Чтение онлайн

Она сказала мечтательно:

— Хорошо… Барон — это низшая ступенька высшей знати. Титул графа можно получить только из рук императора. Или короля или царя, но у России нет ни того, ни другого.

— До Бога высоко, — сказал я, — до царя далеко, что и хорошо. Мне выше барона что-то совсем не хочется карабкаться. Я человек очень мирный, тихий и люблю спокойную жизнь.

Она шепнула, прижавшись ко мне:

— Ты ещё и очень рассудительный. Увы, сама спокойная жизнь тебя не очень любит.

То, что я сейчас делаю, назвали бы алхимией, потому что я из всех знакомых трав варил нечто такое, что здешние зельевары делать не умеют. Хотя, конечно, кто-то да пытался, весь мучительный путь создания лекарств — это опыт множества проб, ошибок, поиск других путей, бесконечный перебор вариантов.

Но достаточно мощный компьютер может просчитать все варианты, а их миллионы миллионов, быстро отобрать из них самые реальные, выложить передо мной, а я уже приму решение, какой из них попытаться реализовать.

Конечно, будь у меня хотя бы средненькое оборудование, вариантов были бы тысячи, а когда вот только чан на огне, пара тиглей и один перегонный куб кустарной конструкции, то вариантов оказалось только два.

Можно увеличить до пяти, но для этого пришлось бы выйти на улицу и обойти зельевые лавки Санкт-Петербурга, но для приготовления нужного геля мне достаточно и того, что есть в этой комнате.

Над соединением, что растворит рубцовую ткань на глазном яблоке, пришлось поработать с привлечением всех медицинских сил и знаний, какие сумел задействовать в зеттафлопнике.

Нужных ингредиентов нет, синтезировал с огромными трудностями, потом несколько раз очищал и добивался усиления эффекта, проверить даже на мышках не получится, хотя и можно, но я верю в точность расчётов зеттафлопника, потому рискну, доверюсь.

После перегонки набралось на небольшой пузырек, это с избытком, конечно, достаточно капать в глаза пару раз в день на протяжении недели.

Ещё, пора ехать. Басманов велел приезжать немедленно, как только достану из сундуков это волшебное зелье.

— Тадэуш, — крикнул я. — Запрягай!.. Элеазар, Антон, оба со мной!

Антон сказал с готовностью:

— Будет бой?

Я покачал головой.

— Нет, пусть граф увидят, какие вы молодцы… рядом с нашим автомобилем.

На этот раз едем без графини Кржижановской, она свою часть выполнила, привезла меня и представила, отрекомендовала, дальше без неё, но, конечно, она в нашей команде незримо.

В прошлый раз в коляске ехали со всеми удобствами, но долго, на этот раз без удобств, зато быстрее. Не успели обсудить, кому как себя вести, как за поворотом дороги показался величественный дворец Басмановых, а к воротам подъехали уже под прицелом винтовок охраны.

Я выскочил из автомобиля, за мной все трое, быстро осмотрелись. Я помахал начальнику охраны рукой.

— И снова я!.. Граф нас ждет!

— Сейчас доложим, — ответил он и кивнул одному их охранников, тот закинул винтовку за спину и бегом ринулся во дворец. — Это ваша охрана? Крепкие ребята.

— Преображенцы, — ответил я скромно.

Он всмотрелся в их лица, вздрогнул, подошел к Элеазару.

— Постой… так похож… дядя Элеазар?

Элеазар сказал с широкой улыбкой:

— Привет Семен Михалыч…

Начальник охраны даже отступил на шаг, разглядывая Элеазара, потом резко шагнул вперед, сжал обеими руками его плечи.

— Да, это ты… Но ты же старше меня на двадцать лет! Тебя уволили на пенсию как по старости, так и по болезням! А сейчас ты моложе меня!.. И плечи у тебя, как из гранита!

Элеазар кивнул в мою сторону.

— Его благородие желает видеть нас молодыми и сильными. Мы и стараемся.

Тот не успел ответить, из дворца выбежал тот охранник, закричал, размахивая руками:

— Велено впустить!

Начальник охраны, малость прихренев, рассматривал как Элеазара, так и Антона с Тадэушем. Все из Преображенского, что обязывает быть рослыми, а теперь ещё и налиты силой, поджарые и помолодевшие, широкие в плечах, с массивными пластинами грудных мышц, руки толстые, как бревна, бицепсы бугром, да и ещё в них дышит силой и мощью.

Я махнул своим, могут остаться и поболтать, я и пешком схожу, от ворот до мраморных ступеней пара сот шагов.

Конечно, у Басманова гвардия покруче, но он из высшей лиги, у него не только рослые и могучие, но и все с самым-самым оружием и доспехами, выучке позавидуют лучшие бойцы императорской армии.

И, конечно, у него сотни таких, как мои трое, пусть с Иваном и Василием пятеро, но ещё не вечер.

Наверху лестницы меня встретил дворецкий, поклонился, попросив следовать за ним, быстро пошёл по коридору.

Граф Басманов в том же кабинете и том же кресле, только халат другой, а на ногах не домашние тапочки, а поношенные штиблеты.

Я не успел подойти и поздороваться, как распахнулась боковая дверь, вбежала Байонета, а за нею степенно вдвинулась дородная Авдотья Васильевна.

Байонета на этот раз в более нарядном платье, хотя и далеком от праздничного, зато вместо чепчика весёлая такая соломенная шляпка, что не скрывает её пышные локоны пшеничного цвета, и вообще на этот раз выглядит настоящей аристократкой, несмотря на гордо вздернутый носик, почему-то считается, что у аристократов всегда вытянутые лица и длинные, хоть и красиво очерченные носы.

— Баронет! — вскликнула Байонета и сразу же повернулась к графу. — Дедушка, баронет Вадбольский прибыл!

Граф повернул в мою сторону незрячее лицо, ориентируется по моему топоту.

— Какие новости, молодой человек?

— Хорошие, — сказал я. — Вы не слепой, тому я не смог бы помочь, там не глаза виноваты, а мозг, вы же просто человек, потерявший зрение.

Он спросил с непониманием:

— А есть разница?

— Конечно, — ответил я. — Что потеряно, восстановить можно. Раны же затягиваются? У вас тоже затянулось, только шрам остался на глазном яблоке. Но организм ваш помнит, как ещё было. У вас просто пленка на глазном яблоке. Ну, кожура наросла. Её нужно убрать, только и всего.