Чтение онлайн

— Ладно, — не стали спорить мы, еще раз попрощались и вышли. А я потом всю обратную дорогу до школы представляла, как сразу после нашего ухода эльфы суматошно бросились отпиливать приросшие к потолку ступеньки.

Ночью я подскочила и резко села на кровати, чудом не заорав. Что-то мокрое и холодное прилетело мне в лоб. Я посмотрела вниз. На одеяле валялся снежок, холодный и мокрый. Я недоуменно посмотрела на Тамарку, подруга мирно посапывала. Форточка была открыта, и я с подозрением вперилась в оконный поем. В окне мелькнуло, снаружи свешивалась чья-то голова и плечи. Особо гадать мне не пришлось. Ладмир приветственно махнул рукой, а потом показал мне жестом, чтобы я спускалась. Вылезать на ночной мороз из теплой кровати не хотелось, но любопытство победило и я, мысленно посылая проклятья на голову Ладмира, сонно натянула гамаши, носки, поверх ночнушки надела юбку и кофту, подхватила валенки, фуфайку и платок и на цыпочках выскользнула в коридор. Школа была темна и тиха. Я влезла в одежду, бесшумно сбежала по лестнице, толкнула дверь и вышла на крыльцо. Было безветренно, ясные звездочки глядели с неба, выдыхаемый воздух клубился парком на морозе. Я огляделась, Ладмира не было. И вдруг откуда-то сбоку подскочила темная тень, которая схватила меня за горло и со смаком припечатала в подвешенном состоянии к стене возле главного входа.

— Ну, привет! — совсем неприветливым голосом поздоровался Ладмир.

— И тебе не болеть, — прохрипела я кое-как и постаралась вдарить ему коленкой по интиму, но агрессор на долю секунды опередил меня и навалился на мою ногу так, что я теперь вообще с трудом могла шевелиться. И то только нижней челюстью. — Бесноватый! Че те опять надо?

— Я слов на ветер не бросаю, — процедил мне Ладмир прямо в лицо. Красные глаза были недобрым образом сощурены. — Придется отвести тебя к кридою на знакомство.

— Слышь, как там бишь тебя... вампир! — сипло возмутилась я и попробовала поизвиваться, но не вышло. — Совсем с ума вылез? Я ничего не делала!

— Ты проболталась! Кому?! Говори?! — негромко, но ужасно страшно спросил Ладмир и, встряхнув, опять припечатал к стене.

— А-а! Помогите! Убивают! — попробовала вскричать я, но вышел только предательски-жалкий сип, к тому же Ладмир зажал мне рот ладонью. Уж тут я себя сдерживать не стала и, плотоядно растянув под ней губы, грызнула мерзавца! Ладмир ладонь чуть отодвинул, но не убрал, зато зажал мне пальцами нос, из-за чего кусание пришлось немедленно прекратить.

— Не говорила я никому, — примирительно прогундосила я из-под ладони. — Что мне жизнь, что ли, не мила?

— Вспоминай! Может, случайно сболтнула лишнее, — чуть ослабив схватку и отцепившись от моего носа, приказал Ладмир.

— Не говорила я! Чем хочешь поклянусь, и близко не заикалась! — негромко возопила я и, округлив глаза, добавила: — Даже Тамарке! — Ладмир смотрел задумчиво. — Да что случилось-то?! — я ехидно спросила: — Неужели кто-то пробовал забраться в пустые и никому не нужные лаборатории?

Ладмир, наконец, отпустил меня. Я, почувствовав ногами твердую поверхность, в изнеможении привалилась обратно к ставшей теперь надобной стене.

— Ну? — вяло потребовала я. Парень молчал. — Говори! После того как чуть меня не убил, ты мне просто обязан все рассказать, — зашипела я, отлипая от стены, медленно надвигаясь на Ладмира и тыча в него пальцем. Тот задумчиво постоял, а потом схватил меня за палец и заложил мою руку в свой локоть:

— Хорошо. Пройдемся? — и, не дожидаясь ответа, поволок меня куда-то по тропинке вглубь школьной территории. Ладно хоть, ночь была лунная, и я могла видеть, куда ставлю ноги.

— Эй, — я сопротивлялась, попробовала тормозить валенками, затем вырвать руку, но ничего не выходило. — Ну уж нет! Сейчас еще отведешь меня в подвал к кридоям! Хвос ведь знает, что у тебя на уме!

— Ты мне не веришь? — Ладмир приостановился, удивленно глядя.

— А ты как думаешь? — в свою очередь искренне поразилась я.

— Я ничего тебе не сделаю, — подумав, выдал Ладмир таким проникновенным голосом, что все мои сомнения наоборот только увеличились раза в два, а то и в три. Но делать было нечего, пришлось расслабиться и изобразить доверие. Палочку свою я неосмотрительно оставила в комнате и сейчас кляла себя за безалаберность. Парень же был минимум раз в десять сильнее меня и, вздумай он действительно покормить мной полудемонов, я была бы без проблем скручена им в бараний рог и доставлена в пункт назначения.

Минуты три мы молча двигались прогулочным шагом, а потом Ладмир негромко сказал:

— Пропал один кридой.

До меня дошло не сразу, остановилась я только секунд через пять:

— Что?!

— Ш-ш! — Ладмир приложил палец к губам и оглянулся. У меня от его оглядок мурашки по спине забегали, и ухнуло в животе, я машинально посмотрела вслед за ним, подозревая, что как пропал кридой, так сейчас и найдется. За нашими спинами. Но никого поблизости не было, и я шепотом повторила:

— Что?!

— То, — передразнил Ладмир. — Пропал вчера или сегодня утром из закрытой комнаты, ни его, ни чьего-либо еще трупа, ни следов. Охранные заклинания, как и прежде, работают. Я и обнаружил-то случайно.

Я глупо хлопала глазами и ноги переставляла автоматически. Мозг отказывался представлять, КАК мог исчезнуть огромный зверь из тщательно защищенного (по словам Ладмира) подвала, и где и кого он сейчас кушает.

— И ты всерьез подумал, что я или кто-то из моих знакомых мог позариться и выкрасть кридоя? Зачем? Держать под кроватью в качестве домашнего зверька? — нервно хихикнула я, сразу представив огромного спящего зверя и кровать с оторванными от пола ножками, мерно вздымающуюся верхом на его волосатой спине.

— Я просто не знаю, что думать, — вздохнул Ладмир.

— Может, он взял и умер? — предположила я. Ладмир прожег меня взглядом.

— А где же тогда тело? — ехидно поинтересовался он.

— Вознеслось на небо. Или куда? В преисподнюю. Может самовоспламенилось и сгорело без остатка. Кто знает, как там у них, у полудемонов-то? — пожала плечами я.

— Это не шутки, — серьезно ответил Ладмир. — Никаких сообщений, похожих на упоминание о кридое пока не поступало, а это значит...

— Что их просто уже некому передать? — встряла я.

— Что, скорее всего, его кто-то украл, вывел, похитил. И этот кто-то может удержать кридоя. Но кто? Как? И главное — для чего? — рассуждал Ладмир. — Мое мнение, что этот некто с неясными целями очень может быть опасен.

Какое-то время мы опять шли молча. Мне на ум приходил почему-то только один настолько могущественный человек, самый могущественный в моем понимании — Тихон Петрович. И я судорожно перебирала, для чего бы ему мог понадобиться кридой. Выходило, что много для чего. Я сглатывала, таращила время от времени глаза, и меня бросало в жар, когда воображение рисовало картины приложения директором кридоя к наказанию особо неприлежных учеников. Я твердо зареклась опрометчивых шалостей не совершать, а только с тщательным заметанием следов.

— Ну, а как у тебя дела? — сменил тему Ладмир.

— Нормально, — пожала плечами я, — От коронации отстранили, одноклассники нас с Томкой ненавидят, в школе про меня думают либо крайне неприлично, либо очень негативно, и отработки еще осталось больше половины месяца.

— А за что вас отстранили от коронации? — спросил Ладмир. Я искренне удивилась:

— Ты, наверное, единственный, кто об этом еще не знает. Даже эльфы уже в курсе.

— Эльфы? — насторожился Ладмир. — Какие?