Чтение онлайн

Сидя в приемной доктора, листая журнал, он размышлял о своей интимной жизни. Нельзя сказать, что в последнее время она у него активная, вон он как распалился в конюшне с Дорис. Да и она отозвалась так, что едва не расплавила пуговицы на его ширинке.

— Всего лишь вывих, — объявил доктор Шорт, пропуская Дорис в приемную. — Ты почувствуешь себя гораздо лучше завтра, если пожалеешь свою ногу сегодня. Проследите за этим, Энди. Никаких танцев.

— Слушаюсь, сэр.

— Энди мне не указ, — нетерпеливо вставила Дорис. — Сколько я вам должна, док, за подтверждение того, что я уже знала и так?

— Я пришлю счет. А сейчас мне нужно срочно позвонить по телефону. Так что иди и развлекайся со своим молодым человеком.

Энди открыл для нее дверь и обернулся к Шорту:

— Спасибо, док. Рад познакомиться с вами.

Врач помахал рукой и еще раз предостерег:

— Никаких танцев.

Она еле сдержалась, досадуя при мысли о том, что на городском пикнике никто еще ни разу не приглашал ее танцевать.

— Я бы пригласил вас, если бы вы могли, — словно подслушал ее Энди.

— Благодарю, но я бы не пошла.

— Почему? — Энди казался обиженным. — Чем я не гож?

— Приглашая на танец, вы подсмеиваетесь надо мной, как и доктор, который назвал вас моим «молодым человеком», — съехидничала она, теряя терпение. — Весь город, включая и вас, знает, что я старая дева, в чью сторону ни один мужчина не повернул головы. Надо же: «молодой человек»!

— Прекратите, Дорис. Жалеть себя не в вашем духе.

— Что вы могли понять обо мне за сутки, что знаете, Энди Хаммел? Не так уж много! — тряхнула она головой.

Энди уловил, как сексуально мотнулся ее конский хвост, когда она налегла на костыли. Он не пошел за ней, не позвал ее.

Он решил подождать благоприятного момента, чтобы показать Дорис, что знает о ней больше, чем она думает.

Аукцион корзинок для пикника пришелся на час ужина и проводился в алфавитном порядке. И Хаммел, и Уолстер проходили раньше, чем Симпсон. Задолго до того, как на аукцион была выставлена корзинка Салли, Дорис подумывала о прогулке в другой конец городка.

Словно подслушав ее желание, после рентгеновского обследования Энди избегал ее. Она же скрытно следила за тем, как ловко играл он в бейсбол, победил в турнире по пинг-понгу, проиграл доллар Джеку, поставив на черепаху, которая так и не сдвинулась с линии старта. На пикнике маленького городка новости распространяются моментально.

Как только начался аукцион, он сменил тактику.

— Веселитесь? — спросил Энди, подойдя к ней, когда аукционист объявил первую корзинку.

— О, да, — нарочито зевнула она. — Жутко весело сидеть целый день на одном месте, задрав одну ногу выше другой. А вы?

— Я проголодался.

Дорис не удивилась, поскольку Энди только что закончил партию в волейбол. Он чуть глаза не вывихнул, глядя, как подает Мэгги.

— Корзинка Мэгги всегда стоит дорого, — пробормотала она.

— Вот как? Насколько дорого?

— Трехзначная цифра.

— Тут принимают чеки или кредитные карточки? — Энди достал свой бумажник и посчитал наличные.

— Тут принимают деньги в любом виде, — возник перед ними Джек. Они с Салли держались за руки и улыбались, завидно счастливые.

Надежда Дорис на прогулку по городу испарилась, но тут она увидела нечто другое — недалеко к женскому туалету тянулась длинная очередь. Если встать туда, ей может повезти, она окажется не на виду, когда будет разыгрываться ее корзинка. Можно проторчать там, пока ее не выкупит дед. Это была надежная уловка, она выручила ее уже дважды за последние три года.

Дорис уже взялась за костыли, но тут к ней наклонился Джек.

— Не думай исчезнуть и на этот раз, девочка, — сердито проворчал он. Веди себя хорошо.

— Какой чудный день, — говорила в этот момент Салли внуку. — Я помню такие деньки и аукционы в Техасе.

Она продолжала болтать, восторженно аплодируя, когда продавалась очередная корзинка. Дорис с ужасом ждала неизбежного.

Вскоре объявили корзинку Салли. В бой за нее вступили три городских вдовца: Джек, доктор Шорт и сам мэр. К удовольствию Салли, победил, естественно, Джек.

Когда он пошел за призом, Энди улизнул к автопивной. Следя за ним глазами, Дорис услышала, как аукционист объявил:

— Корзинка Мэгги Уолстер.

Отовсюду посыпались ставки. Городские холостяки жаждали перекусить с упоительной блондинкой. Дорис зажмурилась в ожидании ставки Энди.

— Пятьдесят! — прокричал его глубокий голос.

— Пятьдесят пять! — повысил ставку кто-то.

Третий обожатель предложил шестьдесят.

Дорис знала, что в итоге ставки превысят сотню долларов. Так бывало всегда — втрое больше, чем за другие корзинки. Она старалась не пропустить голос Энди. Каким будет его потолок?

— Обычное или светлое?

Она открыла глаза и увидела его стоящим перед ней с двумя бутылками пива в то время, как справа и слева мужчины поднимали цену на самую желанную корзинку.

— Раз… Два… — громче зазвучал голос аукциониста.

— Обычное или светлое, Дорис?

Оглох, что ли, Энди? Последний же шанс…

— Продана!

— Дорис, обе мне не выпить. Выбирайте. Какие там ставки? Семьдесят пять?

— Сто пятьдесят. — На этот раз Дорис выбрала обычное пиво. — Вы проиграли.

— Проиграл? — Энди щелкнул пальцами. — Вот черт!

— Следующая — корзинка Дорис, — предупредил Джек.

— Отлично, — отозвался Энди, сложив руки на груди.

Отлично, подумала она, страстно желая испариться, исчезнуть из города. Например, используя левитацию. Она потихоньку поднялась бы ввысь и умчалась отсюда. Обратно на ранчо, к лошадям, коровам, цыплятам, в единственную знакомую ей спокойную страну.

— Корзинка Дорис Симпсон!

— Пятьдесят долларов, — тут же предложил свою стандартную цену Джек.