Вальс на свободу
Шрифт:
Волк запрыгнул на кровать и аккуратно улёгся рядом, поверх одеяла, лизнул Таше кончик носа. Пока девушка, уклоняясь от собачьего языка, отвернула голову и вытерла нос, волк, воспользовавшись тем, что ему открылась глубокая рана от сильных укусов Бориса у основания её нежной шейки, стал тщательно зализывать больное место, мягко придерживая голову девушки лапой. Потом он удобно устроился мордой у её груди и замер, всё также, лёжа рядом с девушкой.
Наташа возмутилась было такому самоуправству пса и, даже, попыталась спихнуть его с кровати. Но собака оказалась слишком огромной и на все Наташины пинки не проявляла абсолютно никакой агрессии, только норовила лизнуть её лицо или руки.
— Ладно уж. Спи со мной, — обессиленно вздохнула Наташа, откидываясь на подушки и недоумевая, почему она совершенно не боится этого незнакомого огромного пса. Неужели Димка приучил её бесстрашно относиться ко всем большим собакам?
— Пока не узнаю твою кличку, я буду звать тебя Бор, ладно? Ты чем-то на моего мужа, Бориса, ужасно похож. Только ты намного лучше, — засыпая, пробормотала Таша и положила на зверя руку.
Когда Наташа открыла глаза, уже явно был поздний вечер. Пёс лежал рядом. Она почувствовала, что отлично выспалась и отдохнула. Девушка довольно потянулась. Она бодро пошлёпала босыми ногами в ванную комнату, выглянув по пути в коридор и попросив, разом подскочившую со стула, дежурившую у её двери Настю, принести ей поесть. Слабость в её теле ушла, и даже голову было совсем не больно поворачивать. Посмотрев на свою шею в зеркало, Таша с удивлением обнаружила, то рана полностью затянулась, оставив лишь красноватый шрам.
— Я волку тоже еду сюда принесла. Ничего? — спросила Настя хозяйку.
Горничная сообразила, что альфа целый день ничего не ел, но оборачиваться и отходить от Натальи Викторовны явно не собирается. В то же время, никаких ментальных приказов от него не поступало. Она решила принести альфе мясо на свой страх и риск.
— Это волк? — изумилась Таша.
— Конечно, а кто же ещё? — в свою очередь удивилась Настя.
— Он здесь живёт?
— Ну, да… а где же ещё?
— Давно?
— Так, как этот дом построили, с тех пор и живёт.
— А как его зовут?
— Борис Александрович. — Настя всё больше удивлялась вопросам хозяйки, но послушно отвечала.
— Понятно. Ты иди, Настя. На сегодня свободна. Мне больше ничего не надо, — отпустила Таша горничную.
— Ну твой хозяин и оригинал. Назвать собаку, то есть, волка, своим именем, — неодобрительно качая головой сказала Таша альфе. — Почему я тебя раньше не видела? Где ты жил? Борис тебя прятал?
Зверь обиженно заскулил.
— Ах, ты мой хороший! — приговаривая нежности, Таша с чувством наглаживала волка, чесала за ушами и скулёж перешёл в довольное порыкивание.
Зверь блаженно закатил глаза.
Наступила ночь, а Борис так и не явился. Наташа с облегчением и тайной радостью решила, что он уехал в свою очередную командировку.
Зато волк не отходил от неё ни на секунду. Спал рядом, толкался под рукой по спальне и даже втиснулся своей огромной тушей за ней в ванную комнату.
Глава 11
Бориса не было уже три дня, и, к их истечению, Наташа чувствовала себя прекрасно, по крайней мере, физически. У неё, наконец-то, больше ничего не болело, не ныло, не саднило, не мешало свободно двигаться. Но вот душевное состояние девушки оставляло желать лучшего. Она либо в сопровождении пса уныло бродила по аллеям парка, либо сидела с ноутбуком в своей комнате, решительно отмахиваясь от попыток старшей экономки, Галины Васильевны, приобщить её к хозяйственным заботам.
Пёс вился вокруг Наташи вьюном, немало скрашивая девушке существование в этом, разом опостылевшем ей, месте. Ташина розовая влюблённость в Бориса схлынула без следа. Сейчас она исключительно недобрым словом вспоминала тот случай на зимней дороге, который свёл их вместе, и искренне удивлялась, что был в их отношениях такой период, когда она безумно скучала по этому мужчине, нетерпеливо ждала его, всячески добивалась его внимания, с замиранием в сердце мечтала о будущем с ним.
Однажды, рассматривая их общие фото в ноутбуке, сделанные весной, Таша с тоской поймала себя на мысли, что хотела бы никогда не узнать Бориса. Если бы сейчас можно было откатить время назад, она бросила бы свои, рассыпавшиеся на дороге, вещи и со всех ног сбежала бы с места их встречи.
Для себя Наташа твёрдо решила, что ей не нужен ни дом Бориса, ни статус его жены, ни он сам. Немного поразмыслив, девушка рассудила, что если она не может позволить себе открыто противостоять властному нежеланному мужу, то будет делать это потихоньку, в рамках своих возможностей. Громко спорить или в лоб воевать с Борисом Наташе было просто-напросто страшно. У него — деньги, сила, власть, опыт, а у неё?
Бор ткнулся широколобой башкой ей в ладонь, как обычно, выпрашивая ласку. Наташа погладила пса, в очередной раз поражалась несоответствию его устрашающего внешнего вида и невероятной доброты и нежности этого огромного зверя.
— У меня только ты и есть, мой ласковый волчара, — ласково потрепала Таша пса за холку и почесала за ушами. — Да и то… Неизвестно, за кого ты будешь, когда вернётся твой хозяин.
***
С сентября начались занятия в университете.
Наташа, отправляясь в первый учебный день в город, всерьёз опасалась, что охрана у ворот её не пропустит. На её вежливую просьбу открыть автоматическую дверь, огромный насупленный охранник, сосредоточенно нахмурив мохнатые кустистые брови, несколько минут вопросительно смотрел на сопровождающего её Бора. Потом, растерянно пожав плечами, таки, нерешительно открыл калитку, каждую секунду оглядываясь на пса, будто ожидая, то тот сейчас заговорит.
Бор бежал за ней до самой трассы, где Таша села в проезжающий мимо автобус, перед этим, отдав собаке строгий приказ возвращаться домой.
— Наташка, привет! — одногруппница Маринка подскочила и, обняв, крутанула Ташу вокруг своей оси так, что её сумка ударилась о стену.
— Привет, — недовольно ответила Наташа, поправляя ремешок на плече.
— Слушай! О тебе тут такое болтают! — маленькие любопытные глазки Маринки скользили по Ташиной фигуре, подмечая новую брендовую футболку, стильные штаны и явно очень удобные, премиленькие балетки в тон. Таша состроила равнодушную мину и прошла в аудиторию. С Маринкой она особо не дружила, и эта восторженная встреча в коридоре показалась ей немного странноватой.
На пятом курсе не осталось занятий, которые проводились всем потоком, но и пара десятков глаз, которые уставились на неё с нездоровым интересом, тоже, удовольствия Наташе не доставила.
— Здравствуйте!
— О! Кто это у нас тут нарисовался? Неужели любовница самого Волкова? Та самая, которой его жена рёбра пересчитала и по голове стукнула? — вместо приветствия выдала рыжая стерва Алинка.
— Ещё писали, что ты после больницы отправилась домой на реабилитацию, — с ложным сочувствием произнесла её подруга, Юлька, которая терпеть не могла Наташу с самого первого курса, и всегда была счастлива поддеть её.