Чтение онлайн

— Ты так рад меня видеть? — спросила она тем же отвратным голом, каким удавалось вселить толику ужаса.

— Сгинь! — прошипел Крисп, вытаскивая клинок из ножен.

— Когда-то ты был ласков ко мне.

— Оставь меня в покое! — прорычал он, отползая все дальше.

Женщина шла по направлению к Криспу. Тот уже достал меч и выставил клинок перед собой. На худом вытянутом лице появилась улыбка. Не та, которая когда-то любовала глаз, а другая, холодная и полная ненависти. Женщина остановилась напротив двери в гостиную и резко вошла в нее.

Крисп, тяжело дыша, стер пот со лба. Оперевшись на меч, встал. Здравый смысл говорил ему бежать, как можно скорее, а переросший в гнев страх приказывал покончить раз и навсегда с призраком прошлого. Один взмах меча — и свободен.

Пол поскрипывал. Прислонившись к стене, Крисп медленно подошел к дверному проему. Он глубоко вздохнул и нырнул внутрь. Весь гнев моментально улетучился. Встав как вкопанный, Крисп недоумевающе смотрел.

Вокруг горели свечи. Одна на тумбе, другие из-под черепов животных, расставленных на полу в своеобразных железных светильниках, другие на печи, несколько на подоконнике. На столе, за которым Крисп совершал торг с Мэбом, лежала на спине женщина, полностью обнаженная. Рядом, на полу около стола сидели еще две в длинных белых ночнушках. Кайма их одеяний являла собой набор странных символов из черных нитей. Напротив стоял Мэб, прямо у ног той, что лежала на столе. Он уперся в черное дерево кулаками, провел ладонью по груди женщины, сжал, а после скользнул пальцами по ее животу.

Все четверо резко оглянулись на заплутавшего гостя. Не известно откуда, но Крисп знал, что колдун улыбается, хоть его лицо до сих пор скрывала тень капюшона.

Амбал начал тихо хохотать.

— Присоединяйся, — сказал он.

Женщины у Криспа давно не было, поэтому сие предложение выглядело весьма заманчивым. Он сделал неуверенный шаг вперед и остановился. Вспомнив извечного спутника своих кошмаров, зашедшего сюда мгновение назад, нечто встрепыхнуло Криспа.

Комната начала слегка плыть. Из-за спины Мэба вышла белая женщина. Худое лицо улыбалось. Ее будто никто не замечал. Крисп снова взглянул на колдуна, потом на сидящих рядом девиц. Их очертания исказились, расплылись, явив истинный облик. Старые, морщинистые и прыщавые, покрытые бородавками старухи потянулись к нему руками, скалясь сгнившими остатками зубов и призывая взять их немедленно. Мэб хохотал, потрясывая свисавшей с капюшона травой. Крисп отпрянул, выбежал из гостиной, ринулся к выходу из дома.

На улице стояла ночь. Холодная и звездная. Трава под ногами чавкала. Вердон не хотел оборачиваться. И решился лишь спустя несколько минут безостановочного бега. Колдунской халупы сзади не оказалось. Пустошь полянки среди леса..

— Только смерть разлучит нас, — донесся женский голос.

Тусклый свет проникал в окошко. Пыль медленно парила в воздухе. Открыв глаза, первым, что Крисп ощутил — это отвратное послевкусие во рту. После напомнила о себе растекающаяся по лицу боль.

«Опять она… Черт…»

Встать давалось с трудом. Каждый мускул, каждая часть тела ныла и стучала — настоящие мучение. Живот крутило, а рот наполнился солоноватой слюной. Хотелось вырвать содержимое желудка. Сглотнув и замерев, живот отпустило. Крисп поднялся с кровати. Голову будто правили молотком на наковальне, ноги превратились в продолговатые мешки ваты: не слушались. Бегло прокрутив события прошлого дня у себя в сознании, он пришел к выводу, что не пил.

Утром дом не казался таким пугающе темным, хотя стены посветлели едва ли на тон. Не найдя горшка, Крисп направился с полуприкрытыми глазами на улицу.

Небольшой туман окутывал основания деревьев. В воздухе пахло так, как пахнет после долгого ливня — свежестью. Белесая пелена с неба не спадала, серость окутывала все вокруг, придавая окружающему пейзажу особый, слегка таинственный вид. Скорее, вид вечности и нерушимости, неприкосновенности и безмятежности. Отсутствие ветра играло ключевую роль в создании подобной картины. Нарушало романтическое спокойствие непристойное, но естественное журчание.

Крисп, оросив высокую траву у крыльца дома, завязал шнурки штанов и побрел обратно. Утренняя свежесть хорошенько взбодрила, точно так же, как и отсутствие нужды.

Мэб сидел в гостиной. Выходил ли он из нее? Вспомнив отрывки из сна, Крисп пригляделся к деталям комнаты и впоследствии пришел к выводу: со вчерашнего дня ничего не изменилось.

«Чего только ни приснится…»

С этой мыслью он сел напротив Мэба.

— Утро, — сказал колдун, смотря в окно.

— Утро, — подтвердил Крисп.

Некоторое время они сидели в тишине, разбавляемой треском поленьев. Сонный взгляд Вердона блуждал по гостиной. Желание прикончить Мэба так и осталось во вчерашнем дне.

«Сколько мне еще осталось? Месяц? Полгода? Год?»

На обшарпанной печи сидела одна из кошек, вторая рядом на табурете. Обе пристально смотрели на Криспа, он на них.

— Скоро зима придет, — ни с того ни с сего сказал Мэб.

В его голосе проскользнула тоскливая нотка.

— Не любишь зиму?

— В ней не много приятного.

— Было бы вообще что-нибудь в мире приятное.

— Каждому свое.

Снова воцарилось долгое молчание. Хотелось есть, но и вставать желания не находилось. Тело ныло, и это раздражало. Совершить такое, можно сказать, грандиозное и продолжительное путешествие. Пройти столько земель, претерпеть столько невзгод, совершить дело всей жизни, шанс на осуществление которого был невероятно мал, возможно, его практически не существовало. И теперь, возвращаясь обратно домой спустя столько лет, попадаешь в плен к жалким червям, бежишь от них, как трусливый пес, чуть не погибаешь в бегстве, находишь приют у колдуна, которому отдаешь почти все, чего ценного имел. От осознания этого жажда крови пробирала все нутро. Вонючий, ослабленный, зато живой. И то надолго ли? Одно грело душу: осталось идти совсем чуть-чуть.

«Но лучше, когда будут силы».

— Как далеко мы от столицы? — поинтересовался Крисп.

— Четыре дня пешим.

— В какую сторону топать?

— На северо-запад.

— Еды в дорогу дашь?

— Что в торг предложишь?

Предложить было нечего. Если только кольчугу, но вряд ли для Мэба она представляет особую ценность. Нечем платить, нечего дать в торг. Меч? Нет, меч никак. А без торга… Может, убить? Вновь сладкая мысль залезла в голову Криспа.

Внезапно Мэб повернулся и уставился на собеседника.

— Ты можешь есть здесь три дня, но не брать в путь. Таков торг, — грозно сказал колдун. — Не нарушай торга, если хочешь успеть насладиться осенним солнцем. Не длинна твоя дорожка.

«Угрозы, ими меня уже пичкали подобные тебе. Хочешь отправиться к ним?»

— Я торга не нарушу.

— Посмотрим. — Отвернулся, уставившись снова в окно.

«В том мире света больше».

Рука медленно потянулась к эфесу. Крисп не отрывал взгляда от Мэба. Тот не двигался. Вот пальцы ощутили шершавую рукоять и свисающий клочок ткани у навершия. Крисп проделывал это тысячу раз: незаметно доставал смертоносную сталь во время беседы. Сейчас общением и не пахло, однако суть не менялась. Но почему-то именно сейчас появилось волнение от предстоящего убийства? Потерял сноровку? Страх перед возможным неизвестным? В любом случае, рука не дрогнет, когда клинок начнет свой танец смерти. Рука прочно сжала рукоять, медленное движение постепенно высвобождало клинок.

Движение прекратилось. В гостиную забежала еще одна кошка. Третья. Все смотрели на Криспа. Он еще крепче сжал эфес, удобно расположил ноги, чтобы без помех резко встать и слегка подался вперед.

Мэб обернулся, посмотрел на Криспа, потом обратил внимание на вошедшую кошку. Та мяукнула и запрыгнула на колени здоровяку.

— Не стоит их бояться, — спокойно сказал Мэб, поглаживая животное.

Крисп был готов в сиюминутно обнажить меч и отсечь колдуну голову, а после зарубить и этих тварей, непрерывно глядевших на него. Боль на мгновение улетучилась. Тело стало легким, а по животу пробежала дрожь, обдав холодком. Момент, предшествующий бою, кровавому месиву.