Чтение онлайн

Спустившись на землю под прикрытием горы, Цин Вэньцзи скрыл свое присутствие и начал осторожно пробираться сквозь лесные заросли, торопясь поговорить с Тинг, пока она не заметила его и не ушла, но чем ближе он становился к поляне, тем отчетливее слышал их разговор. Хотя, конечно, разобрать, о чем говорили Тинг и её, как оказалось, тётя, у него получилось лишь к концу разговора.

— …равносильно самоубийству. После смерти Лу Янь'эр Цин Лэй мог жить ещё сотни тысяч лет, но предпочел, закончив с миром Демонов и Богов, совершить самоубийство. Он мог бы дождаться возрождения Лу Янь'эр, если бы был уверен, что сможет прожить пятьдесят тысяч лет без своего проклятья. Но он предпочел этому смерть.

Цин Вэньцзи неожиданно для себя замер. Отчего-то эти имена и сама история показались ему смутно знакомыми, но словно скрытыми за плотной пеленой тумана. Что-то подобное он ощущал, когда пытался отчетливо вспомнить, что произошло после того, как он отчитался четвёртому старейшине о первом задании секты. Вот только в тот раз это чувство было во много раз слабее.

Но пока он раздумывал об этом, нить, связывающая его с Тинг, внезапно натянулась и стала более расплывчатой. Цин Вэньцзи хотел было тут же броситься вслед за улетающей птицей, как его связали выросшие прямо из земли сливовые корни. А когда силуэт Тинг окончательно скрылся вдали, её собеседница, повернувшись к нему, протянула:

— А вас, молодой человек, я попрошу остаться.

Тут же сливовые корни вытащили его на поляну, бросив перед довольно красивой женщиной в годах. Поднимаясь на ноги, Цин Вэньцзи не мог не думать о том, что если бы ранее не услышал, что эта дама – тётя Тинг, непременно убил бы, чтобы избавиться от свидетеля своего позора. Подняв на неё недовольный взгляд, юноша понял, что та с каким-то ненормальным интересом изучает его лицо.

— Похож, еще бы прическу поправить – и будешь выглядеть прямо как твой предшественник. Впрочем, — усмехнулась она на его сверкнувший яростью взгляд, — Разозлить его было сложнее. Приходилось всяких хорьков в лесу запирать, на остальное эта зараза не реагировала.

Несмотря на то, что Цин Вэньцзи не совсем понимал, о чем говорит эта женщина, ему почему-то очень хотелось чем-нибудь её стукнуть. И посильнее. Но только он хотел что-то сказать, как лицо теперь уже его собеседницы сделалось серьезным, показывая, что с шутками покончено.

— А теперь о деле. Можешь называть меня Луань Ли. Как и Тинг я из духовного леса. Ты Цин Вэньцзи, наследник клана Цин и беглый член секты Демонической Жатвы. Знакомство окончено.

Её голос, как и лицо, был серьезен. Говорила Луань Ли быстро, словно у них совсем не было времени, отчего этот настрой передался и Цин Вэньцзи, и он внимательно её слушал.

— На данный момент у Тинг нет возможности обратить Передачу Судьбы, а если у меня ничего не выйдет, то и не будет, поэтому нужен запасной план. Для начала тебе нужно как можно быстрее достичь пика стадии Зарождения Души. Дальше тебе все объяснит Цзи Лань, я дала слово, что не стану разглашать эту информацию. Что ещё?.. Ах, да! Если что-то пойдёт не так, позови меня с помощью этого.

В её руке тут же появилась веточка сливы с распустившимся цветком, которую она тут же протянула Цин Вэньцзи.

— Просто влей в цветок Ци и произнеси мое имя. Сработает также, если ты её просто сломаешь, но тогда ей уже будет не воспользоваться снова, а у меня уже не так много подходящих ветвей, чтобы разбрасываться ими.

Цин Вэньцзи показалось, что последнюю фразу Луань Ли сказала в шутку, но все же принял к сведенью то, что ломать веточку не стоит.

— Я могу с ней поговорить? — просто спросил юноша, понимая, что на счету каждая секунда.

— Тинг и так понимает, что поступила глупо. Впрочем, если ты сможешь её разговорить, я не имею ничего против. В конце концов, мешать дьяволу общаться со своим проклятьем себе дороже.

Однако последнее предложение Цин Вэньцзи уже не слышал, на всей доступной скорости мчась в направлении, куда улетела Тинг.

Глядя ему вслед, Луань Ли усмехнулась:

— Действительно не изменился.

Месяц назад.

Континент демонов мало чем отличался от континента богов. Он был примерно того же размера, да и строение его было схожим. Пять колец с разной концентрацией Ци. Ровно как на континенте богов, здесь была жесткая иерархия сект и кланов в зависимости от их месторасположения. Чем ближе к краю мира, тем ниже положение.

В центре внутреннего кольца континента демонов, где даже спустя сто пятьдесят тысяч лет сохранилось ядро мира Демонов, источающее чистейший демонический Ци, был расположен клан Цзы.

Тэн Цзыхань сидел, скрестив ноги, в центре необжитой комнаты с деревянными стенами. В руке он сжимал нефритовую дощечку, которую совсем недавно прочитал. Лицо его было искажено от гнева, а кулаки сжаты настолько сильно, что особый нефрит, отличающийся своей исключительной крепостью, стремительно осыпался, словно пепел сквозь его пальцы.

Культивация Тэн Цзыханя находилась на пике царства Древности, и в клане Цзы, как и во всем внутреннем кольце, считалась довольно посредственной. Что же касается его внешности, отдаленно он был очень похож на Цзы Линя, с которым Цин Вэньцзи однажды случалось разделить пару кувшинов вина.

Да, этот демон был отцом Цзы Линя.

— Почему я узнаю о смерти Цзю'эра только спустя пять лет?! — прорычал он.

Теперь, когда человек, стоящий на коленях перед ним, начал дрожать, сторонний наблюдатель смог бы заметить его, словно слившегося с полом и стенами комнаты.

— О-отец! — с трудом выдохнул он, — Я только сейчас сумел получить разрешение на вход во внутренние территории клана Цзы… Я-я, я никак не мог сообщить вам раньше!..

— Ты еще смеешь искать оправдания?! — навалившееся на мужчину давление заставило его кашлять кровью, — Цзю'эр достиг Возведения Основания в семнадцать лет, его талант и ценность куда выше, чем у тебя, а ты думаешь, что после этого я не убью тебя?! Ты позволил какому-то мусору из внешнего кольца континента богов поглотить его культивацию! Более того, ты опозорил весь клан Тэн, побоявшись столкнуться с его мелкой сектой!

Клан Тэн был одним из великих кланов второго кольца континента демонов, а Тэн Цзыхань имел в нем настолько высокое положение, что мог оспорить даже решение главы. Разумеется, это было из-за его статуса мужа первой дочери Цзы Фаня. Пусть он и чувствовал отвращение к своей жене, он согласился на брак, понимая, как это упрочит его положение во втором кольце.

Что до причины, по которой Цзы Фань выбрал именно его в мужья своей любимой дочери, то здесь все возмутительно просто. Политика. Цзы Фань не мог дать больше власти кланам и сектам внутреннего кольца, что непременно произошло бы, если бы состоялся брак его дочери и кого-то из их отпрысков. Но, с другой стороны, как он мог позволить своей Ань-эр выйти за кого попало? Вот, почему он выбрал сильнейшего среди молодежи второго кольца.