Чтение онлайн

– Интересно, – задумчиво протянула карманница. – Неплохое подспорье в войне, если бы она случилась, верно?

– Да, – Валвер вгляделся в лицо Муро, пытаясь распознать, откуда она родом, но не сумел. – Я напрямую заинтересован в том, чтобы Корсия не получила столь мощный артефакт. Потому что в первую очередь война грянет с Леадом.

– Но у них не удалось его создать?

– Нет. Узнав о планах чтецов, Жезер Монтегю нанял убийцу. Она расправилась с ритуальщиком и уничтожила все его записи, но сама погибла. Чтецы догадались, что Монтегю причастен, и сожгли поместье вместе с ним и… его семьей, – Валвер мимолетно взглянул на Мерсу, но никто, кроме Хазери, этого не заметил. – А я в тот момент был уже на полпути до Леада. Свою задачу я выполнил. О трагедии узнал намного позже, когда меня навестил друг Жезера – алхимик Эльен Мого. Хотя он был гораздо старше меня, мы быстро стали друзьями. Он рассказал, что спустя два года после того, как мы разобрались с чтецами, артефакт все же создали, но Эльен позаботился о нем. Не знаю, как, но все записи и сам артефакт оказались у него. Чтецы надолго притихли, и недавно вернулись. Судя по всему, сначала чтецы пытались подключить к своим замыслам местных ритуальщиков, и за отказ с ними жестоко расправились, а потом запросили из Корсии ритуальщицу. Когда до Эльена дошли слухи о пропаже детей и магов, он попросил меня приехать и что-то сделать, ведь здоровье у него уже не то. Возможно, он догадывался, что его убьют, потому передал дневник и артефакт мне.

– Ты вернулся с новым именем и принялся подмазываться к аристократам, – ухмыльнулся Хаз.

– На самом деле, я это имя использую давно и часто, - скромно потупился Валвер. – Можно сказать, мой псевдоним в научной среде.

– Псевдо… что?

– Считай, что второе имя, Вале. Как у тебя «Белоглазый демон».

Хаз насупился, почувствовав, что над ним насмехаются. Рука сама потянулась к кинжалу, но он остановился. Общее дело важнее личных обид, как сказала Лерлания. Проучить Моратте можно будет и позже. Парень положил руку на стол и продолжил разговор:

– Со вторым именем они тебя не узнали, и ты попытался проникнуть в их круг.

– Да, а ты все испортил! Убил одного из чтецов в моем доме! Сжег библиотеку с ценными экземплярами! Украл артефакт и дневник! – Валвер в сердцах хлопнул по столу ладонью, а Хаз пожалел, что сдержался.

– Значит, тот шар…

– Да! Это и есть артефакт с немереным количеством энергии.

– А энергия взята из жизней маленьких детей… – тихо закончил Хаз. Он вспомнил розоватое свечение и красный сгусток внутри, как шар обжигал пальцы и притягивал взгляд.

– Верно, – Моратте смягчился и с интересом посмотрел в светлые, почти белые глаза. – Ты был среди тех детей, верно?

– Был. Но не знаю, почему выжил. Я помню сам ритуал и ничего больше.

Валвер помолчал, заметил, что Муро открыла дневник, жестом попросил передать ему книгу. Перелистал несколько страниц, сочувственно посмотрел на Вале и показал ему разворот, заполненный ритуальными письменами.

– Вот эти знаки служат предохранителем, чтобы не взять из жертвы больше, чем может уместить артефакт. Иначе артефакт бы разрушился, а по ритуальщикам ударила бы отдача. Скорее всего, тебе просто повезло, и ритуал забрал не всю твою жизненную силу. Вероятно, потому у тебя столь малый рост и худое телосложение. Ох, парень, – он покачал головой. – Когда я тебя увидел, то сразу понял по цвету глаз, что над тобой что-то сотворили. Но такое… Не завидую тому, что ты пережил.

– Да плевать, – махнул рукой Хаз и усмехнулся. – Мне больше интересно, как я тогда выбрался.

– Скорее всего, через тоннели, – предположил Моратте, чьи мысли уже занимали другие вопросы.

– Тоннели?

Валвер закатил глаза. Ну конечно, они не в курсе того, почему поместье или проживание в районе Ла-Фар не мог приобрести никто, кроме представителей знати. Ну конечно, он будет так великодушен и расскажет им, неучам из трущоб, как живут сильные мира сего. Хазери воткнул стилет в стол перед собой, продырявив скатерть и испортив дерево. Валвер намек понял и продолжил уже без колкостей.

Под каждым домом аристократа скрыт тоннель, через который можно покинуть дом в случае опасности. В Ла-Фар тоннели соединены в целую сеть, и аристократы могут передвигаться по району, не показываясь на улице. В Совете на их вольности смотрят сквозь пальцы, ведь подземные дороги имеют не какие-то там преступники, а уважаемые люди с кристально чистой репутацией.

Пока Валвер рассказывал, перед внутренним взором Хаза всплывали смазанные картины воспоминаний. Вот он очнулся в большой телеге среди тел других детей. Неподвижных, холодных, бездыханных. Вокруг каменные стены, освещенные голубыми алхимическими фонарями. Он замерз, хочет пить, от голода болит живот. Шатаясь, идет вдоль стен, ищет выход. Блуждает среди стылых коридоров, пока не находит тяжелую дубовую дверь, которую не может открыть. Сжимается комочком в куче хлама рядом с ней. Хочет плакать, но не может выдавить ни слезинки. Тело ломит и саднит, внутри поднимается страх, захлестывая все его естество.

Хазери моргнул и осознал, что все смотрят на него, в том числе и замолчавший ритуальщик. Парень опустил глаза на руки перед собой – он так сжал кулаки, что костяшки побелели. Дубовую дверь тогда открыли два здоровенных мужчины, а мальчик прошмыгнул в образовавшуюся щель и бежал, бежал, бежал…

– Хаз, ты чего? – он услышал голос Муро и окончательно очнулся от нахлынувшего видения.

Парень резко встал, потер глаза двумя пальцами. Когда Мерса ушла, Вале проспал больше трех часов, но утомление все равно давало о себе знать. Ему бы дрыхнуть до самой ночи, но дела не ждали. К тому же, он был слишком взволнован промелькнувшей догадкой и желал скорее в ней убедиться. Хазери окинул взглядом собравшихся.

– Я на разведку, нужно кое-что проверить. Вы пока подготовьтесь. Если мои расчеты верны, завтра ночью мы прикончим этого ублюдка – Карлоса Этео.

Особняк Коула Грика находился в глубине Ме-Йер, среди богатых и не очень домов. Окруженный заметно большим, чем у других, участком с садом, засажен поникшими цветами и кустами сирени. В хорошую погоду тут гремели вечеринки на свежем воздухе, к неудовольствию соседей. Коул почти всегда был дома, если не посещал празднества сынков богатеев, с алкоголем, дорогими проститутками и разного рода дурманом. На какие средства живет одинокий человек, якшающийся в равной степени с аристократами, Дельными и торговцами, Хазу знать даже не хотелось. Главное – благодаря своим обширным связям Коул мог достать почти все, что когда-либо требовалось банде.

Хазери порадовался, что дождь поутих, но не закончился – хоть парень и промок, топая через весь город, стража правого берега не обратила внимания на фигуру в капюшоне, коих в такую погоду хватало на улицах Вергазы.

– Что тебе нужно, Хазери Вале? – растягивая слова, поинтересовался Коул. Его взгляд был затуманен, но говорил он осознанно. Не пустив Хаза в дом, он беседовал с ним, привалив свое грузное тело к дверному косяку. – Я слышал, тебя разыскивают. А значит, прямо сейчас ты подвергаешь мою спокойную жизнь опасности. Что-то интересное ты задумал, видимо, и дорогостоящее, раз посмел на такое пойти. Ты помнишь наш уговор? Я тебе помогаю до тех пор, пока моя задница в тепле.

– Мне нужна от тебя услуга.

– Еще бы.

– Проведи меня в Ла-Фар. Своим пропуском я сейчас светить не могу. И дай мешок пыльцы фей.

Услышав о пыльце, Коул оживился, облизал губы. Глаза его на несколько мгновений прояснились, а затем потухли. Он расслабленно улыбнулся.

– С этого стоило начинать. Но пыльца дорогое удовольствие.

– Мы идем в Ла-Фар. Там заплатят сполна, – хмуро ответил Хаз и поправил капюшон, чтобы прохожие не видели его глаз.

Через четверть часа Коул Грик, в выходном плаще с золотой вышивкой по краю, вышел из дома и направился вместе с Хазери Вале в самый богатый район города. Хазери выглядел недостаточно презентабельно по сравнению с Гриком, но охрана без вопросов их пропустила, стоило Коулу махнуть пропуском перед их глазами. Пропуск был подписан половиной семей Ла-Фар, ведь золотая молодежь покупала дурман только через него.

Коул посмотрел на здание, перед которым они остановились. От окружающих особняков оно отличалось ветхостью и выглядело заброшенным. Половина окон заколочены, неухоженный участок зарос пожухлой травой, забор покосился.

– Соскучился по невесте?

– Не представляешь, как, – Хазери прошел по размытой дорожке. Под ногами чавкала грязь, ветер раскачивал висящий на одной петле ставень. Парень толкнул дверь, и та с громким скрипом отворилась. – Мерена! Мерена-а! Я пришел! Принес тебе подарок!