В тени Сокрытого. Закат Вергазы
Шрифт:
– Ну... – теперь Лоуренс замолчал, ожидая, пока прохожие исчезнут из поля видимости и слышимости. По мере приближения к центру Йер-Велу район оживал, света становилось больше, слышалась музыка – эта часть города никогда не спала. – Начинала она в борделе... как его...
– «Лавка удовольствий», – подсказал Хаз.
– Да, верно... То еще местечко. Стала приторговывать секретами, которые выбалтывали клиенты. Затем покинула бордель, громко хлопнув дверью.
– Очень громко. Она сожгла полздания.
– Не доказано. Дельные проводили расследование...
– Я знаю, что это была она, Лоу. Мне плевать на официальную версию. По нашим делишкам тоже такие расследования устраивали, и тоже доказательств не нашли.
– Ладно, – Барева махнул рукой и задумчиво почесал щетину. – Она понемногу поднималась, продолжая торговать информацией. Нанимала шпионок, проводила аферы. Собственно, этим она и сейчас занимается: облапошивает богатеев и торгует чужими секретами. Только рыбка стала крупнее.
– А еще занимается шантажом Дельных, чтобы ее никто не смел тронуть. Имеет компромат почти на всех в Йер-Велу.
– Кроме тебя? – хохотнул Лоуренс.
– А я что? Я – открытая книга, про меня каждая собака тут знает больше, чем я сам, – Хаз пожал плечами. – Детства своего не помню, мелким оказался на улице среди таких же никому не нужных детей. Проворачивал делишки...
– Убил пару десятков человек.
– Не будь мелочным. Обчистил я гораздо больше. И заметь, оставил в живых!
– Прямо пример доброты.
– Конечно. Самый пик моей доброты пришелся на знакомство с тобой. Ты никак от меня не отвяжешься, а я всю жизнь пытаюсь сделать из тебя человека.
– Бедный Хаз. Ты умолчал о причине, по которой тебя называют Белоглазым демоном.
– Меня как только ни называют, – парень отмахнулся и сунул руки в карманы. – А я просто стараюсь выжить здесь. С моими физическими данными, знаешь ли, сложновато.
Лоуренс громогласно рассмеялся, несколько человек оглянулись на смех, их взгляды пробежались по лицу Баревы, остановились на лице Вале, на его глазах. Толпа вокруг резко поредела.
– Думаю, на тебя у нее тоже что-нибудь есть.
– На здоровье. Я тоже ценю информацию выше монет, потому стараюсь не иметь таких секретов, которые сильно бы мне навредили.
– Куда мы сейчас? – резко перевел тему Лоуренс – для общения по делу стало слишком людно.
– Сначала в «Лосось», перекусим. А потом хочу наведаться в один бордель.
– «Лавку удовольствий»?
– Естественно.
– Хаз, может, не стоит лезть туда?
– Поздно. Мне уже интересно, – Хазери Вале улыбнулся, и от его улыбки стало не по себе даже Лоуренсу.
В «Лососе», как всегда, оказалось много народу, несмотря на предрассветный час. Светлое и уютное заведение всегда пользовалось популярностью. Несмотря на высокие цены, повара трудились день и ночь, поддерживая репутацию ресторана с самой лучшей кухней во всем Йер-Велу. Здесь не скупились на освещение, и «Лосось» был одним из немногих зданий в Йер-Велу, имеющим большое количество желтых алхимических светильников. В чистом и опрятном зале гармонично сочетались украшения в виде рыб и картины, изображающие водоемы. Миловидные официантки порхали от столика к столику, бармен разливал алкоголь, с кухни доносились приятные ароматы.
Хаз засунул руки в карманы и оглядел столики. Ни одного свободного не оказалось.
– Ну как всегда, – проворчал парень.
– Ничему люди не учатся, – снисходительно улыбнулся Лоу.
Они прошли через весь зал в самый дальний угол, где сидел мужчина в шелковой рубашке с коротким жабо, модным в нынешнем сезоне. Он сосредоточенно ковырял в тарелке ножом и вилкой. Хаз подошел к столу, подождал, пока мужчина поднимет взгляд, и в его глазах промелькнет беспокойство.
– Вставай, – холодно произнес Хазери.
Мужчина растерянно похлопал глазами.
– Мне еще раз повторить?
– Но я тут ем...
Хаз скинул тарелку со стола, она ударилась о деревянный пол и разбилась. Металлические приборы звонко застучали рядом с осколками. Разговоры вокруг стихли. Люди недовольно косились, кто-то ворчал про «приличное заведение».
– Ты поел, – спокойно произнес парень. Лоуренс громадной молчаливой фигурой стоял за его спиной, скрестив руки и грозно прищурив глаза.
Атмосфера вокруг из расслабленной превратилась в напряженную, посетители непонимающе переглядывались. Из-за стойки показалась девушка с крупным бюстом и глубоким декольте, подбежала к мужчине с жабо и заворковала, мягко заставляя его встать из-за стола.
– Просим прощения... произошла ошибка... этот столик был занят... следующий завтрак за наш счет.
Из потока ее лепетания на ухо клиенту слышались лишь отдельные фразы, она держала его под руку, прижимаясь грудью, и он послушно шагал, не отрывая взгляда от ее декольте. Тут же появились официантки, подмели осколки, убрали испачканную скатерть, постелили новую, и теперь все выглядело так, будто ничего не произошло. Хаз ухмыльнулся и сел за стол. Лоуренс уже шел от барной стойки с двумя пузатыми бокалами пенного.
– Я уже сделал заказ, красавица, – он улыбнулся и подмигнул подоспевшей официантке. – А что ты после работы делаешь?
Девушка покраснела, молча развернулась и скрылась за дверью на кухню. Лоу громко рассмеялся, глядя ей вслед. Окружающие вернулись к своим занятиям, больше не обращая внимания на новых посетителей. Сев за стол, Лоуренс посерьезнел, хлебнул пива и уставился на Хазери:
– Ты вел себя откровенно хамски.
– Лоу, это наш стол. Мы сюда вообще-то работать приходим, – Хаз закрыл глаза и потер их указательным и большим пальцами от краев к переносице. – Когда платишь управляющему за то, чтобы держать стол для нас, ожидаешь, что он будет пустым в любое время дня и ночи. Платим мы ему хорошо. Раз он не соблюдает своих обязательств, я не буду соблюдать своих.
– А вот и работа.
Лоу показал глазами на молодую девушку, примерно его ровесницу, за соседним столом. Ее зеленое платье – простое, но изысканное, без кричащих украшений, только сдержанная вышивка с цветочным мотивом на груди, а скромный треугольный вырез открывал вид разве что на ключицы. Половину лица закрывали пышные локоны золотисто-пшеничных волос, из-за чего виден был лишь один голубой глаз с длинными ресницами. Красные губы приоткрыты, на лице озадаченное выражение. Хаз тоже обратил на нее внимание, когда они только шли к своему столу – она сидела одна и часто оглядывала зал, словно кого-то искала или ждала. Парни не торопили ее. В конце концов, раз она решила к ним обратиться, то проблемы были у нее, а не у них.