Чтение онлайн

— И все таки будьте добры, принесите мне образец воды из того насоса, которым вы пользуетесь.

Схватив бутылку с узким горлышком, служанка Жанетта выбежала за дверь и через пару минут, наполненных недовольным сопением мадам Лоран, вернулась с образцом. Доктор повертел бутылку в руках, взболтал воду, наблюдая за осадком, посмотрел ее на свет, покачал головой. Борцы с холерой обменялись многозначительными взглядами.

Капнув водой на стекло, англичанин склонился над микроскопом, покрутил винтик сбоку. Внезапно лицо его просияло от восторга.

— Гримсби, вы только полюбуйтесь! Видите?

— Ну да… вообще да, вижу конечно.

— Каков экземпляр, а? Прямо иллюстрация из журнала!

Но чета Лоранов не разделала эти восторги. Когда врач радуется чему-нибудь столь бурно, это зачастую означает одно — дела у вас настолько плохи, что он уже предвкушает, какой гонорар сдерет за будущее лечение.

— Там холера плавает, да? — Жанетта привстала на цыпочки, стараясь хоть одним глазком заглянуть в диковинный инструмент.

— Хуже, — доктор Сьюард выдержал паузу. — Там инфузория-туфелька.

— Нам с женой нужно поговорить! — прохрипел мсье Лоран, и супруги торопливо удалились в коридор.

(- Он говорит, что нашел в нашей воде какую-то обувь.

— Да быть не может! Кажись, последний ботинок мы выловили из насоса аж полгода назад. Помнишь?

— Как не помнить. Бульон из него получился наваристый.

— Ну так ступай и скажи им, что с нашей водой все в порядке!)

— Уж не знаю, о чем вы толкуете, господа, — елейно улыбнулся мсье Лоран, возвращаясь в кухню, — да только вода в нашем кафе очень качественная.

— Мы ее сами иногда пьем, — подтвердила маленькая служанка, схлопотав от мадам Лоран щипок под ребра.

— И никаких инородных предметов в насосе от века не было.

— Ну разве что попадается иногда угорь…

— Но это лишь означает, что вода чистая! Угорь — он не дурак, в мутной воде жить не станет.

Скептически улыбнувшись, доктор Сьюард пожал плечами.

— Не хочу разочаровывать вас, но дела серьезны. Инфузория-туфелька очень опасный паразит.

— Холера рядом с ней все равно что насморк, — добавил Гримсби.

— Так что боюсь, что мой доклад Императорской Комиссии будет неутешителен.

— А если мы прокипятим воду? — спросила мадам Лоран, всхлипнув как волк, готовящейся отгрызть себе ногу чтобы выбраться из капкана.

— Бесполезно! Инфузория-туфелька отличается повышенной резистентностью к внешнему воздействию окружающей среды.

— Что ее кипяти, что режь, ей хоть бы хны, — сказал мистер Гримсби, переводчик с научного на понятный. — А все потому, что у нее столько ножек, черта с два догонишь.

— Неужели нельзя ничего сделать? — взмолился несчастный ресторатор. В голосе его послышался шорох купюр.

— Увы, мсье. Ведь мы с мистером Гримсби проводим всего лишь предварительный анализ воды, а скоро к вам приедет настоящая санитарная комиссия, — на этих словах мадам Лоран схватилась за голову, — и примет окончательное решение о закрытии вашего кафе. Но если подумать, есть все же один способ…

Доктор Сьюард так красноречиво выделил интонацией многоточие, что Лораны, радостно переглянувшись, пообещали щедро отблагодарить его за совет.

— Найдется у вас серебро?

Судя по всему, совет обещал быть недешевым.

— Найдется, — вздохнула владелица и поспешила умерить аппетит эскулапа, — но совсем немного.

— Жаль! А ведь серебро потребуется, чтобы очистить воду.

— Моя жена совсем позабыла, мсье! — воскликнул мсье Лоран, — У нас уйма серебра — и столовый набор есть, и тот канделябр, который нам подарили на свадьбу, и…

— Хватит одних ложек. Значит так — я все же дам вам совет, поскольку мне не хочется, чтобы ваше во всех отношениях милое заведение потерпело крах, но все должно остаться в секрете.

Лораны и Жанетта закачали головами, как китайские болванчики во время землетрясения.

— Серебро обладает обеззараживающим действием, — произнес доктор Сьюард, таинственно понизив голос. — Когда принесете воду с насоса, налейте ее в большой чан и положите туда… — на мгновение он задумался — … по одной серебряной ложке на галлон. После этого никакие паразиты вам не страшны, можете смело предлагать воду посетителям и делать с ней напитки. Далее, комиссия нагрянет к вам завтра вечером. Разумеется, члены комиссии стетоскопами у вас перед носом махать не будут.

— Инкогнито, значит? — ввернул мсье Лоран научное слово.

— Да. Но мистер Гримсби мог бы описать вам, как они выглядят… Надеюсь, его красноречие будет вознаграждено?

— О, конечно, мсье!

— Один из них — молодой человек, темные кудрявые волосы, одевается, как будто на похороны собрался. Он там за главного, — мистер Гримсби поскреб подбородок, — Второй его помощник — белобрысый такой парень с длинными волосами, одет с иголочки… если у вас есть поварята, пусть держаться от него подальше. С ними еще будет девица.

— А ее мы как узнаем?

Рассказчик ухмыльнулся.

— Если у вас в руках будет поднос, вы его уроните.

— Будет просто замечательно, если вы сразу же преподнесете господам из комиссии кофе за счет заведения, — предложил доктор Сьюард. — Думаю, это настроит их на дружелюбный лад. Ну а вода должна быть настояна на серебре. Поверьте, одного глотка достаточно, чтобы все их подозрения развеялись и они отказались даже от взятия проб.

Выйдя на улицу, партнеры направились в сторону отеля. Улица уже ожила, по мостовой катались омнибусы, набитые спешащими на работу клерками, служанки торопились на рынок, помахивая еще пустыми корзинами. На углу шарманщик крутил ручку своего уныло дребезжащего инструмента. Рядом стоял мальчик с протянутой шляпой, ожидая, что прохожие бросят ему пару медяков за то, что они с дедушкой так здорово поднимают им настроение с самого утра. Несмотря на протесты мистера Гримсби, не желавшего расставаться с честно заработанными деньгами, доктор Сьюард опустил в шляпу 300 франков и улыбнулся мальчугану, чьи глаза на лоб полезли от удивления.

На самом деле, деньги Сьюарду не нужны. Он и взял-то их лишь для того, чтобы владельцы кафе не сочли совет бесплатным, а следовательно бесполезным, и не вздумали его проигнорировать.

Пробурчав что-то про растранжиривание денег, на которые можно серебряных пуль купить, мистер Гримсби отправился в лавку плотника, заказать еще десяток кольев. А доктор Сьюард, помахивая саквояжем, направился в сторону отеля. Краем глаза он успел заметить, как шарманщик, чье мнение о собственных музыкальных способностях вдруг возросло, и его внук пересчитывают деньги. Отдать пачку ассигнаций нищему мальчишке — это, конечно, театральный жест, но так даже лучше. Пусть сцена кажется выдернутой из второсортного романа, но и это совсем не плохо. Именно в романах добро торжествует над злом, а героям все сходит с рук…