Чтение онлайн

— Да они тут в бывшей «Маме Зое» ремонт делают, — бесхитростно выдала я.

— Ремонт? — переспросил Ладмир.

— Ну да, чтобы размещать гостей из делегации, которым места не хватит в Императорском дворце.

— Так что там с отстранением-то? — как-то рассеянно спросил Ладмир. Я в общих чертах рассказала.

— Кстати, ты не знаешь способ, как можно незаметно пробраться на коронацию? — вспомнила я под конец.

— Тебе зачем?! — выпучил глаза Ладмир. — Собралась похитить Императора?

— Сдался мне Император, — буркнула я. — Поспорила я.

— Та-ак, — заухмылялся Ладмир. — А ставки?

— Выиграю — семьдесят золотых мои, нет — буду прилюдно и обидно порота розгами, — еще более хмуро произнесла я, глядя исподлобья.

— Лучше быть прилюдно поротой розгами, — назидательно проговорил Ладмир, — чем попасться Имперской страже под сабли. Знаешь, какие они будут нервные? Только подвернись им кто — сразу зарубят со страху, — и категорично провел перед собой рукой.

— Ты-то откуда знаешь? — спросила было я. — Ах, ну да! Ты за свою жизнь, наверное, не одну коронацию перевидал, — и тяжко вздохнула: — Ладно, проехали.

— Почему сразу проехали? — невзначай поинтересовался Ладмир.

— Ты же все равно не знаешь, как пробраться, — махнула я рукой. Ответом мне было молчание. — Ведь ты не знаешь? — вкрадчиво переспросила я, взглянула на лицо, где блуждала самодовольная улыбочка, и ахнула: — Ты знаешь!!! — от восторга и удивления я затормозила, отпрыгнув в сторону, и завязла в сугробе. Ладмир одним рывком вытянул меня на утоптанную тропинку, а затем галантно извлек потерянный мной в недрах сугроба валенок.

— Что за способ и откуда ты его знаешь? — вопросила я, натянув утрату на ногу.

— Князя-то Ширмея ведь Император не просто так невзлюбил, — начал с предыстории Ладмир, хитро на меня поглядывая. Я жадно внимала. — Очень уж он был охоч до женщин, да и Императорских фавориток вниманием не обделил. Как выяснилось позже, зря. Квентин Пятый был истинным самодержцем — темпераментным собственником, ревнивым и вспыльчивым. И вот когда правда всплыла, от конкурента он избавился, на него заодно навешали всех собак по внутренним проблемам государства и убили, причем такой казнью, чтобы другим сластолюбцам повадно не было. Но тебе я не расскажу какой, мала еще, — предупредил мой вопрос Ладмир. Я было хотела возмутиться, что совсем взрослая и кое-кто ненамного старше, но потом вспомнила, что он не просто намного, а на очень много старше и смолчала. Вампир продолжал: — Так вот, способ, каким Ширмей по ночам проникал в Имперский замок, так из него и не вытянули, списали все на сильное колдовство и казнили. А только не колдовство то было, — сделал эффектную паузу Ладмир. Я подалась вперед с жадно горящими глазами. Вампир неожиданно клацнул клыками прямо у моего носа, я, вздрогнув, отдернула главное достоинство любопытных. — А катакомбы.

Я азартно хлопнула себя по бедру:

— Так я и знала! — хотя на самом деле ничего не знала. Ладмир посмотрел с недоверием и продолжил:

— Первый этаж подвала до сих пор в родном виде. Остальные этажи по его подобию лабиринтами строились. Только запутаны-то ходы были отнюдь не случайно, — Ладмир подмигнул, — а чтобы скрыть и затерять тайные ответвления. Я и сам их случайно нашел.

«Ага, небось, когда тоже в гости к фавориткам наведывался», — подумалось мне.

— И у тебя есть карта? — с затаенной надеждой спросила я.

— Нет, конечно, откуда? — поразился Ладмир, а я расстроилась, поняв, что лучше прилюдная порка, чем голодная смерть в лабиринтах катакомб. — Я тебе ее нарисую.

Я неверяще взглянула на Ладмира и, завизжав, бросилась ему на шею:

— Спасибо!!! — и мы полетели в сугроб. Я готова была расцеловать благодетеля, но мужественно сдержалась и вместо этого растянула рот в самой широкой из своих улыбок. Отплевываясь от снега, мы вылезли обратно на дорожку.

Мы миновали летнюю физкультурную площадку, обогнули учительскую столовую, а затем свернули на тропинку, ведущую обратно к главному корпусу.

— А когда ты ее мне принесешь? — допытывалась я, стараясь заглянуть Ладмиру в глаза.

— Когда нарисую, тогда отдам, — загадочно улыбался Ладмир, — за половину выигрыша.

— Что-о?! — возмутилась я, хватая ртом воздух. — Обнаглел совсем? Десять процентов и не медяком больше!!

— За какие-то жалкие семь золотых? — наигранно удивлялся Ладмир и недовольно поджимал губы: — Да у меня эту карту с руками оторвут и за тысячу золотых! Пожалуй, найду себе менее жадного покупателя. А я-то хотел по старому знакомству... — и надувал губы, смотря куда-то в сторону.

— Ха! Да ты найди такого дурака, который тебе поверит, полезет в древние катакомбы, да еще и на территорию школы как-то сможет пройти! — торговалась я. — А ученики у тебя ее шиш купят! За тысячу золотых скорее стукнут тебя чем тяжелым по темечку, ограбят, да сами пойдут картой торговать! А мои двадцать процентов не так уж и плохо!

— Тридцать! — встрепенулся Ладмир.

— Идет! — согласилась я, и мы хлопнули по рукам. Хотя я подозревала, что Ладмиру не так и нужны деньги, тут было скорее дело принципа.

— А кстати, откуда это у твоих спорщиков такие деньжищи? Или они так сильно уверены в своей победе?

— Да Мариска и Куня из дворянских семей, — хмыкнула я, — Ерема и Тилас — из купеческих. Что им стоит пощипать родительскую мошну? А вообще, скорее они и правда, как и остальные, уверены, что я проиграю, — я задумалась. — Я и сама была в этом уверена до сегодняшнего дня. На защиту Императорского семейства ведь лучшие маговские умы работают. Кто я против них?

— А ты из какой семьи? — невзначай поинтересовался Ладмир.

Я напряглась. Ненавижу эту тему.

— Ни из какой, — буркнула я.

— Так не бывает, — вкрадчиво заметил Ладмир. — Родители есть у всех.

— И что? — еще больше нахмурилась я.

— Как ты попала в Магическую ступень?

Я молчала.

— Варя, не забудь, карта есть только у меня, — мягко поговорил Ладмир.

— Шантажист, — засопев, посмотрела я исподлобья: — Зачем тебе это? — Вампир только с улыбчивым вниманием смотрел в мое лицо. — И ничего интересного! Потерялась, нашли на дороге, я не помнила, где дом. — Сердце защемило от воспоминаний. Сколько раз мне вбивали в голову, что все было именно так...

Север. Как много в этом слове... снега, льда, холода, оленей, ягелей, балыка. Это прародина моя. Лучше всех на свете я!.. Впрочем, это так, кхм, к слову.

Так вот, север! Была я там, у деда, всего один раз — в возрасте шести лет. Сами мы с родителями жили много южнее, там, где не тянется насколько хватает глаз бесконечная тундра, перемежающаяся островками моховин и нижайшими кривенькими деревцами. Где в году не бывает бесконечного дня, сменяющегося бесконечной ночью. Страшна длинная северная ночь! Бесконечный мрак и столь же бесконечные толпы морозостойкой нечисти, скалящей зубы из каждого сугроба, постепенно подбирающейся к одинокому одындровому чуму.