Чтение онлайн

Очень похоже на то, что девушки знали квартерона еще с детства. Они тормошили Маджа, обнимали и целовали, он, смеясь, отвечал всем и сразу. Впрочем, Хеннер тоже без внимания не остался. Мадж представил его, как своего коллегу, и на вампире повисли трое девушек… Он от них еле отделался. Ну не интересовали его эти растительные! Сбежав подальше от галдящих девчонок, вампир принялся оглядываться по сторонам. Многие существа пришли компаниями, но многие поодиночке. Вампир, конечно, предпочел бы женщину своего народа. Вот только Хеннер высмотрел едва шестерых соплеменников, и лишь одна из них была дама, и то со спутником. Так что ничего не поделаешь… Из женщин более-менее симпатичными (исключая дриад) выглядели водные девы, элементали, оборотни, альвы, горянки, кикиморы и навки.

Остальные существа либо не подходили размерами, либо были весьма своеобразной внешности. Духи и привидения, конечно, тоже очень ничего, но общение с ними могло быть только «духовным». А вампир рассчитывал на что-нибудь более плотно-физическое. Первые две заинтересовавшие Хеннера дамы дали ему от ворот поворот. Девушка-альв в тонком полупрозрачном платье в ответ на приглашение вампира на танец мило прощебетала, что ждет любимого.

Запросто, что и не врала. Молоденькая симпатичная кикимора окинула вампира внимательным взглядом с головы до ног и отрицательно покачала головой. Хеннер настаивать не стал — вот еще. И вообще, с кикиморами это было чревато — если вокруг тех же альвов крутились их мужчины, следя, чтобы тех никто не обидел, то кикиморы в этом отношении были вполне самостоятельны. На раздражающее их существо и пакость могли наслать, да и просто «приласкать» чем тяжелым и сбежать — а догнать стремительных духов лесов и болот было невозможно. Зато со следующей приглянувшейся дамой вампиру повезло. Он обратил внимание на рыжеволосую девушку в полыхающем золотом платье, с мягко-текучими движениями. Перехватив взгляд вампира, она улыбнулась и кивнула ему. Хеннер, тут же очутился рядом, с галантным поклоном предложив ей потанцевать, девушка не отказалась. Она представилась Эжени, и, судя по огненным искрам, волнами бегающим по ее роскошным волосам, была элементалью огня. С духами стихий Хеннер до сих пор близко не сталкивался… тем любопытней! Во время танца вампир несколько раз оказывался рядом с Маджем — тот танцевал с дриадой. Квартерон, увидев партнершу Хеннера, не упустил случая сделать «круглые глаза» и подмигнул вампиру. Эштина видно не было, чему вампир только порадовался. Наконец он предложил девушке прогуляться — танцы уже порядком достали. Но не успели они отойти от поляны и на десяток шагов, как из-за деревьев вынырнуло трое парней. Одним из коих был здоровяк, с которым вампир играл «в гляделки». Причем смотрелись парни так, что Хеннер машинально шагнул вперед, загораживая Эжени. Хоть это и было глупо — уж кто-кто, а элементаль огня в состоянии о себе позаботиться…

— Господин кровосос решил попробовать с девушками? — глумливо поинтересовался мимолетный знакомец.

— Сопляк-квартерон тебя уже не устраивает? — влез второй, с длинными светлыми волосами. Хеннер сначала не понял о чем речь. К тому же у него не получалось определить принадлежность задирающейся троицы. Выглядели они как люди, но что-то в них было не то. Наконец Хеннер сообразил — при слишком быстрых движениях контуры тел парней расплывались.

— Так почему переквалифицироваться решил? — с сочувствующим видом влез первый.

— Давать, небось, перестал, — ухмыльнулся до этого молчавший третий парень, черноволосый, с пронзительными темными глазами. — Вот кто кому только? Он тебе или наоборот? Наконец до вампира дошло. Эти… обозвали его пидором?!!

Бешенство нахлынуло волной. Да я вас сейчас самих… Твою через колено!!!! Хеннер действовал на уровне инстинктов. Он даже не понял, как в руке оказался засапожный нож. Удар — светловолосый согнулся, по прижатым к животу пальцам заструилась кровь. Следующим взмахом Хеннер попытался загнать нож под ребро темноволосому, тот удар парировал, но не до конца — заработал длинный порез. От второго удара — кулаком в челюсть с левой руки, брюнет защититься не успел и оказался на земле. Зато широкоплечий со всей дури ударил Хеннеру в лицо. Вампир врезался спиной в дерево, противник прижал его к стволу, выкручивая руку с ножом. Клинок улетел в траву, впрочем, вампира это не смутило. Несколько секунд жесткой потасовки и последний противник заматерился, баюкая вывихнутую руку. Хеннер стремительно оглянулся — так и есть. Темноволосый успел оклематься, да и блондин, похоже, уже долечивался. Вампир рванул на второй раунд.

— Прекратить! Из тени деревьев, откуда послышался резкий приказ, вышел незнакомый вампир.

— Пошел ты! — огрызнулся Хеннер, даже не притормозив. Тоже нашелся командир! Он сцепился с брюнетом, как вдруг вновь раздался окрик. В пылу схватки Хеннер не разобрал слов, но противник сопротивляться неожиданно перестал. Хеннер врезал ему еще пару раз, и лишь когда темноволосый очутился на земле, остановился. И услышал негромкое:

— Что здесь произошло? Этот вопрос задал второй незнакомец, похоже, соплеменник задир, его контуры так же смазывались… Хотя и менее заметно. Вампир сплюнул и вызывающе сообщил:

— Не твое собачье дело! Забирай своих ублюдков и проваливай, а то ведь не посмотрю, что ты ни при чем, тоже рожу попорчу! Мужчина нахмурился и уже открыл рот, как вдруг влезла Эжени.

— Ваши соплеменники, Старейший, оскорбили моего спутника, причем без всякого повода с его стороны.

— И как именно? — мягким тоном поинтересовался незнакомец-вампир. Хеннер, при напоминании об оскорблении, непроизвольно сжал кулаки, опять закипая, и испытывая почти непреодолимое желание вновь кинуться на угрюмо переминающуюся с ноги на ногу троицу. С каких хренов эти дебилы… Эжени усмехнулась и встряхнула головой, волосы полыхнули огнем, осветив фигурку девушки с ног до головы. Ехидно сообщила:

— Господа метаморфы озвучили убеждение в его гомосексуальной ориентации. Матеморфы? Ч-черт… То-то Хеннер определить их не мог. В Клане метов не было — маги всех повыбили. Мет-Старейший нахмурился еще сильней. И уточнил:

— Повода не было совсем? Эжени кивнула и твердо добавила:

— Силы свидетели. Старейший уставился на троицу метов, кои принялись ежиться, демонстрируя раскаянье.

— И долго будем молчать? — обманчиво-мягким тоном поинтересовался он. — В чем дело?! Помявшись, широкоплечий пробурчал:

— Ну… Я его с Маджем увидел. Болтали, как подружки, — явно не сдержавшись, мет фыркнул. — Ну я и решил…

— Ты кретин?!!! — вызверился Хеннер. — Какие «подружки»?! Мы работаем у одного нанимателя! И Мадж уж точно не педик — он всех баб в округе переимел! Вдруг Хеннер увидел, как физиономии окружающих расплылись в ухмылках. Даже Эжени. И растерялся — не походил Мадж на извращенца, ну никак!

— Стоп, — уставился на Хеннера вампир. — Ты эмигрант из Клана, верно? Приехал месяц назад или около того?

— Почти, — буркнул Хеннер.

— Не повезло вам, ребятки, — язвительно сообщил вампир метам, при этом издевательски глядя на Старейшего. — И обижаться не на кого.

Смотреть надо, над кем прикалываетесь. Старейший прошипел что-то и, резко развернувшись, исчез в темноте леса вместе с соплеменниками. Вампир сразу посерьезнел, подошел к Хеннеру поближе, резко спросил:

— Закон знаешь?

— Прочел, — осклабившись, сообщил тот. Хеннер действительно внимательно перечитал миниатюрную книжечку, подаренную Джеффом. И понял, почему его дед с бабкой предпочли сбежать с этой «гостеприимной» планетки. Оказывается, все вампиры Анвила, без исключения, находились в кровавой зависимости у своих Мастеров. Это значило, что твоя жизнь и смерть зависит не столько от множества случайностей, сколько от симпатий-антипатий Мастера. Добились поголовного подчинения просто — каждый вампир-младенец подвергался риуалу в течение первых месяцев жизни. Если же ребенок встречал свой первый день второго года жизни «свободным», его убивали. Причем делалось это исключительно в воспитательных целях.

Поскольку инициации легко поддавались вампиры любых возрастов. При их желании и согласии, конечно. Коих ни у одного нормального вампира не могло возникнуть в принципе. В Клане кровная зависимость использовалась только при обращении и то потому, что иначе трансформировать человека в вампира просто невозможно. А когда «птенец» становился самостоятельным, она сворачивалась. Нет, бывали вампиры, не желающие отпускать «птенцов».

Но на таких косились свои же, а при просьбе птенца об освобождении вопрос решался отнюдь не в пользу «мастера». Все это мелькнуло в голове Хеннера почти мгновенно, сейчас, когда он мерялся взглядами с незнакомым вампиром. Вполне возможно, из местной элиты. Хоть по-настоящему «элитой» являлись только Мастера.

Остальные, сколь высокое положение ни занимали, по сути были рабами, постоянно гуляя по лезвию «угоден/не угоден».

— Доволен? И отвали, будь добр. Больше не обращая внимания на вампира, Хеннер повернулся к Эжени.

— Идем? Только нож отыщу… Взяться за поиски он не успел. Резкий рывок развернул Хеннера почти на девяносто градусов. Он очутился с разъяренным вампиром лицом к лицу.

— Ты, сопляк, вздумал хамить? Я тебе не мет… Хеннер вцепился в наглую конечность, крутанулся за спину противника, мигом завернув руку так, что тот заорал. Мельком удивившись — ладно меты, похоже, они не сильнее людей, но так легко заломать соплеменника… Прижался сзади к шипящему и вырывающемуся вампиру, с удовольствием запустил ему клыки в шею, беря через право крови ублюдка в подчинение. На Анвиле же это в порядке вещей, верно?