Чтение онлайн

А потом время поплыло для меня вообще каким-то странным образом, словно в тумане. Перед глазами менялись картинки с ранеными. Иногда проскакивало уставшее лицо Тсунаде. Мы работали на износ. Какой-то неожиданностью для меня стала новость, что мои подопечные, которыми, по сути, занимался Кен, сдали на С ранг. Пришли ко мне в комнату отдыха, благодарили. Оказывается я их чему-то там учил, и они, не без моей помощи,сдали экзамен. Как-то я упустил этот момент. Ничего такого не помню. Да и фиг с ними.

В один прекрасный момент, время споткнулось и туман его течения развеялся. Джирайя прислал мне подарок к началу учебного года в академии. Это был набор сюрикенов из двенадцати штук с клеймом страны железа из чакропроводящей стали. Это говорило еще и о том, что я прошляпил свой день рождения, вот уже два месяца как. Быстренько расспросив подопечных, я метнулся в академию шиноби. Оказалось, что до начала учебного года осталось всего пять дней. Надо будет потом поблагодарить Джирайю, и за подарок и за своевременное напоминание. Для поступления нужно было собрать несколько документов, а потом принести их в приемную комиссию. Узнав все подробности, я вернулся в госпиталь.

Обычно дети поступают в академию в восемь лет. Клановые иногда в шесть, в силу особой талантливости, но в целом все стараются привести своих детей в восемь лет, чтобы не было трений между детьми по поводу возраста.

Я решил оповестить Атсуши о моем решении поступать в академию. Мягко говоря, он был не в восторге. Я постучался в дверь его кабинета, предварительно узнав, что он сейчас не занят лечением раненых, а потом вошел.

Он сидел за своим столом. Выглядел он так же, как и весь персонал госпиталя. Мешки под глазами, чрезмерная худоба и чуть ли не стеклянный взгляд. Одним словом, чуть лучше зомби. Частые чакроистощения красавца из кого хочешь сделают. Я кашлянул, чтобы привлечь внимание. Он лишь скривил губы, но перестал мазать кисточкой по свитку и посмотрел на меня.

– Что случилось?
– спросил Атсуши, переходя сразу к делу.

– Атсуши-сенсей, - начал я неуверенно, - я бы хотел поступить в академию шиноби...
– решил я не вилять и выложить как есть.

Дальше начался прессинг, меня любимого. Ки накатывало на меня словно сырой туман по утру. Мягко обволакивая и не выпуская из своих объятий. Единственное, что я мог противопоставить, это давить своим ки в ответ. Владением собственного ки я обучился еще когда учился под его протекцией. Вот будут по тебе постоянно шарахать ки, хочешь не хочешь, а научишься защищаться. Естественно уровень моей ки и его, небо и земля. Но если он шарахнет на всю, и я успею защититься, то меня просто вырубит, надолго правда, но все же я останусь жив. Так мы и замерли в своих позах. Он сидел и сверлил меня суровым взглядом, а я стоял и старался чтобы меня не прижало тут к полу.

– Я не отпущу тебя, - вдруг сбавил ки Атсуши и сжал губы, - ирьенинов и так не хватает, а ты хочешь уйти и заниматься там непонятно чем. У нас война вообще-то.

– Я это понимаю.
– Атсуши меня перебил.

– А раз понимаешь, то не делай глупостей.
– попытался надавить на мою сознательность Атсуши.
– Если тебе так хочется стать шиноби, то иди на курсы полевых ирьенинов.
– закончил Атсуши смерив меня пристальным взглядом.

– Мне нужны знания академии.
– решил я гнуть свою линию.
– и я не собираюсь бросать госпиталь. С утра я буду ходить в академию, а потом буду работать в госпитале во вторую смену (с четырех дня и до двенадцати ночи).
– озвучил я свой компромисс.

Дальше начался вообще какой-то театр абсурда. Атсуши упирался что курсы полевого ирьенина дадут куда больше, чем в академии. Я упирался что академия мне тоже нужна. Я знаю, чему учат полевых ирьенинов. Кидать отравленное железо и сматываться, ну ладно, еще учат правильно расставлять приоритеты, кого лечить первым, и готовить лекарства в полевых условия. Собственно, все. В академии конечно же тоже не многому учат, пару техник Е-ранга и пару D. Тайдзюцу, ниндзюцу, железки тоже учат метать, ну и так всего по мелочи. Но было одно но. У меня появлялся шанс попасть в библиотеку шиноби. Естественно никто не пропустит первокурсника в секретные отделы или в отделы до которых ты не дорос. Но кого это волнует? Будем брать штурмом, точней, скрытным его вариантом, а то можно и по шапке поймать.

Короче спорили мы с Атсуши почти битый час. Итогом стал мой вариант, только Атсуши поставил условие, что курсы полевого ирьенина я буду тоже посещать. Решил завалить меня знаниями... Ага... Для справки, мой предел клонов вырос до девяноста копий, способных существовать три часа. Это вам не хухры-мухры, то же уметь надо. Ну, и не помереть потом...

Снова бюрократия. Еще с выхода из детдома его невзлюбил. Вот бы с Мито сейчас по этим чинушам пройтись, сразу бы все нашли и все сделали. Сразу вспомнилась Кушина. Интересно, когда она будет поступать? Надо бы уточнить этот момент. Закончил собирать бумаги я лишь на второй день. Свою роль в этом сыграл сам Атсуши. Помог мне чертяка, хоть и возмущался. Еще через два дня Атсуши мне дал выходной, чтобы мог подготовиться к поступлению и нормально выспаться. Я оценил сей щедрый жест, но ничего не сказал.

В принципе, для поступления в академию ничего не нужно, все необходимое выдавали там. Поэтому купив себе пару маек с шортами и две пары сандалий шиноби, я без зазрения совести пошел домой и завалился спать, предварительно плотно поев в кафе неподалеку. В банке я конечно удивился. На моем счету была весьма солидная сумма. На свой домик конечно не хватит, даже на отшибе деревни, но вот безбедно жить пару тройку лет я смогу точно, если брошу работать. Хоть я этого и не собираюсь делать.

Мне нравится лечить людей. Правда в основном это шиноби, а не обычные люди, но все же. Некоторые попадали ко мне несколько раз, что меня удивляло. Хотя, поставить шиноби на ноги занимает примерно неделю, потом еще неделю откармливать его дома и восстановить силы, а потом снова на фронт. Так что, не удивительно. Действительно жалко было молодых генинов, которые только-только выпустились из академии и их отправляли на войну. Конечно же их не пихали в гущу событий, но иногда и такое случалось. В основном им давали задания по охране границ селения в прилежащих территориях, охрана постов на границе, но и там им порядочно перепадало. Если же им не посчастливилось, и они все же попадали в гущу, то в большинстве случаев они умирали. Шиноби, в принципе, все равно кого убивать. Если у, считай ребенка, в руках оружие, то он безусловно враг, и его следует убить, что и происходило. Война была жестока, и участвовали в ней все на равных правах. Убей, или будь убитым!

Утром следующего дня мне разбудил противный писк будильника. Я специально выбирал такой, чтобы полежать еще пять минут не возникало даже и мысли. Так как будильник находился в другом конце комнаты, то волей не волей приходилось вставать и выключать его. А там уже когда встал, главное взять себя в руки и не брыкнуть снова в кровать, что я с успехом и проворачивал каждое утро.

Утренний моцион много времени не занял. Привычно подав чакры в мокрые волосы, я направился в кухонный угол, чтобы заварить себе крепкого чая. Чакра по своей сути уникальна. Ей находится масса применений. Даже в таком обычном деле, как уход за волосами. Подал чакры и с волос стекла вся влага, даже расчесывать их не нужно. Мои волосы уже порядком отросли, они теперь уже достигали почти до поясницы. Сделав привычный высокий хвост на затылке, к которому меня приучил Атсуши, я сел за стол. Пока пил чай, уже порядком проснулся. Потом я одел купленные вчера обновки. Белая майка типа борцовки, с знаком Конохи на спине, и черные шорты. Одев сандалии шиноби, я потопал ногой об пол, постучал носком, надо же, удобно-то как. Я раньше ходил в обычных тапочках и даже не подозревал что обувь шиноби на столько удобна. Натянув на лицо уже привычную маску, я вышел на улицу. Погода, как и всегда, дышала летом. На небе ни облачка, стайки птиц снуют туда сюда, прохожие на улице радуются теплому дню.

Дорога до академии заняла около двадцати минут, спокойным прогулочным шагом. Почти как до госпиталя, подумал я. А потом треснул себе ладошкой по лбу. Госпиталь! Точно! Создав клона на половину своего резерва, я отправил его на курсы полевых ирьенинов. До начала рабочего дня чакра успеет восстановиться, если что развею клона и чакра мне вернется, сколько там у него останется.

Возле академии было столпотворение. Прямо первое сентября блин. Только без цветов и портфелей. В остальном, очень похоже. Толпа прямо пестрит клановыми знаками. Вот Хъюги привели двух мальчишек и девочку, вон там стоят Учихи с целым выводком, пять детей, кто из них кто не разглядеть. Все Учихи ходят с длинными шевелюрами, а в силу возраста половых признаков не видно. Да и далеко они. Во, вот и Инузуки привели девочку, а эскорт у нее порядочный, целых пять человек в жилетах. Судя по источникам, только два джонина, тройка сильных чунинов. Наверное, химэ клана. Ха-ха-ха-ха. Блин. Нара прикольные. Точно с ними надо дружить. Стоят отец и сын, сзади, похоже, стоит их жена и мать в одном лице. И с прищуром следит за ними. Кто из них хотя бы на секунду дольше моргает, тут же получает подзатыльник. Хотя и у других кланов взрослых порядочно. Родители стоят с детьми, а охрана ошивается неподалеку. О! Вон стоит воспитатель с выводком из приюта. Переживают детишки. Воспитательница ходит всех успокаивает. Ой фу! Абурамэ. Муравейники ходячие. С ними дружить не буду. Хотя даже не смотря на их плащи и очки, которые они носят исключительно всем кланом, девочку они привели симпатичную. Не, все равно, ну их нафиг. Как представлю жуков лезущих из под кожи... Ой, чаек наружу просится... Надо отвлечься. Вот что психика с людьми делает. Значит на расчлененное тело с прожаренной корочкой, запах которого выворачивает и не таких стойких, я смотреть могу, а на жуков под кожей нет. Выверты сознания. Ну да ладно. Кто там у нас еще есть? Ага, какие-то богатеньки стоят кучкой, судя по всему, обсуждают важные дела. А дети сиротливо стоят в сторонке, бедняги. Мне кажется, местные торговцы вообще не могут говорить ни о чем, кроме того, как заработать побольше денег. Как и чинуши о своих бумажках. Хотя с другой стороны, люди занимаются своим любимым делом, и отдаются работе с головой. Как и я, лечу людей. О! Толпа пришла в движение, все потянулись к входу в академию.