Чтение онлайн

–  Все же, Василий Гаврилович! При всем при том у вас большие успехи.

–  Э! Успехи! Успехи!
– воскликнул Грабин и, задумавшись, глубоко вздохнул… - Я не жалуюсь, но не обидно ли нам? Мы спроектировали 122-миллиметровую пушку Ф-25. Испытали. А заводу уже приказали изготовлять такую же пушку другого КБ. На устранение недостатков ее конструкции и доработку пришлось переключить большинство конструкторов нашего КБ. А исправлять чужое - дело тяжелое. Была возможность отказаться. Но мы не стали. Нашлись бы люди, которые увидели бы «саботаж Грабина» ради своей пушки! Хотя наша на семьсот килограмм легче и лучше по всем показателям. Однако замечу - худа без добра не бывает. Конструктивная схема Ф-25 принципиально новая и многообещающая. Но давайте оставим в покое пушки.

–  Что вы можете сказать о новом директоре?

–  Поживем - увидим. Во всяком случае, первая беседа с ним внушает оптимизм. А что нового у вас в горкоме?

–  Наше руководство проявляет большой интерес к вашим работам. Мне предстоит подготовить справку.

–  Знаете что, - остановил меня Василий Гаврилович, - пожалуйста, обязательно доложите о примененном в порядке эксперимента методе параллельной работы конструкторов и технологов. При проектировании танковой

130

пушки Ф- 34 мы получили огромные выгоды -выигрыш во времени и качестве конструкции, а также и в сроках разработки чертежей и изготовлении опытного образца. Этот метод перспективен не только для артзаводов. Вон сколько наговорил. Приходите к нам почаще.

28 октября. Понедельник

Жду не дождусь врачебного обхода. Наконец-то. Заведующая отделением разрешила мне спуститься на первый этаж к телефону. Позвонил в КБ.

–  Грабин слушает.

–  Василий Гаврилович, от чистого сердца, со всей душевной теплотой поздравляю с присвоением звания Героя Социалистического Труда! Искренне рад!

–  Спасибо. Вы лучше скажите - как ваши дела? Когда вас ждать из больницы?

–  Неважно с легкими, но хуже всего с последствием дизентерии.

–  Поправляйтесь, скоро увидимся, к сожалению, на завтра вызывают в столицу.

17 декабря. Вторник

Второй день в дороге. Еду лечиться в Ессентуки. В Ростове-на-Дону, из газеты «Известия» узнал, что Василию Гавриловичу Грабину присвоено воинское звание генерал-майора технических войск.

1941 год. 9 февраля. Воскресенье

Василий Гаврилович пригласил меня на стакан чая. Прошли на кухню. Там было теплее. Гарбин после перенесенной операции нуждался в более высокой температуре, чем была в комнатах квартиры. Хозяин в генеральской форме, но на ногах домашние тапочки. Все равно впечатляет.

131

–  Василий Гаврилович, как вас встретили заводчане в форме генерала?

–  Еще не надевал. Боюсь, как бы люди не сочли такой шик за демонстрацию. Жду подходящего момента.

Генерал переоделся в домашний костюм и пригласил к столу. Подняли тосты за успехи и обмыли генеральское звание, и разговор пошел по прежнему руслу - о заводе и пушках. И опять с присказкой: «С ними надо спешить!!!»

–  Если честно смотреть на международную обстановку, - заговорил генерал, - война стоит уже у порога. Договор с Германией о ненападении, говорю прямо - фикция! Он и той и другой стороне нужен для выигрыша времени. Нам нужен позарез. Помните, я вам показывал 57-миллиметровую пушку - ствол, наложенный на лафет Ф-22 УСВ?… Мы от этой пушки шагнули к новому орудию - мощной противотанковой 57-миллиметровой пушке ЗИС-2. В нее заложена схема нашей Ф-25, которая не пошла в серию. У нее особый по своей форме верхний станок, ничем не похожая на УСВ лобовая коробка. По мощности орудие будет превосходить в четыре раза нынешнюю «сорокапятку». Она экономична по расходу металла и других материалов. Вот ее некоторые расчетные данные: начальная скорость снаряда 1000 метров в секунду, вес бронебойного снаряда три килограмма, скорострельность 20-25 выстрелов в минуту. На дистанции в 1000 метров ЗИС-2 при угле встречи снаряда 30 градусов будет пробивать броню толщиной в 90 миллиметров, а подкалиберным снарядом - 105 миллиметров. На дистанции 500 метров эти цифры составляют 100 и 145 миллиметров соответственно.

По моим данным, противотанковой пушкой такой мощи не располагает ни одна армия в мире, вот только бы успеть довести ее до ума.

–  Значит, опять «с ними надо спешить»?
– заметил я. Грабин улыбнулся и сказал:

132

–  Когда нарком вооружения Ванников выделил необходимые средства, то приказал немедленно приступить к реализации проекта КБ. Получается почти по нашей присказке.

1 марта. Суббота

На третий день после очередного выхода из больницы и появления на работе в горкоме меня пригласили на военно-медицинскую аттестационную комиссию. Мои товарищи после аттестации получили воинское звание - старший политрук. Ввиду тяжелой болезни в аттестации мне категорически отказали. Попросил горком сделать мне перевод на завод «Новое Сормово», который стал родным.

21 марта. Пятница

Своей бедой не хотел огорчать Василия Гавриловича и отягощать нашу дружбу. Пошел в партийный комитет. Новый секретарь и парторг ЦК ВКП(б) Алексей Дмитриевич Проскурин принял сразу. Как-никак, знаем друг друга около семи лет. Конечно, прежде всего разговорились о производстве и его былых трудностях. Вспомнили станколомов и крошителей инструмента, злостных прогульщиков, горьких пьяниц и прощелыг. Все это давно забыто и травой поросло. Больше всех для становления завода и наведения порядка сделал И.А. Мирзаханов. Кто-кто, а Проскурин об этом хорошо знал, работая при нем после П.Н. Горемыкина начальником первого механического цеха.

Подумав немного, Алексей Дмитриевич сочувственно сказал:

–  Не печалься. Завод наш большущий. По твоему здоровью подыщем подходящее место. Погуляй с часик, а я тут кое с кем посовещаюсь.

Неожиданно в кабинет вошел Грабин. На нем празднично и ладно сидела генеральская форма. На груди звезда Героя. Василий Гаврилович спросил заинтересованно:

133

–  По каким к нам делам, Андрей Петрович? Может быть, и в КБ заглянете?

За меня ответил Проскурин. Василий Гаврилович удивился и, немного подумав, попросил направить меня в распоряжение КБ.

Грабин заходил к Поскурину по поводу жалобы рабочих первого цеха на оплату труда. Василий Гаврилович убежденно сказал: - Рабочим надо платить больше. Тот, кто дает больше продукции, тот и должен больше получать. Другое решение будет обидным. Наша обязанность - помогать рабочему увеличивать выработку.

Идем в КБ. Молчим. Василий Гаврилович даже намеком не упрекнул меня в том, что я обратился за помощью к Проскурину, а не к нему.

Кабинет главного конструктора находился в бытовке нового опытного цеха. В нем все ново и солидно. Стены от плинтусов паркетного пола до половины стены отделаны фанерой из кавказского бука. Два стола - один поменьше, другой, раза в три больше, для заседаний технического совета. Они обтянуты зеленым сукном и обиты деревянной рейкой. Три широких окна смотрят на юг. На рабочем столе настольная лампа в виде грибка под зеленым стеклянным колпаком, деревянный стаканчик с заточенными карандашами. У входа вешалка из никелированных прутьев на металлической вертушке.

Грабин показал комнату отдыха. В ней два мягких кресла, сейф и кульман.

–  Видите, теперь мы живем не то, что раньше, - просторно, тепло и светло.

Сошли на первый этаж. Прошли в опытный цех. У глухой стены, как в музее, одна к одной опытные пушки.

–  Вот эта 57-миллиметровая противотанковая пушка, - сказал Грабин, - на лафете Ф-22 УСВ. А вот она же на своем собственном лафете. Конструкторы зовут ее «балериной».

134