Чтение онлайн

Она имела тот вид, в котором я впервые ее увидел - очень длинный и тонкий нож, изящный желобок вдоль клинка. Она была прекрасна.

Когда-то кто-то объяснял мне, что мы по-настоящему не взаимодействуем с людьми - мы взаимодействуем с образами тех людей, которые находятся у нас в голове. Не знаю, может быть. По мне, если я всажу Великое Оружие в глаз этому типу, получится взаимодействие, достаточно близкое к настоящему положению вещей для любых практических следствий.

– Чего вы хотите?
– практически прокаркал он.

– Снимайте одежду, - сказал я.

Глаза его распахнулись.

– Что вы себе...

Я шагнул к нему, острие клинка застыло в двух люймах от его лица.

– Снимайте. Одежду.

Атранта била дрожь. Обоснованно. Он встал, разаязал пояс мантии, и та упала с его плеч. Под мантией он носил в легкие панталоны желтого цвета.

Их я разрешил ему оставить.

– Подайте сюда мантию, - велел я.

Он смерил взглядом клинок Леди Телдры от острия до рукояти, затем поднял мантию и передал мне.

– Садитесь, - сказал я.

Атрант сел.

Я убрал Леди Телдру в ножны, и он явно расслабился.

– Что вы...

– Заткнитесь, или я отрежу вам язык, - предложил я.

Добыл из плаща маленький острый ножичек, нашел на мантии ближайшую пурпурную нить и перерезал ее. Потом, глядя Атранту прямо в глаза, принялся вынимать нить. Он сглотнул. Пурпурная нить неспешно выходила одним длинным куском; заняло это примерно минуту. Когда я закончил, на полу лежали куски желтого шелка, а в моей ладони собрался моток пурпурной нити. И когда я уронил на пол и ее, то услышал, где-то далеко-далеко, глубокий металлический щелчок.

– Вот так, - сказал я.
– Теперь двери открыты.

Он хотел было заговорить, но кое-кто успел первым.

– Дядя Влад!

– Привет, Девера. Это лорд Атрант, он убил свою дочь, поэтому ты и попала тут в ловушку.

Она повернулась, посмотрела на него, затем снова повернулась ко мне.

– Он мне не очень нравится, - заявила она.

– Ага, и мне тоже. Зато теперь ты свободна.

– Я знаю.

– И та женщина, из-за которой ты оказалась тут - тоже.

Девера кивнула.

– Мне пора идти, дядя Влад. Мне еще надо вернуться во вчера и найти тебя.

– Конечно, - согласился я.

– А ты... ты будешь делать ему больно?

– Я пока еще не решил.

– Может, оно того не стоит.

– Может, и не стоит.

– Но все равно спасибо тебе, дядя Влад.

– Всегда пожалуйста, Девера.

И она исчезла, как всегда. А я придвинул кресло и сел напротив него, слишком близко для вежливо-комфортного положения. Наклонился вперед и сообщил:

– Что вы сделали - я знаю. Я просто хочу понять, почему. У меня имеется подозрение, но надеюсь, что я ошибаюсь, потому что не желаю, чтобы в мире вообще существовал такой... ладно, неважно. Рассказывайте.

Он не стал.

Я проговорил:

– Это Тетия решила задачу, да? Она раскрыла, как добраться до Чертогов Правосудия, чтобы можно было путешествовать в разные миры.

Он рыкнул, что я понял как "да".

– Но вы пока этого и близко не сделали. Вы просто коснулись основы и сейчас готовы расширять платформу до любых пределов, где сумеете найти точки доступа. И для этого дела подрядили друга-демона, который охотно помогал, только теперь вам придется найти другого, потому что этот случайно упал на мой клинок Морганти, когда пытался меня убить. Обидно, да?

Глаза Атранта снова сверкнули.

– Хотя, может, я просто убью вас, и тогда вам уж точно не придется беспокоиться о подобном. Но вот в чем вопрос: почему Тетия должна была умереть? Да не просто умереть, а чтобы она осталась привязана к этому особняку, заперта здесь? О, я знаю, как вы это сделали - вы связали ее с Дорогами Мертвых вашим ключом, вот этой мантией. Эту часть мозаики я собрал. Но почему? Вам нужна была душа, чтобы все это заработало? Нет, не нужна. Был ли это трагический несчастный случай - случайно созданное вами чудовище случайно вырвалось на свободу в тот самый момент, когда работа была завершена? Снова-таки нет. Или это был ее собственный изъян, вследствие которого, разработав эту платформу, Тетия уже не могла ее покинуть? И это неправда.

Вы управляете дверью в логово чудовища. Вы выпустили его, когда я только появился тут, но - вот этот кусок я вычислял дольше всего, - не успели сообщить Армарку, и он решил, что чудовище вырвалось само, и водворил его на место. Забавно вышло, если подумать. Потом вы снова выпустили его, когда я начал возиться с зеркалами, только на сей раз Армарка рядом не было, и я покончил с его жалким существованием. И если после всего этого вам его жаль, вы самый отвратительный лицемер, какого только когда-либо производила на свет эта скорбная Империя. Вы использовали собственного сына - то, что от него осталось, - чтобы убить собственную дочь. Только в тот раз ваш друг-демон играл вместе с вами. Вы запечатали всю структуру, чтобы никто не мог войти, но он приоткрыл маленькую щелочку, чтобы она сумела спрыгнуть - таким образом получилось, что Тетия мертва, а вам даже не надо ничего убирать и избавляться от тела.

Он был вам хорошим другом, всегда готовым взять на себя грязную работу. Я бы сказал, что мне жаль, что я избавился от него, но тогда я совру.

Только это был еще не конец. Когда она умерла, Армарк привязал ее к особняку, и вы могли держать ее тут. Двери парадного входа держали ее душу, чтобы она оставалась в ловушке. Я знаю, что это сделал он, и сделал ради вас, но почему? Вот мой вопрос. Почему вы убили свою дочь и не позволили ее душе двигаться дальше? Чего вы таким образом добивались?

– Если вы собираетесь меня убить, просто...

Я извлек из сапога клинок. Не Леди Телдру, не сейчас - просто стилет, очень неприятный на вид.

– Отвечайте на вопрос.

– Не люблю отвечать тем, кто мне угрожает.

– Что ж, это честно. Никаких угроз.

Я переложил стилет в левую руку, а правой отвесил ему крепкую пощечину. Голова его мотнулась туда-сюда, затем я вернул стилет в правую руку и повторил воздействие уже с левой. Он выпустил подлокотник и подался вперед, и тогда я врезал кулаком ему в живот. Он сполз на пол и скорчился, кашляя и задыхаясь.

Я же спокойно сидел, а минуту спустя проговорил:

– Вот. Видите? Никаких угроз. Хотите, чтобы я снова вам не угрожал?

Еще пара минут, и он, похоже, достаточно пришел в себя для членораздельных речей. Я встал и помог ему снова устроиться в кресле; он сперва дернулся, потом обмяк на сидении.

– Я слушаю, - сказал я.

– Чего вы хотите?

– Почему вы убили свою дочь?

Он вздернул голову и взглянул на меня.

– Я трудился над этим всю свою жизнь...

– Под "этим" вы подразумеваете...