Чтение онлайн

— Не ври!.. Не было в нашем Роду такого, чтобы кто-то мог вот так исчезать и появляться.

— Не было, — ответил я нагло, — а потом стало. Уже после вашего ухода замуж в другой Род.

— Мне брат не стал бы врать, — начала она с жаром, но запнулась, каждый Род оберегает свои тайны, а раз она ушла в другой Род, то и доступ к секретам Рода, а особенно к новым, оборвался. — У тебя что-то появилось своё…

— Вот именно, — ответил я. — Своё, тётушка. И хоть вы как бы вернулись в наш Род, но я пока этого не признаю. Где вы были, Ангелина Игнатьевна, когда мои родители пребывали в горе и болезнях?

Она сказала зло:

— У меня муж умирал, я не отходила от его постели!.. И только когда преставился перед Господом, и когда со всеми воинскими почестями похоронили, я договорилась о достойном памятнике на его могиле, и тут же отправилась к своему дорогому брату Василию, чтобы поддержать его и утешить в его последние дни!

Я заметил злорадно:

— Но не получилось?

Она побагровела от гнева:

— Что? Да я за своего брата жизнь отдам!.. Он единственное, что у меня осталось!.. А ты, говнюк, не наш, я не чувствую в тебе благородства Вадбольских! Ты всегда был позором нашей семьи!.. И как только у тебя хватило наглости вернуться?

Я сказал примирительно:

— Ладно, хотите заботиться о моих батюшке и матушке, заботьтесь. Но ко мне не лезьте. Тем более, что я не ваш, как вы умело выразились.

Она фыркнула.

— Пока считаешься нашим, то и тобой буду управлять я, пока тебе не стукнет восемнадцать! А до этого сумею выбить из твоей головы дурь.

— Не советую, — ответил я кротко.

— Что-о-о-о?

Я прямо посмотрел ей в глаза, улыбнулся так, чтобы увидела мои красивые ровные зубы, а на нужных местах и клыки, доставшиеся от очень хищных и опасных предков. Хватит пацифистских басенок, что человек был слаб и прятался по пещерам. Человек уничтожил всех этих пещерных львов и саблезубых тигров, уничтожил полностью, а шкуры бросил под ноги!

— Я пока не признаю вас, — сообщил я кротко, — членом нашего рода.

Она взвизгнула:

— Кто, ты?.. Не признаёшь, если признали мой родной брат и все Вадбольские Петербурга? Если я велю раскрыть секрет, ты обязан это сделать, ибо Род превыше всего, и не дело, что мальчишка владеет тем, что может принести пользу всему Роду!

Я сдвинул плечами и хотел было пройти мимо в сторону выхода, но она цепко ухватила меня за рукав.

— Стой-стой! А что за слухи, что тебя хотят выдать за Ольгу Долгорукову из того самого рода лучших людей?

— Это в боярской книге они «лутшие», — сказал я, — а для меня так вообще говно на палочке.

Она даже не обратила внимание на оскорбительное сравнение, сказала с нажимом:

— Врут?

Я ответил с неохотой:

— Всё равно у них ничего не получится. Кроме состязания, кто из нас с Ольгой убьёт другого быстрее.

Она смотрела на меня выпученными глазами.

— Так это правда?.. Такое сокровище привалило! Надо хоть на брюхе ползать, но чтоб влезть в их Род!

— Ещё чего, — заявил я. — Такого щастя не дождутся! Ладно, тётя, я побежал, хотя бегать барону несолидно, но у меня дела.

— Хоть ужом крутись, — велела она вдогонку мощным голосом, — но чтоб в их Великий Род хоть ужом, хоть зайчиком!

В «Санкт-Петербургских Ведомостях» сообщили, что Государь Император соизволил принять прибывшего в Европу полковника Кольта, имел с ним беседу.

Я зло отбросил газету, Кольт проехался по Европе, патентуя своё изобретение, но в России с ним выпили, поговорили, император принял в дар два револьвера конструкции самого Кольта, и на этом всё закончилось. А именно в России он так нужен в армии!

Под бдительным взором Маты Хари я проторчал четыре часа в библиотеке Лицея, стараясь найти хотя бы намёк на те странности, с которыми столкнулся на втором уровне своей Щели.

Никто ни в одном трактате не обмолвился ни словом, а о таком бы точно трезвонили во все лапти. Во всех разломах, описанных даже в трактатах, что в закрытом для курсантов доступе, только монстры, монстры и монстры. Редко слабые, чаще смертоносные. Но всё равно, понятные и если хорошо изучить, даже предсказуемые.

Так что в моём разломе первый уровень вполне, как и положено для Щелей, а второй что-то ну совсем другое. Словно пузырь образовался не на поверхности нашего мира, захватив часть животных и даже видоизменив их, а сформировался в их бозонном, где геометрия не та, как у нас, и пространство-время другое, если оно там вообще существует.

Уже оценил, что время отсутствует, я просто наткнулся первым. Но раз наткнулся, нужно использовать на всю катушку, даже если это самая большая катушка Тесла.

Мата Хари проникла в библиотеку вместе со мной, я только листал, она сканировала, постоянно комментировала извращённое человеческое сознание, разве можно такое описывать да ещё такими словами, я наконец собрал книги, отнес на стол библиотекарю.

Он поднял на меня взгляд усталых глаз.

— Вы вроде бы уже смотрели эти книги? И тоже так быстро?

— Надеялся, — сказал я с сильнейшим разочарованием, — появится что-то ещё поновее. Увы, застойные для магии времена, что вообще-то хорошо, только мало.

Весна в разгаре, солнце весь день не просто грело дома и улицы, а разогревало, и когда наступил вечер, непривычно тёплый и влажный, как на берегу Чёрного моря, за которое сейчас идёт война, я не стал брать извозчика, пошёл пешком. Мата Хари парит уже не на городом, а над участком, по которому иду, ни одна мышь не останется незамеченной.

При её скоростях никто не успеет вытащить клинок из ножен и замахнуться на меня, как тут же падёт с пулей в голове. Или с аккуратной дырочкой от лазерного импульса, что для полиции и жандармерии всё равно выстрел из винтовки неизвестной конструкции.

Потому я не дрогнул, когда за спиной раздался нарастающий топот копыт, по стуку определил, что нагоняет двухместная коляска, проедет мимо… но нет, кучер натянул поводья, останавливая со мной рядом.

Дверца приоткрылась, женский голос сказал быстро:

— Залезайте!

Я тут же скакнул на высокую подножку, ввалился в пропахшее духами тесное пространство, жарко, с этой стороны сиденье пусто, на втором сжалась в комок зло поблёскивающая глазами Ольга Долгорукова в тёмном под ночь платье и в наброшенном на голову капюшоне.