Чтение онлайн

– Нет, другому. Который питерский общак принёс... Что с Каховскими-то?

– Работаем, - туманно ответил "батька".
– Хорошее варенье. Чего ты не женишься? Всё по Рите?..
– лицо лесника окаменело, и Президент осекся: - Извини.

– Ничего, - Михал Святославич налил себе ещё чаю.
– Саша, - тихо сказал он, - а давай соберём людей - тысяч триста, тысяч триста-то ты найдёшь хороших, да ещё поручи кому надо столько же в России да на Украине набрать - и уйдём. Вообще уйдём. Можно ведь. Ты знаешь. А с полумиллионом можно заново начать. Всё заново начать. Место найти - и...
– лесник не договорил.

В свете лампы лицо Лукашенко сделалось старым и усталым. Он грел руки о чашку с чаем так, словно вокруг был лютый мороз.

– Ты Кремль давно видел?
– вдруг спросил он.
– Помнишь, как у Володи Высоцкого:

В синем небе, колокольнями проколотом -

Медный колокол,

медный колокол

187.

То ль возрадовался,

То ли осерчал...

Купола в России кроют чистым золотом -

Чтобы чаще Господь

замечал...

Ну и как мы уйдём от этого?

Михал Святославич кивнул:

– Ты прав. Никак... Ну тогда давай о деле.

– Налей ещё чаю, Михаил.
– попросил Президент...

...Войдя в комнату мальчишек, Михал Святославич остановился на пороге. Посто-ял, качая головой. Сколько было бы сейчас его сыну, если бы Рита тогда не предпочла Ба-лиса? Да где-то столько же... Балис часто снился леснику. Обычно после того, как во сне к нему приходили мёртвые, менялась погода. Но с Балисом было не так, и лесник потом плохо помнил сны. Несколько раз он даже думал, что Балис жив. Но, говорят, молдавская мина попала прямо в спину бывшего морпеха и разорвала в клочья и его, и какого-то маль-чишку, которого он закрыл собой. Видели это несколько человек...

Витька захныкал во сне. Жалобно, тоненько. Михал Святославич подошёл к нему, провёл над лицом ладонью - мальчишка успокоился. Лесник подошёл к Вальке.

Тот спал на спине, руки - поверх одеяла. Из-под подушки торчала рукоять Змея, и по лицу мальчишки бегали странные тени. Несколько секунд Михал Святославич смотрел в это лицо, потом быстро отошёл к столу. Среди каких-то распечаток лежала самоде-льная валентинка - ах, да, завтра же... Её явно положили так, чтобы утром тот, кто подойдёт к столу первым, увидел её сразу. Лесник нагнулся, прочитал ровно, почти печа-тными буквами, написанные стихи...

Валентинку дарят, чтоб теплее стало.

В гору и под гору жизнь меня кидала.

Но однажды как-то на кривой тропинке

Я столкнулся носом с живой валентинкой.

Это не открытка, не украсишь стену.

Это не вещичка, не подыщешь цену.

С этой валентинкой веселей живётся,

На тоску и скуку миг не остаётся!

Валентинку дарят, чтоб теплее стало...

Друга валентинкой мне судьба послала.

Михал Святославич посмотрел на часы. До подъёма оставалось ещё полчаса.

28.

Татататата! Тата! Тата!

– Хорошо, Виктор.

Витька поднял голову от изогнутого приклада десантного РПКС и гордо усмехнул-ся, не глядя ловко отмыкая семидесятизарядный "барабан". Из длинного ствола курился дымок. Стоящие в трёхстах метрах пять ростовых и три грудных мишени были искро-мсаны в щепу - в каждую попало минимум по восемь пуль. Если учесть, что непосредст-венно перед стрельбой мальчишка пробежал с оружием и полной выкладкой пять киломе-тров по пересечёнке и выпустил магазин за пять секунд - результат был неплохой. Сло-вом "неплохой" лесник оценивал то, что вызвало бы у инструкторов регулярной армии восхищённый столбняк.

– Отдохни, - приказал Михал Святославич. Витька перевернулся на спину и застыл, гля-дя в высокое весеннее небо.
– Валентин! Пошёл!

Валька выскочил из верхнего окна старой мельницы - с семи метров. Покатился в сторону, встал на колено - бум! Одну мишень разорвало в клочья попаданием ВОГа, а Ва-лька уже катился к рытвине, залёг - трррат! От другой мишени полетела щепа - Валька уже был в канаве. Бум! Вторая мишень разлетелась. Трррат! Ещё одной мишени срезало "голову". Валька приподнялся из канавы - уже метрах в тридцати от мишеней - и, швы-

188.

рнув гранату, побежал следом за ней, прямо на взрыв, не остановившись ни на секунду. Тррра-татата! Верхняя часть ещё одной мишени подскочила и завалилась. Валька, неу-ловимым движением оказавшись возле стоящего чуть в стороне кентена(1.) - в руке уже был нож, а автомат - в левой - нанёс манекену страшный удар в голову магазином, при-гнулся, уходя от удара, полоснул - раз, два...Кентен рухнул.Из него лез соломенный жгут. Валька с полуоборота метнул нож в древесный спил (чурбак раскололся пополам, нижняя часть упала на снежный островок у корней дерева), а с левой руки, вскинув автомат с наброшенной на локоть петлёй, не глядя - трррраттаатата! Со звоном подпрыгнули и раскололись три стоявших рядом бутылки. Михал Святославич с непроницаемым лицом нажал кнопку самодельного пульта - и вокруг Вальки с хлопком встало чёрно-багровое пламя. Через несколько секунд смеющийся мальчишка - закопченный, но целый - стоял рядом с лесником. Бросок - Михал Святославич поймал АКМС. Хмыкнул. В автомат был вставлен новый магазин, подствольник - заряжен. Мальчишка сделал это на бегу.

– Хорошо, - коротко бросил лесник.
– Отдохни, - Валька без раздумий уселся на землю, скрестив ноги.
– Виктор.

Витька надел, сняв с гвоздя в стене мельницы, глухую маску. Лесник перебросил ему ТТ. Мальчишка поймал оружие за рукоятку и застыл, держа его стволом от бедра - над чуть выставленным вперёд носком правой ноги.

Михал Святославич дёрнул лежащую рядом на земле проволоку. Зазвенели, запляса-ли в кустах - метрах в двадцати - привязанные за горлышки бутылки. И в тот же мом-ент ТТ начал стрелять - словно бы сам по себе, Витька даже не двигал стволом! И тем не менее бутылки разлетались одна за другой.

– Три секунды, - сказал Михал Святославич, и Витька, на звук его голоса бросив леснику пистолет, снял маску.
– Пока всё. Пошли...

...
– Сколько в нашей земле безымянных могил,

Сколько русских солдат спит в лесах и полях...

Вам поклон, кто за Родину жизнь положил!

Вам поклон, кто не сдался в кровавых боях!

Посмотрите по картам, как тысячи лет