Чтение онлайн

– Не знаю. Это надо у нее спросить, - отозвался Сайгар, посмотрел в сторону.

– А я сама не знаю, как у меня такое получилось, - возле своего Мастера появилась светлая фигурка девушки. Мотыльки мягко порхали рядом. Ри-а-Ра присела на траву. – Просто вдруг поняла, что хочу. И могу. Я не знаю, откуда.

– Ты тоже не в курсе? – с сомнением посмотрели на Вералиса. Тот ответил хмурым взглядом.

– Я все-таки элементаль воздуха, а не энциклопедия, - проворчал он. – С элементами света дел не имел никогда.

– Значит, нужно найти того, кто имел, - пожал плечами Сайгар. И тут его осенило. – Проклятье Саэнор! У меня же есть… Совсем забыл про Халакота! Он не на хельке, под запретом, вот и не показывался. Ох, сейчас он будет ругаться.

Алый камушек Сайгар отыскал в рюкзаке, куда закинул сразу после того, как забрал из дома Архимага Шена. Стоило надеть тот на хельк, как рядом возникла весьма хмурая фигура огненного элементаля.

– Вот каким был, таким и остался, - нахмурился Халакот, глядя на чуть виноватый вид бывшего ученика своего бывшего Мастера.

Ехидный алый взгляд не изменился ни на каплю. На такого умел сохранять злость только Архимаг Шен. Правда, колотил его за косяки обычно Халакот по приказу Мастера, гонял тоже он. Но сам факт того, что Архимаг сохранял способность отдать тот самый приказ вот после такого выражения наглой мордахи, вызывал искреннюю зависть.

– Не ругайся, - примирительно попросил маг. – Лучше скажи, как такое получилось с нашей крохой? Знаю, под запретом вы не можете выйти с камня, но все видите.

– Ты знаешь элементалей света? – с надеждой спросила Ри-а-Ра.

Халакот пожал плечами, уселся неподалеку на траву. Стоять, когда все сидят, он не собирался.

– Я долго живу, конечно, встречал и светлых элементалей.

– И ты сможешь объяснить?

– Если только совсем на пальцах, - развел руками Халакот. – Все дело в том, что элементали разных стихий обретают силу по-разному. Например, элементали природы – вода, огонь, земля и воздух – они приобретают силы благодаря самосовершенствованию. Мы учимся, и в конечном счете нам открываются новые способности и умения. У всех по-разному. Некоторые умения доступны раньше, какие-то только после пробуждения.

– А свет и тьма? – полюбопытствовала Ри-а-Ра. Кинула взгляд на Мги. Мрачная фигура стояла чуть в стороне, прислонившись к стволу дерева.

– Что, твой друг не рассказывал о себе? – посмотрел в ту же сторону Халакот. Ему ответили мрачным взглядом фиалковых глаз.

– Нет. Сказал, что это не моего ума дело.

– В принципе, так оно и есть. Темные получают свою силу после определенных жизненных трудностей, скажем так. Так же, как и светлые. Разница заключается в том, что трудности эти диаметрально противоположные.

– То есть?

– Халакот, не лез бы ты, куда не надо, - донеслось от дерева. – Просили рассказать про свет, вот и рассказывай. Не лезь в дебри.

– Хорошо, - не стал спорить и настаивать огненный элементаль. Посмотрел на девушку в светлом порванном платье. – Для светлых элементалей очень важно чувствовать себя нужными своему Мастеру, им важны друзья, положительные эмоции. Вас богиня создавала с особой любовью, вы – ее любимцы. Но и здесь не все так просто. Чтобы перешагнуть через черту, элементаль света должен получить некое очень сильное эмоциональное потрясение. Ваши способности и навыки приобретаются сами по себе, от того, что вы хотите сделать. Не как мы – ищем и учим то, что нам интересно, в надежде, что это именно то, что надо и нам поможет.

– Хотите сказать, что способности светлые элементали придумывают себе сами? – ошарашенно пробормотала Ри-а-Ра.

– Так и есть. Когда появляется тот, ради кого вы сумеете их пробудить, желая этого от всего сердца, они и появятся. Но, как ты уже поняла, не все так просто, как кажется на словах.

Ри-а-Ра кивнула, задумалась. Почему-то из головы не шли слова огненного элементаля. Про светлых и темных. Про диаметральные противоположности.

– Халакот, но тогда получается, - осторожно предположила она, боясь ошибиться. Невольно кинула взгляд к темной фигуре у дерева. – Получается, что темным нужно возненавидеть?

– Именно, - Халакот проигнорировал мрачный взгляд фиалковых глаз. – Возненавидеть так, чтобы желать убить. Ненависть – вот суть темных элементалей.

– Но как, как могла богиня создать такое? – пробормотала Халика, сидя рядом. – Она же любит всех нас. И темных, и светлых. Это же садизм.

– Это природа темных элементалей, - пожал плечами мужчина. – Спросишь Мги, он тебе ответит, что его абсолютно все устраивает.

– Все равно я не понимаю, - упрямо заявила Халика. – Зачем изначально обрекать кого-то на страдания?

– Халика, полагаю, уроками истории с тобой никто не занимался?

– На меня не смотри, я не энциклопедия и институт благородных девиц в одном флаконе, - отмахнулся Сайгар. – Захочет, почитает любую книгу, которую найдет. Когда будет свободное время, разумеется.

– Разумеется, - фыркнул Халакот. – Ты бы их хоть чему-то обучал, пригодится же.

– Из меня учитель, как из тебя – маг. Так что прекращай меня поучать. Я уже давно перестал быть учеником твоего Мастера.

В ответ невесело хмыкнули.

– Пока мой камень на твоем хельке, ты – мой Мастер. Ладно, не суть, - Халакот повернулся к огненному элементалю. Та все еще ждала ответа на свой вопрос. Словно чувствовала, что все здесь неспроста. – Видишь ли, малыш, в чем дело. Изначально элементалей было всего четыре вида. Природные элементали. Спустя время появились элементали света и тьмы, как отражение эмоций самой богини. По слухам, у Саэнор был муж. Из-за разногласий и стычек с ним и родились элементали света и тьмы. Элементали, магия которых завязана на эмоциях.

– А куда он делся? Ее муж? Я никогда о нем не слышала.

– Достоверной информации не так много. Так, лишь слухи, что-то вроде легенд.

– О, расскажи! – воодушевилась Халика. Подсела поближе. – Это должно быть очень интересно. А кем был муж богини? Тоже бог?

– Да. Его имя Халки. И он тоже был богом. Вместе со своей женой они сотворили прекрасный мир. Но однажды поссорились, потому что Халки изменил Саэнор. По легендам, это был очень мрачный и сложный период. В конце концов, боги разошлись. Каждый забрал с собой то, что сотворил сам, что принадлежало ему.