Чтение онлайн

– Что-то на седьмом уровне сделало их неуправляемыми. Там словно какие-то помехи, черезе которые я с трудом могу пробиться до сознания солдат. Помогите мне исследовать этаж и найти источник помех, и я вас отблагодарю. В ДОТе хранились некоторые экспериментальные экземпляры ручного оружия, я отдам их вам, - закончил свой рассказ Гримм.

– А зачем вам этот источник?
– любопытство не порок, лучше сейчас спросить, чем потом разгребать последствия. А ну как Гримм жаждет мести и собирается пойти войной на Форт, как только восстановит контроль над армией мёртвых? Оно мне надо?

– Уничтожить, естественно, - полковник посмотрел на меня как на идиота.
– Если я смогу снова контролировать солдат, то смогу убедить Форт, что надо продолжить исследования!

– Полковник, а вы хоть вкурсе, что там, наверху?
– я кивнул на потолок.

– Вы про Катастрофу? Да, знаю. Чудовищные разрушения, анархия, хаос. Но это было давно, сейчас там вроде как мир и порядок.

– Это да, есть такое. Только вот цивилизация на сто лет откатилась, если не больше, - развёл я руками.
– Вряд ли Форт вам сможет помочь, даже если и захочет, уровень знаний уже не тот.

– Я всё равно попробую. Лучше попытаться взлететь и упасть, чем сидеть на краю гнезда и смотреть, как жизнь проноситься мимо!
– чуть пафоснее, чем следовало, продекламировал Гримм.

Но мысль дельная, как говорил один умный человек: лишь одно из десяти начатых дел заканчивается успехом, слабаки думают, что с такой статистикой лучше не стоит и браться за что-то, сильный же знает, что просто надо делать больше попыток. Или как-то так, не помню точно.

В целом, позиция бывшего коменданта мне понятна и отчасти даже приятна: человек о подчинённых до сих пор думает и заботится, даром что они сейчас монстры. Вот что значит - ответственный! Эх, были ж раньше люди, не то, что нынешнее племя! Или как там у Лермонтова? И он был чертовски прав! Нет, я не из тех, кто утверждает, что раньше трава была зеленее и солнце ярче, прогресс и всё такое на месте не стоит: люди стали жить дольше, лучше, богаче. Другой вопрос, стали ли они от этого внутренне краше?

К примеру, в 1920-х, когда в России шла гражданская война, в отдельных районах был голод, продовольствие не хватало. Доходило даже до людоедства. А в одном захолустном уезде, вроде как носившем название 'Пугачёвский', было немало детских домов, с сотнями беспризорников. И представьте себе, в это голодное время работники этих заведений распределяли скудные припасы среди своих подопечных, не своровав ни грамма! При этом часть воспитателей за два год анархии погибла, кто от пули бандитов, кто от истощения. Но все дети, до одного, выжили. Я не утверждаю, что раньше все были такими, а сейчас мы по всей стране и десятка подобных личностей не найдём, нет, конечно же. Но ведь это пример только одного уезда, коих десятки и сотни, и подобные истории тогда были нормой, а сейчас скорее - исключением. Ладно, что-то мысли не в ту степь пошли.

– Мы вам поможем, да, народ?
– я оглянулся на своих спутников.

Надо же, их тоже проняло. Голливуд вон стоит-грустит, будто любимый хомячок умер, вот-вот заплачет. Артём суровее, чем обычно. Можно было и не спрашивать, эти уже готовы голыми руками порвать любого, кто встанет на пути Гримма к неведомому источнику помех ментальной связи оного с зомби. При этом, что самое забавное, нам этих самых 'спасаемых' зомби надо будет ещё не один десяток покрошить. Ради их же будущего блага. Но, похоже, только я один вижу в этом некий диссонанс.

– Спасибо, я не забуду вашу услугу!
– Гримм встаёт, только в этот раз его гигантский рост уже не давит на меня, всё же союзник. Наоборот, здорово, что он такой... внушительный. Да ещё и уровень 45-ый, да он один там всех внизу порвёт! С таким бойцов наш отряд пройдёт сквозь уровень как нож через масло.

– Ну, тогда двинули, время поджимает.

Выхожу в коридор и направляюсь в сторону лифта на следующий уровень. Разработчики пошли немного против логики, разместив в подъёмники с каждого конца коридора. В итоге наш маршрут напоминал змейку: спустились, прошли с востока на запад, спустились - прошлись с запада на восток. При этом лифт ехал ровно на один этаж ниже: мы пробовали жать кнопки верхних уровней, но всё бес толку. Надеюсь, когда зачистим последний уровень, подъёмники разблокируются и можно будет прокатиться до безопасной зоны, не хочется тратить слишком много времени на обратную дорогу.

Глава 26

Решётка лифта дёрнулась и рывками поползла вверх, зубодробительно скрежеща цепями и шестерёнками.

– И как это ржавое чудо техники ещё работает?
– ни к кому не обращаясь, спросила Голливуд.
– Тут, похоже, со времён неолита никто ничего не смазывал и паутину не стирал.

– Ого, какие мы умные слова знаем, 'неолит', - заметил я, выходя из лифта.

Перед нами простирался просторный холл, там-сям белели пятна света от редких ламп, везде разбросан какой-то мусор, остатки мебели, железяки и кости. Я ещё на четвертом уровне заметил, что, несмотря на кажущееся запустение, в данном бункере с электричеством и, соответственно, освещением, дела обстояли на порядок лучше, чем в предыдущем. И это не могло не радовать. Бродить по тёмным коридорам весело, когда ты этим занимаешься полчаса или час максимум, но не дольше. Потом банально устаёшь от постоянной необходимости вслушиваться в каждый шорох и щурить глаза, пытаясь понять: вон та тень в десяти мерах впереди притаившийся монстр или просто куча старого тряпья?

– Ну, куда дальше?
– Оля встала рядом со мной и поочередёно обвела взглядом все три выхода: правый, левый и по центру.
– Прям чувствую себя Алёшей Поповичем на распутье.

– Да, это тебе не платье выбирать, там максимум вечер испорчен, а тут можно и здоровье потерять, - я задумчиво уставился на чёрные зёвы коридоров, разбегавшиеся в разных направлениях.

– Вот не надо, Олька по магазинам долго не ходит, мы с ней за час обычно управляемся, - вступился за свою Джульетту наш Ромео.

Ага, он ещё и по торговым центрам с девушкой шляется. Помогает наряды выбирать, подаёт сорочки в кабинку для переодевания... Подружка, только с чуть другими половыми признаками. Бьюсь об заклад, что эта проказница перед ним каждый ещё и невинный магазинный стриптиз устраивает: то попросит платье помочь застегнуть которое без лифчика носится, то в отдел женского белья затащит. Провоцирует, а этот романтик всё никак не отважится первый шаг сделать.

Я не специалист ни разу, но есть у меня одно предположение: у парня синдром Девы Марии. Слышал этот термин в одном сериале, что жена любит смотреть, так что за точность названия не ручаюсь. Суть в том, что мужчина настолько обожает даму, что заняться сексом с ней для него прям кощунство. Настолько сильная чистая любовь, вот. Кстати, похожий комплекс и у женщин бывает. Многие знают истории, как тихая серая мышка, которая с мужем иначе как в миссионерской позе любовью не занимается, может устроить тройничок с двумя незнакомыми попутчиками в купе поезда дальнего следования, по дороге в деревню к маме. Ибо с супругом страшно признаться, что хочется всякого разного, вдруг не поймёт, а этих парней она видит в первый и последний раз, на их мнение начхать.

– Кхм, господа, - вежливо кашлянул за нашими спинами Гримм.
– Если вы не возражаете, то старый воин может подсказать, какой проход следует первым проверить.

Блин, точно! У нас же абориген есть, ну, то есть, бывший комендант. Он-то явно в курсе, куда что ведёт.

– Будем премного благодарны, - я полуобенулся к полковнику.
– А почему 'первым'? Вы точно не знаете, куда нам идти?

– Молодой человек, во-первых, я тут последний раз был, когда даже ваш папа сперматазоидом в яйцах вашего дедушки плавал и даже не думал встречать вашу маму, - ехидно улыбнулся Гримм. Завернул так завернул, уважаю!
– Так что всё сто раз могло поменяться. Во-вторых, я никогда и не знал, где источник помех, когда он появился, я был на своём этаже, а после уже не рисковал сюда спускаться. Но я помню расположение всех помещений, и левый коридор позволит нам осмотреть сразу две трети из них. Так что я бы с него начинал.