Чтение онлайн

…Кристина Даэ ворочалась в кружевной, пропахшей лавандой кроватке, предвкушая Самый Важный День в Жизни Девушки. Наконец-то их души сольются в сладостном дуэте и Эрик обретет все то, чем его так долго обделяла судьба — любовь, заботу, понимание и суп из пророщенной пшеницы. Когда девушка все же задремала, убаюканная мечтаниями, окно отворилось и в комнату, пыхтя, забрался подозрительный тип. Он огляделся. Не секрет, что у оперных примадонн бриллиантов немерено, не говоря уже о таких мелочах, как золотые кольца и цепочки. Но пока что он видел только белого котенка, который, лениво спрыгнув с кровати, подошел и потерся ему о ногу. Грабитель невольно нагнулся, чтобы почесать пушистый комочек за ухом… после чего ему одновременно понадобились услуги портного, хирурга, а так же продавца париков.

…Когда его постояльцы так и не вернулись, Призрак только развел руками. Ничего удивительного, что они удрали, не попрощавшись. Вполне закономерное происшествие. Причем они даже не видели его лица под маской, так что их предусмотрительность заслуживает аплодисментов! А в качестве ренты они оставили Призраку план действий, настолько безумный, что он вполне может сработать. Эрик подошел к столу, на котором лежали две медные фигурки, скорпион и сверчок, и принялся задумчиво полировать их кусочком замши.

… Это был идиотский обычай. Зажженная свеча никого не вернет домой — люди все ж не мотыльки, — зато пробьет солидную брешь в бюджете. Оставлять свет всю ночь напролет — непозволительная роскошь. Кроме того, это просто глупо, подумала мадам Жири, ставя на подоконник третью свечу. Девчонка отправилась на поиски приключений, прихватив с собой деньги, причитающиеся бакалейщику. И завтра же вернется, да только мать ее на порог не пустит! Кому нужна гулящая дочь! Через полчаса мадам Жири поняла, что гулящая дочь нужна именно ей. Еще через час она была согласна даже на Мег с двойней в подоле.

Свечи оплыли, а на небо начало светлеть. Сжимая обломок коралла, подаренный на счастье Ла Сорелли, билетерша читала молитву к Св. Антонию, помощнику в нахождении пропажи. Заручиться помощью святого всегда важно, но вряд ли Антоний сам станет приставать к прохожим, спрашивая, не видел ли кто худенькую смуглую девочку. Так что мадам Жири могла рассчитывать в основном на себя. И, возможно, на еще одного… человека?

Раздраженная донельзя, Сара потерла красные глаза. Не спать всю ночь это само по себе противно, но когда еще и утро начинается с брюзжания!

— Своих не сдают, — безапелляционно заявила совесть.

Саре она представлялась противной девчонкой-задавакой. У совести были растрепанные рыжие косы и пальцы, синие от въевшихся чернил. От нее пахло мелом и уверенностью в собственной правоте. Уперев руки в бока, совесть нетерпеливо постукивала ногой в сползшем чулке.

Фрау Шагал-Абронзиус поморщилась.

— Сдают, и еще как. Совершенно нормально — начать карьеру с предательства своих друзей. Так все поступают. Присвоить авторство статьи, над которой трудились несколько человек сообща. Узнать тему диссертации коллеги и защитить свою на ту же тему, только быстрее. Сплагиатить что-нибудь. Это общепринятый кодекс поведения. Я просто вырабатываю навыки, которые потом пригодятся много раз.

— Они ведь твои друзья!

— Фон Кролоки, что ли? Ха! С такими-то друзьями, врагов захочется крепко обнять. Хороши приятели, ничего не скажешь. Между прочим, они убили моего отца!

— К его вящей радости.

Саре пришлось принять этот аргумент. Ведь упыри не могут войти в дом без приглашения. Таков кодекс чести. Но Шагалы не просто открыли им двери и поманили внутрь, но даже расстелили красную дорожку. Когда жизнь настолько СКУЧНА, даже упырь, мельтешащий за окном, — это уже приятное разнообразие.

Если сложить вместе черепки той посуды, которую родители расколотили во время семейных ссор, можно взобраться на Луну. Зато после смерти отца проблемы разрешились сами собой. Ну и пусть его душа не упокоилась. Окажись старик Шагал в раю, и ангелам придется пройти краткий курс по использованию лютни в качестве орудия самообороны. В аду — что более вероятно — и черти забросят своим прямые обязанности, потому что Шагал научит их гнать самогон из кипящей смолы. Так что «немертвый» вариант был выгодным для всех вовлеченных сторон. Кроме того, папаша был счастлив. Он сам говорил об этом. Каждую неделю отец присылал ей письмо с описанием прелестей вампиризма и горячими приветами от новой мачехи.

Письма были написаны аккуратным, старательным почерком вампира, за спиной у которого стоит граф фон Кролок с кнутом.

Да и за маму волноваться не приходилось. Время от времени Куколь помогал ей по хозяйству: наколоть дрова, починить прохудившуюся крышу, залатать дыру в заборе, составить компанию для ужина при свечах и с бутылочкой вина…

— Какая разница? Суть в том, что вампиры охотятся на людей, так почему бы людям не отплатить им той же монетой? Мой муж будет обоими руками за.

— Так почему ты не пошлешь Профессору телеграмму? Вот и порадовались бы вместе.

— Сегодня же ему сообщу! — сказала Сара, понимая, что извещать мужа ей совсем не хочется.

Дело в том, что Абронзиус был ламиеологом старой закалки. Идеалистом, иными словами. Если провести аналогии, Профессор был из тех охотников, которые идут на медведя с рогатиной, а не роют ямы с острыми кольями на дне, не ставят капканы, не используют медвежат в качестве приманки. Ловить вампиров в их же собственном замке это совсем другое дело, нежели заманивать врагов в западню, воспользовавшись их доверчивостью. Так же нечестно! С другой стороны, есть ли у вампиров понятие о справедливости?

Теперь все сводилось к одному вопросу.

Когда люди сгрудились во дворе, ожидая кровавой бойни, открыл ли фон Кролок ворота?

Откинув голову, Сара заскрежетала зубами. Почему ей так не везет? Почему ей в руки не попадалась ну хоть та же Эржбета! Из-за своеобразных гигиенических пристрастий этой госпожи, девственность в ее владениях стала серьезной проблемой, которую крестьянки старались устранить при первой же возможности. Ох, с каким удовольствием Сара угостила бы чесноком старую перечницу! Увы, ей суждено было напороться на поборников честной охоты.

Ну конечно фон Кролок открыл те чертовы ворота!

Сара попыталась представить себе эту сцену.

Вот граф подходит к тяжелым створкам ворот, отворить которые под силу лишь нескольким мужчинам, и толкает их одной рукой. Оборачивается к слугам, которые сжимают распятия, будто утопающие — щепки от корабельной мачты.

— Но раз уж мы затеяли эту игру, то будем играть по правилам, — раскатился его голос. — Можете идти. Ну же! Здесь нет подвоха. Уходите! Оставьте в покое поклоны — сейчас не до церемоний. Чувствую, что долго мне не продержаться. Поторапливайтесь! А когда вернетесь в свои дома, заприте двери и особенно ставни. Не выходите на улицу после захода солнца, никогда. И детей не выпускайте. Для нас, вампиров, дети это та же еда, только порцией поменьше… И вот еще что — я даю всем вольную. Если я прикажу, вы больше не обязаны приходить по моему зову. Теперь прощайте. Я не требую, чтобы вы забыли обо мне, потому что я еще не раз напомню о своем существовании. Просто будьте осторожны… Пожалуйста.