Чтение онлайн

– Всё будет чики-пуки, – в завершение сообщил он, – всё сделаем, хозяин доволен будет. А землю куда-нибудь денем и мусор вывезем, надо только с местными таджиками поговорить…

Олег подумал, что словосочетание «местные таджики» звучит столь же комично, сколь и устрашающе.

– Вы пока копайте по плану, – сказал он, – а тогда я узнаю, где правильно.

– Хорошо, – без тени иронии ответил Феруз.

До обеда Олегу так и не удалось узнать, где правильно, так как Вадим по-прежнему был недоступен. Устав находиться в доме под постоянными – как ему казалось – взглядами дизайнеров, Олег решил прогуляться до станции, тем более, что у него был серьёзный повод – он должен был встретиться с Карловичем и узнать, наконец, откуда взялся этот плеер Sony, который, как мы знаем, был совсем не Sony, а Sany.

Обрадованный наличием официального повода свалить из дома, Олег направился к станции. Он теперь знал короткую дорогу, но специально выбрал кружной путь, чтобы подольше погулять по свежему воздуху. Погода была отличной, в прохладном воздухе чувствовалось приближение тёплой подмосковной весны, которая обернётся потом душным подмосковным летом. Олег шёл и думал о хорошем. Настроение его странным образом улучшилось, и он в первый раз за долгое время смог убедить себя в том, что всё, на самом деле, хорошо и дальше, совершенно точно, будет ещё лучше.

Но эйфория, как это часто бывает, длилась недолго – то, что он увидел, подходя к станции, сбрило хорошее настроение под ноль: недалеко от лестницы, ведущей на платформу, бок о бок стояли две машины: милицейский «козёл» и «буханка» скорой помощи. В раскрытые задние двери последней двое невысоких парней в синей униформе затаскивали носилки, на которых лежало накрытое бывшей когда-то белой простыней человеческое тело.

«Наверное, сбило кого-то», – невесело подумал Олег и ускорил шаг.

Сложно описать, что именно он почувствовал, когда увидел войлочную шапку с надписью Spaten, лежащую рядом с правым задним колесом «буханки», а затем не прикрытую простынёй лысину, обрамлённую венчиком редких седых волос. Сначала перед глазами Олега взорвалась, безусловно, невидимая никем другим граната, затем что-то горячее собралось у него в районе солнечного сплетения и резко ударило в макушку. От толчка у Олега на секунду потемнело в глазах и ощутимо повело в сторону. Призрак вчерашней блевотины так отчётливо замаячил в его замутнённом сознании, что он даже ощутил специфический привкус во рту, у самого основания языка.

– О-о-о, ещё один с утра нажрался! – послышалось откуда-то справа.

Выровнявшись на курсе, Олег сообразил, что голос принадлежит некой одетой в серое тряпьё бабке, совершенно неразличимой на фоне придорожных кустов. Олег остановился и внимательно осмотрел источник звука.

– Что зенки вылупил, пьянь коричневая? – в ответ на его удивлённый взгляд прошамкала бабка. – Тоже, небось, под поезд захотел! Нажрутся, а потом во, гляди и того! Тьфу на вас, алкашей!

Бабка выглядела настолько омерзительно, а слова её столь гадки, что ещё не вполне пришедший в себя Олег испытал острое желание швырнуть в неё чем-нибудь тяжёлым, в связи с чем, начал шарить глазами в поисках пригодного для этой цели предмета. Его взгляд остановился на обломке красного кирпича, лежавшего среди себе подобных в небольшой куче строительного мусора, сваленного кем-то у самого края дорожки, по которой Олег двигался до этого. Наклонившись за орудием возмездия, Олег снова испытал небольшое головокружение, но смог сохранить равновесие и выпрямиться.

– Я не расслышал, кто тут пьянь, клизма старая? – задал он риторический вопрос в сторону бабки.

– Ой, батюшки! – заверещала та, сообразив, что именно собирается делать оскорблённый ею Олег. – Батюшки, убивают!

На визг бабки повернулся один из санитаров скорой – невысокий плечистый парень со странной причёской, напоминающей лысеющий одуванчик.

– Что случилось? – спросил «одуванчик».

Олег быстро опомнился и аккуратно за спиной выбросил кирпич.

– Ничего, – сказал он, – абсолютно ничего.

Одуванчик перевёл взгляд с Олега на бабку и обратно.

– Ну, так идите своей дорогой, раз ничего не случилось, – раздражённо произнёс он, – нам тут без вас забот хватает…

Олег предложение проигнорировал и делал несколько шагов в сторону санитара.

– Просто я знаю этого человека, – сказал он, – его зовут Геннадий Карлович Зельдович, он бывший старший оперуполномоченный по особо важным делам, подполковник милиции… мы с ним только вчера общались, договорись сегодня встретиться…

– Пили сегодня? – прервал его речь подошедший справа полицай, который был такого же роста, что и «одуванчик», только раза в два толще.

– Я не пью, – чертыхаясь про себя, ответил Олег, – просто голова закружилась… всё-таки человек мёртвый…

– Документы, будьте добры, предъявите, – не слушая, что говорит Олег, произнёс полицай.

Олег испытал небольшой приступ паники, потом похлопал себя по карманам и, нащупав в одном из них плоский прямоугольник соответствующего размера, облегчённо выдохнул.

– Прошу.

– Т-а-а-а-к, Сорокин Олег Анатольевич, – протянул полицай, попеременно посматривая из-под козырька фуражки, то в паспорт, то на его владельца. – Вы утверждаете, что знали погибшего, так?

– Абсолютно верно, – подтвердил Олег.

– Давно знакомы?

– Пару дней, я у него кое-что покупал…

– Пару дней, понятно… а что делаете в Валентиновке?

– Живу на даче у приятеля, помогаю с ремонтом…

– Адрес назовите.

Олег назвал.

– Та-а-а-а-к, – снова протянул полицай, – вам, наверное, придётся приехать на опознание тела, если мы не найдём никого из родственников.

– Но я же его уже опознал… – начал оправдываться Олег.

Полицай устало посмотрел на Олега сверху вниз, хотя и был ниже ростом.

– Никого вы ещё не опознали, Олег Анатольевич. Вы только высказали предположение. Опознание происходит в морге при соблюдении соответствующих процедур. Это произойдёт не сегодня и не завтра, так что оставьте ваши координаты, мы с вами свяжемся.

Олег продиктовал свой мобильный телефон, а потом, по настоятельной просьбе полицая, домашний, по которому могла ответить только его мама, мало представляющая жизненные перипетии сына.

– Вы говорили, что погибший служил в милиции? – неожиданно спросил полицай.

Олег кивнул.

– Это он вам сказал?

– Да, и удостоверение показал.

Полицай повернулся к санитарам, которые уже затолкали носилки с телом Карловича в «буханку» и, видимо, собрались уезжать.

– Саш, удостоверение наше при нём было? – обратился полицай к «одуванчику».

– Вообще документов не было, – не оборачиваясь ответил тот, – и денег тоже. Хлам один.

Дверь «буханки» противно хлопнула. Олег невольно вздрогнул и посмотрел на полицая.

– Вы можете сказать, что случилось? – наконец, задал Олег тому самый главный вопрос.

– Переходил пути в неположенном месте, был сбит проезжавшим электропоездом, – словно по бумажке ответствовал полицай. – По всей видимости, находился в состоянии алкогольного опьянения.

– Что-то тут не так… – медленно произнёс Олег. – Вчера он был абсолютно трезвым… а сегодня мы договорились встретиться… чушь какая-то, просто поверить не могу…

Он посмотрел на полицейского в надежде увидеть в его глазах сочувствие или хотя бы понимание, но увидел обычную для людей его профессии пустоту и безразличие.