Чтение онлайн

Я резко оборачиваюсь, и швабра выскальзывает из моих рук, жутко противным звоном падает на пол. Я, бросив невольный короткий взгляд на вылетевшую тряпку из нижней распавшейся на двое широкой части металлической палки, смотрю на вошедшего только что Игоря.

— Ты же должен был вернуться только вечером, — говорю я, слегка растерянная, застигнутая врасплох. После резким выдохом сдуваю с лица мешающуюся прядь волос.

Мужчина разувается, вешает ключи на крючок и какой-то странно хищной поступью подходит ближе.

— Что ты… что ты делаешь? — Я пячусь назад, спотыкаюсь о ведро, треть воды выливается на паркет, я поскальзываюсь и, неуклюже размахивая руками, безнадежно падаю вниз.

Игорь достигает меня в мгновение ока, успевает дернуть на себя, но нам всё равно суждено было упасть, поэтому… мы падаем! Точнее Игорь принимает удар на себя, коснувшись лопатками твердого пола. Я оказываюсь сверху, прижатой к его груди.

Поморщившись от боли и выпустив из уст едва слышный хриплый стон, Игорь, и не думая выпускать меня из кольца рук, спрашивает:

— Ты в порядке?

— Да.

Заметив мои попытки высвободиться и как можно скорее оказаться на ногах, мужчина резко переворачивается и сминает меня под себя.

— Игорь, ты что делаешь?

В его глазах плещется темное море, глубина которого поражает, заставляет на одно короткое мгновение замереть и забыться. Такой внимательный и пронзительный взгляд, в котором вновь читается нежная любовь. Я так четко это вижу, что опять задумываюсь: а может утонуть в ней навеки? В любви в его синих глазах?

Чего?! Какая, к черту, любовь?!

— Слезь с меня, Игорь! Немедленно!

— А если я не хочу? — нагло вскинув брови, произносит он. Обалдел совсем что ли?! Что на него нашло?! Обезумел?! Какого черта, он себя так ведет?!

— Мне какое дело до твоего "не хочу"?! Этого хочу я, понял?! — и бью его по груди, всеми силами пытаясь вырваться.

— Тише, — шепчет Игорь, склонившись очень близко и остановившись в сантиметре от моих губ, и я резко замолкаю, даже перестаю брыкаться, во все глаза уставившись на него.

Никто из нас ничего не успевает сказать друг другу — по лестнице спускается дед и, увидев нас в столь компрометирующем положении, на секунду застывает.

— Деда, это не то, о чем ты подумал! — спешу я прояснить ситуацию. Боже, какая нелепость!

— О, здравствуйте, Лев Янович, — тем временем широко улыбается Игорь, повернувшись к деду лицом. Одна его рука всё так же покоится на моей талии, вторая упирается предплечьем в пол по другую сторону, прямо у моей головы.

Быстро опомнившись, дед возобновляет движение и выдает с тоном сарказма:

— О дети, не переживайте, я ничего не видел. Вы лежите, лежите. Вам, наверное, там удобно. Не переживайте, не буду вам мешать. Я вообще мимо проходил, уже ухожу, — и через секунду с лукавой улыбкой проходит в кухню и исчезает.

И я начинаю яростно бить ладошками в грудь Игоря:

— Слезь с меня! Живо! Из-за тебя дед невесть что подумает обо мне!

— Ты хотела сказать, о нас? — насмешливо выгибает он бровь, не сдвинувшись ни на миллиметр.

— Да кому какое дело до тебя, — закатываю глаза и толкаю его.

— Ты такая красивая, когда злишься, — улыбается он, глаза-озера так и смотрят на меня, не переставая. Черт бы его побрал!

— А ты нет, — заявляю я, устало замерев на полу. Устала барахтаться. Сейчас немного отдышусь, и снова в бой.

Игорь поднимает руку и нежно касается моего лица, волос, губ, скользит по линии подбородка и склоняется ближе для поцелуя.

— Нет, — упираюсь ладонью ему в грудь в защитном жесте. — Не смей меня целовать.

— А я и не спрашивал разрешения, — нахально произносит, после чего берет и целует. Коротко и невинно. Легким касанием мягких губ. Потом резко отстраняется и встает, помогает встать мне, слегка опешившей и очумевшей от такой дерзости.

Смотрю на него и пытаюсь понять, мне как нужно себя вести сейчас? Обругать невероятным количеством не совсем приятных эпитетов? Или сделать вид, что ничего не было?

Слова застряли в горле, и я, проглотив возмущение, распрямляю несуществующие складки платья, сокрушаюсь по поводу мокрых пятен, и только тогда поднимаю глаза на него. А этот хитрец, оказывается, всё это время на меня смотрел.

— Что?

— Ничего, — ухмыляется гад.

— Весело тебе?

— Ну… да, есть немного.

Смотрю вниз и говорю:

— Ширинку застегни.

Игорь тут же озадаченно бросает взгляд на свои джинсы, и я картинно закатываю глаза. Ловко прошмыгиваю мимо него и поднимаюсь наверх.

— Так предсказуемо, — роняю как бы между прочим, стараясь внести в голос полное надменное равнодушие.

— Может быть, — весело замечает он, поняв мой хитрый маневр, — но зато ты непредсказуема совершенно. Мы с тобой идеальная пара в этом плане, — и подмигивает мне. И я, зло фыркнув, ухожу к себе, чтоб переодеться, а потом, взявшись за швабру, все-таки домыть этот чертов пол!

Глава 20. Красивые губы.

5 июля 2020

Воскресенье

— Знаешь, Алекс, мы, наверное, с Женей не сможем поехать с вами, — начинает тетя вдруг. — Да и… ну в самом деле, мы с этим Николаем даже не знакомы! — запальчиво произносит Лена, не выдержав. — Зачем нам являться на чужой праздник? Если бы ко мне на день рождения заявились незнакомые люди, я бы не обрадовалась.

— Но ведь Николай Геннадьевич пригласил всю мою семью, — не соглашаюсь я. — Хотел познакомиться со всеми вами. Я ему звонила днем, уточняла. — Ну и извинилась за одно, добавляю я мысленно. — Он всех искренне ждет, я в гости не напрашивалась. Дед даже Софию пригласил, Николай не против. А она, на минуточку, мне даже не родственник, но тем не менее едет с нами.

— Алекс, у нас с Женей сейчас всё прекрасно, — подумав, заявляет она. А это тут причем? — А будет еще лучше, если сегодняшний вечер мы проведем с ним вдвоем, совершенно одни в огромном пустом доме, где только я и он, понимаешь, о чем я? — и подмигивает мне. Я удерживаюсь, чтобы очередной раз не закатить глаза, понимающе помалкиваю, но она вдруг снова начинает тараторить: — С другой стороны, ну что мы там будем делать? На этом скучном ужине? О чем можно беседовать с… прости, со стариком? О литературе с историей? Об искусстве? Ты же знаешь, Алекс, я в этом ничегошеньки не понимаю, я человек науки, увы, не гуманитарий. Ты другое дело, ты человек разносторонний, в какой-то степени творческий, как и твой дед, — будет о чем всем вам поговорить. Так что езжайте втроем. В смысле, вчетвером, раз твоя Соня тоже едет.