Чтение онлайн

Впереди лежала бескрайняя снежная тайга.

А вдалеке над ней распласталась тяжелая синяя туча.

VIII

Высокое напряжение

Сентябрь 2027 года.

Научно-исследовательский институт

по изучению параллельных миров

и их воздействия на человека.

Центральная часть

Западно-Сибирской равнины.

Вертолёт МЧС с оранжево-синими полосами рассекал винтами плотную занавесу ливня. Под ним расстилалась наполовину рыжая тайга, с трудом переживавшую раннюю осень. Летел вертолёт малых габаритов для незначительного числа пассажиров. В кабине сидели только два человека — пилот и мужчина в коричневом костюме. Пиджак расстёгнут, брюки не глажены, на лице поросла густая щетина. Его вырвали из отпуска по важному делу, и последние двенадцать часов он, Владислав Токарев, провёл в дороге. Вертолёт летел к научно-исследовательскому институту посреди тайги.

Впереди Токарев рассмотрел знакомую вырубку, точки фонарей и комплекс белых зданий, занимавших площадь гектаров в двадцать. Он заметил сначала растянутое трёхэтажное здание главного корпуса, затем примыкавшие к нему два корпуса поменьше: ближе к вертолёту стоял первый, двухэтажный корпус, он выполнял хозяйственные функции; второй, в два этажа, являлся общежитием для персонала. На плоской крыше первого корпуса виднелась под светом ламп большая буква «Н». Именно на неё вертолёт и приземлился.

На площадку тут же побежал горбатый учёный с плешью на голове — Евгений Евгеньевич Крылов. В руках держал раскрытый зонт. Токарев усмехнулся, завидев коллегу и на повышенных тонах обратился к пилоту перекрывая гул затухающего двигателя:

— Никуда не улетай! Если что измениться, я сообщу! — пилот кивнул, а Токарев хлопнул его по плечу. Учёный выпрыгнул из вертолёта и мигом оказался рядом с коллегой, чтобы скорее спрятаться под его зонтом.

— Энергия по-прежнему нестабильна?! — перекрикивал он барабан дождя.

— Обсудим в здании! — ответил учёный.

Они прошли ко входу на чердак первого корпуса. Евгений Евгеньевич открыл дверь, и они оказались на лестничной площадке. Токарева настигло тепло. Крылов запаковал зонтик обратно в чехол.

— Ну и дождь, — помотал он головой.

Они шагали по запасному ходу, касаясь холодных и безразличных перил. Ностальгия настигла Токарева, истосковавшегося по родным пенатам.

Учёные быстро последовали вниз.

— Так что с энергией? — Токарев шёл позади.

— Собственно то, о чём ты и говорил, Влад. — коллега усмехнулся. — Удивительно, Доронин сумел справиться с порталом без целого научного комплекса и миллионных инвестиций… а мы…

— А у нас нет призраков-компаньонов, Евгений Евгеньевич.

Учёный рассмеялся.

— Верно! Мы проводили очередные испытания, но решили подключить новый генератор. И что ты думаешь? Приборы сдвинулись с мёртвой точки, а показатели дёрнулись по всем шкалам!

— А портал?

Евгений Евгеньевич начал задыхаться от долгого спуска. Они уже находились ниже уровня хозяйственного корпуса и приближались к подземному ходу.

— Самое интересное!

Учёные остановились перед широкими дверьми в самом низу лестницы. Евгений Евгеньевич нашел в кармане пропуск, приложил его к электронному замку. Створки открылись, и учёные зашли в лифт.

— Ну, выкладывай! — сгорал от нетерпения Токарев — это выдавал дрожащий голос.

— Его виртуальная модель наконец ожила! Она показала несколько импульсов, но слишком слабых, чтобы открыть его… Я не рискнул повышать энергию без тебя…

— И правильно…

Вот он, этот момент. Токарева считали шарлатаном большую часть его сознательной жизни, но он всё равно искал доказательства. Доказательства того, что ни он, ни его отец не были сумасшедшими, замечая иногда тени в их старом особняке и слыша голоса погибших там людей. Погибших много десятков лет назад. Он искал, но какой-то мальчишка с призраком-поводырём опередил его. Тем не менее Токарев не сдавался и сумел найти инвестиции для нового проекта внутри университета, где он работал. Результат этого проекта сейчас, спустя всю его жизнь, ждал учёного на последнем этаже подземной части НИИ.

Коллега надавил на нижнюю кнопку, и лифт тронулся вниз, опускаясь на минус пятый этаж.

— Давление упало?

— Незначительно. Быстро восстановилось.

Токарев чуть улыбнулся. Всё выглядело именно так, как он и предсказывал.

Лифт плавно остановился. Створки открылись, и учёные оказались в длинном, пропахшим бетоном коридоре. Зашагали вперед и, не доходя до конца, свернули спустя полсотни метров. Впереди оказалась стальная дверь. Евгений Евгеньевич вновь приложил пропуск, и створки разошлись.

Впереди оказалась погруженная в голубоватый полумрак лаборатория. Работали только запасные лампы. Вдоль всего помещения стояли маленькие кабинеты. Коридор между ними оказался узким, так что коллегам пришлось идти один за другим. Пол кафельный, молочно-белый. Учёные мягко ступали по нему к дальней лаборатории. Повернули направо, в самом конце коридора. Перед ними появилась белая створчатая дверь. Евгений Евгеньевич вновь воспользовался пропуском.

Ещё одно помещение: большая лаборатория со множеством приборов и установок. Учёные прошли на середину лаборатории. Токарев не сводил взгляда с ещё одной двери, уже сейфового типа, где его ждал триумф. Вдруг он услышал искусственный кашель. Евгений Евгеньевич сжал руки в замке, переступая с ноги на ногу.

— Что-то не так?

— Мелочь, Влад. Я пригласил на работу своего аспиранта. Знаю, ты был против такого, но парень очень способный…

Токарев глянул ему и заметил молодого человека в белом халате. Он стоял у стола с кипами бумаг и компьютером. Аспирант кивнул старшему коллеге и неловко улыбнулся.

— Способный, говоришь?

— Да, поэтому и взял.

Токарев прекрасно понимал, что аспирант выполнял ненавидимую своим наставником бумажную работу и не более. Поэтому ему было плевать.

— Показатели приборов готовы?

Евгений Евгеньевич успокоился, поняв, что наличие постороннего оказалось не проблемой.

— Конечно, конечно.

Он засеменил к тому столу, за которым сидел аспирант. Парень отступил от учёных, но по-прежнему не сводил напряженного взгляда с Токарева и с компьютера. В кармане потной рукой он сжимал исписанный блокнот. Евгений Евгеньевич уселся за стол. Токарев встал над ним.

— Вот это показатели за вчерашний эксперимент…

— Евгений Евгеньевич, можно? — вдруг подал голос аспирант.