В сетях обольщения
Шрифт:
– Кстати, у вас может появиться прекрасная возможность войти в руководство этого общества, – с таинственной улыбкой промолвил Уитон. – Леди Эдвина Дивейн, президент этой организации, изъявила желание иметь помощницу, которая присматривала бы за новичками и составляла бы о них свое мнение. Этим готова заняться леди Жанелль Бланкетт, однако скорее всего предпочтение будет отдано вам. Я за вас уже похлопотал, у меня имеются там свои влиятельные люди.
– Если так, тогда зачем вам нужна я? – с удивлением спросила Тесс. – Ведь у вас уже есть надежный источник информации.
– Позвольте решать мне, сколько агентов следует внедрять в интересующую меня организацию, миледи. Просто выполните это поручение и побольше разузнайте о графине ди Нотари. Меня интересует о ней все: где она бывает с визитами, с кем ужинает, с кем переписывается, с кем спит. Одновременно с этим вам надлежит сблизиться с руководством общества и перезнакомиться со всеми его членами без исключения. Вам все понятно, дорогая Тесс?
– Да, – сдавленно произнесла она. – Но я выполняю еще и другую работу – по деловым договорам со своими клиентами. У меня совсем нет свободного времени.
О своей благотворительной деятельности в сиротском приюте Тесс ему напоминать не стала, поскольку он уже неодобрительно отозвался о ее бескорыстной помощи заключенным.
– Ваши коммерческие партнеры могут немного потерпеть, – с легким раздражением сказал Уитон. – Сосредоточьтесь на графине. Я жду отчета на следующей неделе.
– Будет исполнено, мистер Уитон, – сказала Тесс, уже не в силах дискутировать с ним. Его служебное рвение в последнее время все чаще повергало ее в отчаяние. Разумеется, она готова была и впредь отдавать все свои силы тайной войне с коварным противником, но предпочла бы сотрудничать на этом благородном поприще с людьми менее фанатичными и рьяными, чем ее куратор и его подручный.
И, словно бы в пику ее тайному желанию, Уитон добавил:
– Доклад представьте мистеру Рейнольдсу!
– Отныне я всегда должна буду отчитываться о своей работе не вам, а ему? – упавшим голосом спросила Тесс.
– В нашем деле нет ничего постоянного, миледи! – с ухмылкой ответил Уитон. – За исключением необходимости соблюдать конспирацию и всегда быть начеку! Не забывайте, что враг не дремлет! Прошу вас отчитываться перед Рейнольдсом каждые три дня. Таковы его требования.
– Какая нелепая прихоть! – воскликнула она. – Но ведь может статься, что за три дня я не сумею добыть интересных новых данных. И что тогда? Зачем же попусту тратить время на ненужные конспиративные свидания? – Она натянула перчатки, тряхнула рыжими волосами и заявила: – Нет, я не стану ему потакать, мистер Уитон! Я свяжусь с ним не раньше, чем добуду действительно значимую информацию.
– Вряд ли ему это понравится, – пробурчал Уитон.
– В таком случае я предоставлю отчет лично вам.
– Видите ли, дорогая Тесс, я уезжаю в маленькое путешествие, – склонив голову, многозначительно произнес ее куратор.
– Но вы же, вероятно, возвратитесь в Лондон из своего вояжа!
– Не будем загадывать, моя дорогая. Я стану бывать в Лондоне наездами. Поэтому мои обязанности временно будет исполнять мой секретарь.
– Вы находите, что он справится с ними? – с явным сомнением в голосе спросила Тесс. – Ведь он поднаторел больше в практической работе, а здесь необходим аналитический склад ума. По-моему, тактик из него никудышный, как, впрочем, и стратег.
– Мы скоро узнаем, на что он способен, – с мягкой улыбкой промолвил Уитон. – А вам я желаю успехов.
Глава 5
– Добрый день, Джо! – приветствовал Хит хозяина, войдя в таверну «У Типтона». – Как идет торговля? Надеюсь, успешно?
Джо – долговязый тщедушный малый, абсолютно лысый и прихрамывающий на одну ногу – с идиотской улыбкой ответил:
– Сегодня гораздо лучше, чем вчера, сэр! Вот только моя проклятая больная нога разнылась из-за дождя.
Выждав, пока его глаза привыкнут к полумраку, Хит снял шляпу и сказал:
– К счастью, погода, кажется, налаживается. Нас ожидают солнечные деньки.
Джо плюнул в кружку, протер ее грязной тряпкой и сказал, обнажив в улыбке щербатые зубы:
– До этого еще надо дожить, сэр. Пока что лондонское небо плотно затянуто проклятыми тучами. Биллс ожидает вас за своим обычным столиком. Я велю Урсуле немедленно подать вам пиво. Приятного аппетита!
– Спасибо, дружище, – сказал Хит и направился к своему старинному приятелю.
С Уильямом Лоусоном Смитом, известным в кругу своих друзей больше как Биллс, они подружились еще во время совместной учебы в юридической школе. Хит в ту пору старался не привлекать к своей персоне особого внимания и усердно грыз гранит науки. В отличие от него Биллс выделялся из серой массы студентов как своей модной одеждой, так и задиристым характером. Всегда одетый как лондонский денди, этот громкоголосый юноша постоянно ввязывался в скандальные истории и был непременным участником всех жарких политических диспутов. При этом он проявил себя и как способный студент, всегда готовый помочь своему товарищу в учебе. Именно он позже помог Хиту получить перспективное место в юридическом совете, за что тот чувствовал себя его вечным должником.
Как это ни странно, сам Биллс не стремился занять высокий пост, предпочитая вести спокойную жизнь консультанта в адвокатской конторе, учредителем которой он являлся.
Сегодня на нем был ярко-желтый сюртук и зеленый жилет, потому Хит без труда разглядел его на фоне грязных стен и потемневших столов этого злачного заведения.
Завидев своего приятеля, Биллс отложил в сторону газету и с радостной улыбкой воскликнул:
– Привет, дружище! Присаживайся за мой столик! Рад тебя видеть! Ты чувствуешь дразнящий аромат рагу из барашка? Сейчас мы его отведаем с жареным картофелем!
Он шумно втянул воздух, пропитанный кухонными запахами, и пригладил ладонями свои курчавые бакенбарды, лоснящиеся от помады, как и его гладко зачесанные назад светлые волосы.
Хит сел за стол напротив него и произнес:
– С удовольствием, дружище! Здесь отлично готовят тушеную баранину. Признаться, у меня уже текут слюнки.
Подавальщица Урсула, принесшая Хиту кружку пенного пива, с кокетливой улыбкой проворковала:
– Что-то вы давно не бывали у нас, мистер Бартлетт! Как поживаете? – Она наклонилась над столом так низко, что ее женские прелести едва не вывалились наружу.
– Урсула! Не болтай с клиентами! Ты нужна мне на кухне! – крикнул ей Джо от стойки.
– Отстань, старый дурак! – не оборачиваясь, огрызнулась бойкая девица.
Джо не спускал со своей любвеобильной дочери глаз, однако проку от этого было мало. Ничто не могло охладить ее пылкий темперамент и помешать кокетничать с завсегдатаями.
Урсула еще ниже наклонилась над столом и, многообещающе улыбнувшись Хиту, снимающему перчатки, спросила грудным голосом:
– Надеюсь, вы сегодня никуда не торопитесь?