В жены поневоле
Шрифт:
На что мама не уходит, как я того ждала, а подходит к моей кровати и смотрит на меня жалобно.
– Ты не должна себя так вести… Ты уже не маленькая девочка, которой мы во всем угождали.
Убираю книгу от лица.
– Опять хочешь напомнить мне о том, сколько вы с отцом на меня потратили? Так что же вы с этого сразу не начали?
– Ульяна…
– Ну как, его сделка с Алировыми покроет мои долги перед вами?
– Не надо, Ульяна…
– Я думаю, что да. И знаешь, что тогда, - резко подрываюсь с постели, заставляя теперь мать пятиться к двери. – Тогда я избавлюсь от вас. Навсегда! Вы меня с отцом больше не увидите! Иди платье мне выбирай! И смотри, чтобы подороже, а то не дай бог ваши драгоценные Алировы что-то не то подумают! – и захлопнула перед ее лицом дверь, как только она переступила порог.
Мне хотелось все здесь разнести. Я даже уже схватила книгу, собираясь зашвырнуть ее куда-нибудь, но, замахнувшись, успела немного остыть. Ничего это не даст…
Дернулась в испуге, когда телефон в очередной раз завибрировал у меня на тумбочке.
Ринулась проверить.
Черт, опять он! Да что надо-то?!
– Да! – прошипела я в трубку. – Чего ты звонишь? Свадьба только через четыре дня!
– У тебя, я слышу, насыщенный день выходит. Кто тебя так разозлил?
– А меня злить не надо, стоит только вспомнить с кем я связываюсь.
– Ты это обо мне? – шутник чертов.
По сути, если бы не мои родители, то все это было бы невозможно.
– Может, уже скажешь, зачем тебе все это? – расхаживаю по комнате из стороны в сторону.
– В день свадьбы скажу.
Хм…
– А почему не сейчас?
– А вдруг ты… забудешь. Ты быстро все забываешь, Ульяна.
Что он опять несет?...
– Ладно, к черту, - выдохнула я, пытаясь восстановить дыхание. – Так зачем ты звонишь?
– Хочешь встретиться?
– Встретиться?..
– Да. Сегодня вечером. Твой отец отпустит тебя. Я ему скажу.
Да отец хоть в огонь меня отправит, если Алировы велят.
– Нет.
– Хочешь сидеть взаперти еще четыре дня?
– Все лучше, чем в твоем обществе. Мне же еще какое-то время придется жить с тобой в одних стенах.
От мысли, что мне и самом деле придется располагаться на его территории, мне становится нехорошо. Но вся эта церемония не просто так. Им нужна видимость, что все по-настоящему.
– Встреться со мной, - не то просит, не то настаивает. – Это моя просьба.
– Зачем мне ее выполнять?
– Если согласишься, то возможно я тоже когда-нибудь в чем-нибудь пойду к тебе на встречу.
***
– Ульяна, что ты задумала? – спрашивала мать, преграждая мне путь на улицу. Отец насупившись стоял рядом с ней и смотрел на меня.
– А он что, тебе еще не позвонил? – спросила я отца.
Отец непонимающе приподнял левую бровь.
Серьезно? Я же согласилась на эту чертову встречу с ним! Почему он не позвонил ему и не сказал об этом?
Посреди всего этого недопонимания в дверь постучали.
– Я сейчас, - мама решила открыть дверь. – О, это ты… Ты за Ульяной нашей?
– За ней. Добрый вечер, - за порог ступил Алиров, сразу нашел меня взглядом, да так и зациклился.
– Что ж ты мне не позвонил? – спросил отец. – А то мы ее тут держим, не верим, что на встречу с тобой собралась, - я закатила глаза.
– Ладно все, идем, - скорее проскользнула за дверь, лишь бы не слышать всего этого.
Уже в его машине я потрудилась спросить, что это он устроил.
– Почему ты не сказал отцу по телефону, что я с тобой встречаюсь? Я бы сама подъехала к тому ресторану. Мы же так с тобой договаривалась, - процедила я.
– Хотел тебя встретить, - произнес сухо, после чего свернул с обочины на дорогу.
– Не стоило… - буркнула я.
– Перестань.
– Что перестать?
– Вот это. Твои нервы ничего не изменят.
– Как и наш совместный ужин ничего не изменит. Я не стану лучше к тебе относиться.
– А может, мы хотя бы попробуем? Сама же сказала, что понимаешь, что нам придется жить на одной территории. Бок о бок.
– Да, сказала. Кстати, как долго? – взглянула в его сторону.
Ничего не могу сказать – одеколон у него отпадный. И клянусь, где-то я его уже нюхала. Или что-то очень похожее.
– Четыре года.
– Четыре года?!
– Это самое меньшее. А вообще, будет только от нас с тобой зависеть, как долго нам придется жить вместе.
– Не поняла?.. Это как? – он молчит. – Нет, ты скажи мне, что мне нужно сделать, чтобы поскорее расторгнуть брак?
Алиров криво покосился на меня, а затем произнес уже знакомое:
– Узнаешь в день нашей свадьбы.
– Фактически - мы уже муж и жена. Какие могут быть секреты от... жены?
– Я так хочу.
Втянул меня в какую-то игру, правил которой я не знаю!
***
В миленькое местечко он меня привел. Просто блеск. Я побывала во многих ресторанах этого города, но в этом никогда не бывала.
– Мне только шоколодный чизкейк и зеленый чай. Спасибо, - отдала меню официанту.
– Уверена, что больше ничего не хочешь? – спросил Алиров.
– Нет. Я собираюсь съесть свой чизкейк, выпить чай, а потом отправиться домой. Так что, у тебя мало времени.
– Одна ты никуда не пойдешь, - весьма строго заявил Алиров.
– Думаешь, я вздумаю сбежать куда-то вот так? – усмехаюсь.
– А ты можешь как-нибудь по-другому улыбаться?
– Что?.. Я сейчас вовсе не улыбалась. И не уходи от ответа. Ты правда думаешь, что я снова сбегу? После того как ты поставил на меня это клеймо?
Алиров напрягся. Его руки на столе, скулы. На его лице вырисовывалась откровенная злость и презрение. Я назвала брак с ним – клеймом. Это любому мужчине не понравится. Но он сам виноват. Так не поступают, как он поступает.
– Я бы предпочел все ускорить.
– Что именно?
– Церемонию. Она состоится через два дня.
– Что?..
– А тебе что, перед смертью надышаться надо?
– К чему спешка?
– А почему нет? К тому же, так удобнее моей семье. Отец скоро улетит надолго в Париж. А я очень хочу, чтобы он присутствовал.
На что я нашла в себе силы промолчать.
И правда, какая разница? Скорее все случится – скорее закончится.
– Ладно, - хмыкнула.
Чуть позже нам принесли десерты.
Я молча ковырялась в своем шоколадном чизкейке и старалась не смотреть на него. Нам не о чем было говорить. Мысли были только о том, чтобы поскорее закрыться у себя в комнате и постараться переварить тот факт, что два дня спустя мне придется упасть ниже некуда.