается, что люди начинают стеснять друг друга. Почему бы не жить где-нибудь в другом месте?

– Послушай, сейчас у меня нет времени, чтобы искать квартиру. Кроме того, этот дом очень просторный, и было бы смешно не воспользоваться этим. К тому же Салима не поняла бы, почему мы отказываемся поселиться в нем.

– А! Ну вот! Ты ставишь личные соображения твоей матушки выше моих. Это именно то, чего я опасалась.

Менсур сделал нетерпеливое движение. Не желая слышать его возражений, она воскликнула:

– Предупреждаю тебя: либо я, либо она! Это неуместное заявление вызвало у него смех, который взбесил ее, и она продолжала с запальчивостью:

– Я полагаю, что ты мог бы поинтересоваться моим мнением. Это свидетельствовало бы о вежливости с твоей стороны и, по крайней мере, о доверии.
– Ее голос стал резким.
– Обычно ты спрашиваешь моего совета. Это что, само возвращение в твою страну так тебя преобразило?