Чтение онлайн

Мацек стоял возле «турни», затягивая на своих коротких лыжах крепления. Через минуту он двинулся вверх по склону.

— Проклятие… Представляете, что за пытка! Вроде бы едешь под горку, прямо вниз, без всяких телодвижений, а через сотню метров ноги как ватные, — добравшись до палаток, он тяжело дышал.

Близилось три. Туман осел, на безоблачном небе сияло солнце, далеко на плато простирались тени от ребер Белой Волны.

— Сфотографируй меня, — попросил Мацек. — Хочу иметь вещественное доказательство моего рекорда. Кто из поляков ходил на лыжах так высоко? Тот склон — это верные шесть тысяч метров!

Отдохнув, Рубинек тоже попытался пойти на лыжах, но тотчас же бросил.

— Солнце растопило снег, — пояснил он, — наст не держит.

Мы направились в палатку. В «рондо» оказались горы продуктов.

— Весек, ты наш шеф-повар. Может, приготовил бы что-нибудь изысканное? — подзадоривал Войтек.

— Ладно, приготовлю.

Весека не надо было упрашивать.

Продолжалось это бесконечно долго, но наконец со сковородки стали поступать великолепно поджаренные гренки. Мы были зверски голодны, и нас раздражало, что они жарятся так медленно и что никак нельзя наесться досыта.

Мы готовили, жарили до самого вечера, вплоть до выхода на связь. Большой уведомил нас, что часть лишних вещей уже отправлена вниз. Вальдек и Юзек сообщали, что спустились на перевал для отдыха, а в японском лагере сегодня ночует группа Петра.

Утром мы только к восьми часам были готовы к выходу. В «рондо» оказалось столько всякой всячины — самые лучшие супы, курица, шоколад, жаль было оставлять все это. Продукты, которые мы несли с базы, выглядели значительно скромнее. Поневоле нам с Весеком пришлось добавить к ним по банке консервов, несколько пакетов супа, шоколад. Нагрузившись таким порядком, мы двинулись в путь. Сегодня ведущим был Мацек. Он шел с легким рюкзаком, чтобы прокладывать дорогу. На террасе несколько дней назад выпал снег, но сейчас снежный слой оказался плотным — он несколько подтаял на солнце, и мы почти не проваливались.

Наша группа растянулась на несколько сот метров. Мацек несся вперед, Весек и я замыкали колонну. Мы проклинали теперь свою предусмотрительность, заставившую нас прихватить из «двойки» дополнительные продукты. Дорогу преградил огромный лавинный конус. Вероятно, это остатки мощной лавины, которую мы наблюдали еще с перевала. Голова ее задержалась ниже, и нам пришлось преодолевать широко разлившуюся белую реку, обходя громадные, потрескавшиеся сераки и глыбы смерзшегося снега. Типичная тяжелая грунтовая лавина.

К середине дня, измотанные, изнывая от жары, мы добрались до лагеря у перевала.

— Надо хоть с минутку передохнуть. — Я тяжело дышал, отирая пот со лба.

— Панове, я сделаю компот, это займет две минуты, — принял решение Весек, спеша пресечь мои упреки.

Мы уже заканчивали пить компот, когда снизу подоспели шерпы. Они шли быстро и ловко, связанные верёвкой. Шерпы сбросили мешки наземь, и я заметил, что вид у них тоже крайне усталый. Они сидели на рюкзаках, а Пасанг Дава, как всегда, достал пачку «Спорта» и закурил.

— Sherpas, come on! Есть еще горячий чай! — пригласили мы.

— Thanks, sahb!

Они тотчас подошли, без характерной для них робости. Видимо, им очень хотелось пить.

Пора было отправляться. Измученные подъемом, мы реши ли немного облегчить рюкзаки, оставив в «рондо» часть продуктов.

В три часа мы впятером двумя группами двинулись вверх. Шерпы остались и принялись готовить еду, прежде чем отправиться дальше. Когда мы вышли на траверс, сверху до нас донеслись людские голоса, а через минуту перед нами появились Доктор, Рогаль и Петр. Не было только Шимека. Мы стояли друг против друга, удивленные встречей, не зная, как разминуться на узкой ледовой кромке. Они выглядели смертельно усталыми, замкнутыми. У Петра была смешно взлохмачена борода.

— Мы спускаемся на базу. На перевале, в «тройке», — Вальдек, Юзек и Шимек, — сообщил Рогаль. Его физиономия за эти дни покрылась густой щетиной.

Сегодня мы ночевали в японском лагере. Уже неделю мы выше базы, пора и передохнуть! Постоянная переноска грузов, восхождения и спуски порядком нас вымотали!

— А почему Шимек остался? Хочет участвовать в штурме?

— Не знаю. Говорил, будто остается, чтобы заснять ваш выход на штурм, а потом возвращение. Мы уговаривали его спуститься вместе с нами, но он уперся. Ты же знаешь Шимека, ему лучше других известно, что делать… Нам кажется, ему следует спуститься ниже, пребывание на перевале — это не отдых. Ну, нам время идти. Поднимаю за вас большие пальцы!

Мы осторожно разминулись, держась руками за верёвочные перила и обходя друг друга. Узкая полоска траверса обледенела, а под ней… обрыв в несколько сот метров.

Рюкзаки, хотя мы у перевала и облегчили их, крепко нам досаждали. Теперь мы флегматично брели по глубокому снегу, вслушиваясь в гулкие удары собственных сердец. Склон стал выравниваться, и мы увидели желтые крыши палаток. Вальдек и Шимек заметили нас, поспешили навстречу.

— Привет!

Мы освободились от груза и сели на рюкзаки, греясь на солнце, которое как раз вынырнуло из-за туч. Из палатки выполз Юзек. Тени под глазами, ввалившиеся щеки и грустное выражение лица свидетельствовали, что дела у него не ахти как.

— У тебя есть сигареты? — спросил он.

Я протянул ему измятую пачку «Спорта».

— Как самочувствие, старик?

— Э-э-э… я какой-то слабый, — уныло выговорил он.

— Не огорчайся, братец, завтра наверняка выздоровеешь.

Из-за снежной вершины показалась тройка: Войтек, Рубинек и Мацек. Мы передохнули еще с четверть часа, а потом сообща стали устанавливать «рондо»; палатку доставила сюда группа Петра. Шимек кружил возле нас, фотографируя, пока мы управлялись с громадным полотнищем.

— Сколько у вас продуктов? — забеспокоился Вальдек.

— Немного. Мы принесли с собой снаряжение, личные вещи, — пояснил Рубинек.

— Это скверно. Здесь почти ничего нет.

Только Шимек радовался.

— Как хорошо, что Мацек здесь! Я уже думал, что останусь совсем один. Мне не хотелось спускаться в тот момент, когда вы готовитесь к штурму. Хочу быть рядом с вами, заснять вас сейчас и по возвращении. Я тем временем отправлюсь передохнуть, и, возможно, вместе с Мацеком мы двинемся вам навстречу.

Подтягивались шерпы. Стало шумно. Они распаковали доставленные продукты, кислородные баллоны, техническое снаряжение и, не мешкая, начали спускаться в лагерь у перевала.

Принесли они, однако, немного. Вальдек был раздражен:

— С чем, собственно, вы собираетесь штурмовать вершину?

Нам же казалось, что все в порядке. Мы пришли сюда навьюченные как ослы, не жалея себя, а он еще в претензии, что мало принесли. Ведь всё, «чёрт подери, такое тяжелое! И палатка, и бутан, и снаряжение, и собственные наши вещи!