Чтение онлайн

— Глазам своим не верю! — римлянин едва не захлебнулся от переполнявших его эмоций. — Капитан Дамба! И командир Бомба тоже здесь!!! Вы уже убили всех ящеров и теперь собираетесь убить всех людей?!!!

И Аттилий издевательски захохотал.

— Нет, — совершенно серьезно продолжал Дамба, — просто мы собираемся покинуть этот мир…

— Одолжите мне парабеллум, и я вам охотно помогу, — усмехнулся Аттилий.

— …покинуть этот мир и отправится в другой, где никаких разумных ящеров никогда не было!!!

* * * * *

— Таким образом, от нашего ударного флота ничего не осталось, — заявил император Квинтилий-Старший. — Ипсилон Меченосца покинули всего восемь кораблей. Не кажется ли вам, дорогие сенаторы, что пора подводить итог великолепному правлению нашего достойного диктатора? Амабилия, Момбаса, Альфа Базилеуса, теперь Стурландия. Что мы потеряем в следующий раз? Нова Рому?!

— Достаточно, Квинтилий, — резко встал со своего места Валерий Мезон. — Я слишком долго терпел. Надеюсь, моя жена не будет очень переживать. Ликторы! Возьмите этого человека!

— По какому праву, Публий? — усмехнулся коварный родственник. — Посмотри на календарь!

— ???!!!

— Срок твоей диктатуры истек вчера в полночь!!!

В зале Сената наступило гробовое молчание; Публий Валерий Мезон заметно побледнел и опустился на свое место. И тут же резко вскочил, будто почетное кресло диктатора обожгло его. Осмотрелся по сторонам и нерешительно направился к ближайшему свободному месту на сенаторских скамейках. Замер на полпути.

— Итак, уважаемые сенаторы, самое время решить, кто отныне возглавит наше государство? Должны ли мы избрать нового диктатора или вернуть правление консулам? — обратился к залу Квинтилий.

— Мы можем отложить решение этой проблемы на несколько минут? — встал сенатор Фабий Порцина. — Я предлагаю сперва решить куда более важный вопрос. Собирается ли Республика продолжать войну или ей стоит принять условия Антиримского Альянса — следует признать, весьма мягкие условия — и заключить мир?

— Заключить мир? И покрыть себя вечным позором?! — вскинулся Квинтилий.

— Как сделали это наши предки, заплатив Бренну-Разрушителю? — парировал Порцина. — Конечно, мы можем и сейчас продолжить войну. Несмотря на жалкое состояние нашего флота. Несмотря на потерю доброй дюжины планетных систем. Несмотря на огромные потери в легионах. Но зачем? К чему ложная гордость, когда речь идет о спасении Республики? Не лучше ли остановиться, собраться с силами — и уже тогда исполнить ваш замечательный план о рабах, гражданах, союзниках и римских богах?

Квинтилий пожал плечами.

— Я подчинюсь мнению Сената. Как и все здесь присутствующие. Но перед этим я хотел бы решить вопрос с новым диктатором — или старыми консулами.

— Так ведь этот вопрос не имеет смысла, пока не проголосовали за мир — или за продолжение войны! — воскликнул Порцина. — Если мы продолжаем войну, нам нужен диктатор! Если мы заключаем мир, нам нужны консулы!

— Предлагаю компромисс, — кивнул Квинтилий. — Выберем диктатора. Потом разберемся, мир или война. Есоли война, диктатор остается. Если мир — диктатор тут же снимет с себя полномочия и вернет власть консулам.

— Согласен, — кивнул Порцина.

— Кто-нибудь еще хочет высказаться? — снова повернулся к сенату Квинтилий. Желающих не оказалось.

Абсолютным большинством голосов на должность диктатора был избран император Гай Квинтилий Тарпан.

— Ликторы! — Квинтилий указал на одиноко стоявшего посреди зала Публия Валерия Мезона. — Уведите этого человека! Надеюсь, моя маленькая сестра не будет очень переживать!

Он не смог удержаться от издевательской улыбки.

— Не торопитесь, ликторы! — прозвучал в зале новый голос. — Сегодня вам предстоит двойная работа.

— Что это? Кто посмел?! — вскинулся новый диктатор.

— Заткнись, ублюдок, иначе я вытру об тебя ноги, — заявил центурион Тигробой. За его спиной маячили Юлий Цезарь, трибун Ульпий Галл и стремительно растущие ряды легионеров.

— Что это? — уже другим тоном, полным злобной иронии, поинтересовался Квинтилий. — Бунт недовольных ветеранов? Маленькая гражданская война? Я понимаю ваше возмущение, но вы слишком далеко зашли. Успокойтесь, человек, который бросил вас на бойню, умрет еще до заката солнца!

— И ты вместе с ним, — кивнул Тигробой.

— ??? Да что вы себе позволяете… — новоявленный диктатор потерял дар речи.

— Пунийцы сдали тебя, Квинтилий, — спокойно ответил центурион. — Не знаю, почему. Возможно, это и есть знаменитое пуническое коварство. Но мне хочется верить, что даже подлые граждане Карфагена не захотели больше иметь никаких дел с таким вонючим предателем, как ты!

— Что?!.. — прошептал Квинтилий. — Это ложь! Это обман! Им мало гибели нашего флота, они хотят посеять смуту в Республике! Опомнитесь! Они используют вас! Они хотят погрузить Рим в гражданскую войну! Я ничего такого не делал!

— Тогда почему ты так волнуешься? — удивился Тигробой. — То бледнеешь, то краснеешь. Если ты ни в чем не виноват…

— ААААААААААААААА!!! — сказал Публий Валерий Мезон, вырвавшийся из рук ликторов и вцепившийся своему шурину в горло — сначала руками, а потом и зубами.

— На помощщщщщь… хррррблллук, — ответил Гай Квинтилий Тарпан.

— БАХ! — добавил парабеллум Квинтилия, извлеченный из складок тоги. — БАХ!

Несколько часов спустя уважаемые сенаторы и мятежные легионеры оставили зал заседаний Римского Сената. Последним уходил оптион Юлий Цезарь. Уже на пороге он обернулся и бросил последний взгляд на живописную лужу крови, причудливо игравшую бликами в призрачном лунном свете.

Между прочим, у Нова Ромы было два спутника.

* * * * *

— А теперь еще раз, с самого начала, и помедленнее, — очень вежливо попросил Аттилий.

— Это ворота в другие миры, — повторил Дамба. — В другие Вселенные. В альтернативные Вселенные.

— Это как-то связано с антивеществом? — уточнил Аттилий.

— Нет. Это связано с пространством и временем.

— Гиперпространство? Надпространство? Подпространство? — принялся перечислять римлянин.

— Не совсем, — с тоской ответил Дамба и повернулся к Вальке. — Ваше величество, попробуйте вы объяснить!

— Представьте себе мир, где Александр Македонский завоевал Персию, — начала королева.

— Но ведь он ее не завоевал! — удивился Аттилий. — После Мегиддо он повернул на Запад и погиб в Африке!

— А теперь представьте, что Александр продолжил наступление на восток!

— Но ведь этого не случилось! — еще больше удивился Аттилий. — Что толку гадать о том, чего никогда не было и быть не могло?!

— Правду говорят, римляне совершенно лишены воображения, — усмехнулась Гафни. — Напрягите свою фантазию, солдафон!