В жены поневоле
Шрифт:
– Ты подписала себе приговор, Ульяна.
Холодок волной проносится по всему моему телу.
– Какой еще приговор?..
– Иди одевайся, - игнорирует мой вопрос.
Я встаю со стула, но и шага не делаю. Смотрю на него. Пристально. Да что я ему только сделала?…
– За что ты так со мной?..
– в моем голосе явное отчаяние.
– Ты знаешь, - спустя какие-то мгновения произносит Алиров. – Я заключил сделку. А ты пыталась уклониться от выполнения ее условий. Ясное дело, что я зол.
– Но что значит… приговор?
– А то значит, - делает ко мне резкий шаг и, когда я в страхе собиралась сесть обратно на стул, он удержал меня за руку. Крепко вцепился в мое запястье, – что ты будешь играть на моих правилах. Возможно, что… - бегает глазами по моему лицу, - кое-что из этого тебе не понравится.
– И что это?..
– Ты одеваться идешь? Или мне все-таки тебя так отсюда вытащить?
– Куда… куда ты собрался меня везти? – все еще отдышаться не могу.
– Домой. К маме с папой. Все будет так, как и задумано. Гребаная свадьба через неделю! – прорычал он с лютой ненавистью в глазах. – Мне еще слухов не хватало.
Я так и не поняла, что он имел под словом «приговор». Но, похоже, что когда-то я стану ему не нужна – чистая правда. Разведемся и все.
– Ладно… Я пойду оденусь.
Уйти не могу. Его рука все еще сжимает мою руку, а глаза, кажется, смотрят в самую душу.
– И не думай, что у тебя есть еще хоть одна попытка удрать. Ты подписала…
– …приговор. Я поняла. Ты просто решил подстраховаться, - шиплю. – Теперь отпустишь? – кручу запястьем. – Ну? Что смотришь?
– Пытаюсь понять кое-что.
– Что?
– Откуда такое нежелание устроить свою жизнь за чужой счет.
А он все об этом… Не может в толк взять, как за него, красавца, замуж не хотят.
– Может, я просто не такая?
– Какая не такая? – его глаза смеются надо мной.
– Зачем мне жить за чужой счет, когда я сама могу со всем справиться?
– Но твоя семья – нет.
Моя семья просто вынудила им помогать. Загнала в тупик. Так что, когда все это закончится для меня, то вряд ли я смогу общаться с ними как раньше. Это будет настоящий разрыв. А то мало ли, как они еще в будущем захотят мною воспользоваться.
– Не говори о них. Лучше отпусти. Мне нужно переодеться. Ну!
***
Кирилл привез меня домой, а в прихожей нас уже ожидала «делегация с цветами». Мать с отцом встретили меня со взглядами убийц.
– Ульяна!
– вскрикнула мама.
– Что это такое ты устроила?! Мы были вынуждены…
– Все в порядке, - оборвал Кирилл. – Мы уже обо всем поговорили. Она осознала свою ошибку.
Ничего подобного.
– Ты уж прости ее… - запричитала мама. – Вселилось, видимо, что-то.
Чего мне стоило сейчас молчать, кто бы знал...
– Ты проходи, дорогой. Посидим, пообщаемся… - стелилась мать, что меня аж передергивало от ее выражения лица.
– Это лишнее. У меня еще полно дел, - ага, на ночь глядя у него полно дел. – Доброй ночи.
Кирилл кивает отцу и без единого слова покидает наш дом. Чертова купля-продажа! Он даже общаться с ними не хочет. Ему все это противно. И я противна.
Стоило только Кириллу сделать шаг за порог и прикрыть за собой дверь - я получила от отца легкую пощечину. Он и раньше бывало меня так наказывал, но в этот раз мама не пришла мне на помощь.
– Как ты посмела? – процедил отец.
– Я…
– В глаза смотри! Они уже профинансировали мою компанию, а ты ноги сделала?! Ты чем думала? Хотела отца под монастырь подвести?! Не понимаешь насколько это важно для нас?! – хватает меня за плечи и хорошенько встряхивает.
– Условия уже выполнены! – прокричала я. – Он уже заставил меня подписать согласие на брак. Два часа назад!
Отец отпустил меня и, пошатнувшись, я налетела спиной на входную дверь.
– Правда?
– Да! – плачу. – Но свадьба все равно состоится. Сама церемония. Это брак… на время. Он сам мне так сказал. Он отпустит меня, когда придет время.
– А ты переживала! – присвистнула мама с облегчением. – Будешь ты свободна еще, не переживай.
– Так… иди в свою комнату, - отправляет меня отец. – И чтобы без моего ведома ни шагу из дома. Мне все равно, что ты там подписала. Ты должна быть под моим присмотром до самой свадьбы. А потом он будет за тебя отвечать. Хоть избегайся от него!
Глава 3.
Шел третий день моего заточения. С домашними почти не говорила. На его звонки не отвечала. Вообще не понимала, что ему нужно сегодня от меня. Четыре раза уже звонил. Он ведь прекрасно знает, что я дома и не дергаюсь. Так, наверное, на нервы покапать хотел, поугрожать. Он же меня не выносит! И почему, спрашивается?
«Ты даже не попрощалась…»
Черт, вот что это значило? Зачем он так тогда сказал? Мы никогда не общались. Не были близки. Так, гляделки одни.
Я как раз дочитывала любимую книгу, которую за последние годы прочла трижды, как в комнату постучала мать.
– Открыто.
– Ульяночка… - приоткрыла она дверь.
– Что нужно?
– Не говори так со мной... Прошу, прояви понимание.
– То, что я еще здесь и снова не пытаюсь сбежать – это я уже проявляю понимание. Чего ты хотела? – захлопываю книгу и принимаю сидячее положение.
– Там женщины пришли. На примерку платья тебе принесли. Ты же сказала, что не хочешь ехать в салон. Вот мы их сюда и вызвали.
– Не хочу.
– Что значит «не хочу»? Ты как собралась замуж выходить? В джинсах?
– истерически усмехается мама.
– Давай, идем скорее.
– Я вообще не собиралась выходить замуж за первого встречного.
– Ну перестань… Платье нужно. И красивое.
– Можешь взять в шкафу любое мое платье, оттуда пусть возьмут размер и что там надо... Я никуда не пойду.
Я не смогу сейчас держать лицо ни перед кем. Я полностью раздавлена. И дело даже не в том факте, что я заключила фиктивный брак. Дело в моей семье, которая предала меня. Это убивает больше всего.
– Но Уля…
– Все, мама! – прикрикнула я. – Я сказала, бери любое мое платье и уходи!
– А если оно тебе все-таки потом не подойдет?
– Плевать мне! Я уже состою в браке с этим придурком, а вы получили деньги! Не все ли равно? – вновь ложусь и, рывком открываю книгу как попало.