Ванильные эклеры
Шрифт:
– Благодарю Вас, мистер Стенли. Я Вам, что-то должен.
– Пустяки. У нас же с Вами дружеские отношения – сегодня Вы обратились ко мне, завтра я могу обратиться к Вам. Как Ваш сын? Все-таки, когда избивают вчетвером одного….
– Спасибо, весьма неплохо. Молодой организм! Доктор говорит, что на днях можно будет забрать его домой с соответствующим медицинским уходом. Через полтора – два месяца поправится окончательно. Я боюсь он опять побежит в Китайский квартал, он у нас с детства очень упертый, потому я и обратился к Вам за помощью.
– Вы знаете, мне нравится Ваш сын. Я не знаю, что за история произошла там, но то, что он не стал обращаться в полицию, дабы не навредить этой девушке; и то, что Вы уверенны, что несмотря на такие травмы он не побоится пойти туда снова – это говорит о его мужском характере, даже в столь юном возрасте. Сколько ему лет?
– 19. Вчера исполнилось.
– Ну, что же! Желаю ему быстрейшего выздоровления. А теперь прошу меня простить, у меня есть сегодня еще одно важное дело. Всего хорошего, Лорд Торн.
Важные дела у мистера Стенли последние года четыре были посвящены одному трагическому событию его жизни. Он мстил за гибель жены, которую подорвали в их машине, пытаясь убрать Джона Стенли. За эти годы, он расквитался почти со всеми, кто заказал его убийство, и кто привел его в исполнение. Остался последний, который прекрасно знал, что за ним идет охота, и что остальных уже нет на этом свете.
Джон Стенли родился в довольно бедной семье рабочего с завода и его супруги домохозяйки. Он был младшим ребенком из двойни, у него была сестра двойняшка Шарлотта и старший на 2 года брат Мэтью. Джонни родился очень слабым, врачи предрекали ему скорую смерть. Но мальчик вгрызся в эту жизнь и выжил. Надо отдать должное усердию его матери, он долгое время рос очень болезненным и слабым малышом. Сколько сил стоило этой женщине заниматься здоровьем Джона, остальными детьми и ещё не забыть о доме и муже. Она положила всё ради благополучия родных, до такой степени, что, когда Джону и Шарлотте исполнилось 9 лет, матери не стало. Она сильно подорвала своё здоровье и не обращала на него внимание ухаживая за всеми членами семьи, особенно за Джонни. После ее смерти, отец сильно запил и прожил на два года больше матери. Детей под свою опеку и воспитание забрал родной старший брат его отца Джона, дядя Уильям Стенли. Жены у него не было, не сложилось. Так что он стал приглядывать и содержать племянников, а те, когда немного подросли, стали приглядывать за ним. Дядя Уильям работал вместе с местными бандитами, держал конюшню на несколько лошадей, был хитрым и суровым человеком, но вместе с тем очень любил своих племянников.
После смерти родителей Джонни решил, что больше никто не будет ухаживать за ним пока он болеет, потому что болеть он больше не будет никогда. Как он решил, так и было.
Джон вырос в красивого высокого юношу среднего телосложения, с вьющимися волосами, как и у сестры, которые он предпочитал достаточно коротко стричь. У него были серо-голубые глаза, не острый аккуратный нос, выраженные скулы, волевой подбородок. Даже в юном возрасте он выглядел мужественно и вызывал большой интерес у противоположного пола. Джон быстро догадался о своем влиянии на женщин, и иногда позволял себе за одну ночь быть с тремя разными дамами, которые даже не знали друг о друге. Через правильную протекцию своего дяди, братья Стенли начали работать на главных криминальных авторитетов этого района. В круг их обязанностей входило: ездить на скачки и охранять, драться, убивать, угрожать, выбивать долги, в общем все то, что им велели авторитеты. Осечек в делах у них не было.
Джонни хорошо разбирался в лошадях и умел незаметно оказываться в тех местах, где обсуждали будущих победителей заездов. Со временем Джон стал зарабатывать не плохие деньги на скачках, помимо основного дохода и работы бандитом. Вскоре это заметили авторитеты, но не успели они поставить братьев на место, как произошла бандитская разборка, в ходе, которой были убиты главные авторитеты с двух враждующих сторон. Во всей это кровавой суете Братья Стенли не только не пострадали, но и вместе с дядей Уильям, успели отхватить территории и кусок бизнеса и отстоять его вместе со своими друзьями детства и бывшими подельниками.
Слава о Братьях Стенли росла, они укрепили свое влияние и отвоевывали себе все больше. И основательно закрепляли позиции в бандитском мире Лондона.
Так продолжалось пока Джону не исполнилось 23 года, и в одном из ресторанов Лондона он не встретил свою будущую жену. Этой девушкой была дочь полковника Уайетта Ева. Мать девочки умерла при родах. Ева воспитывалась в строгости и достатке. Росла кроткой и послушной девочкой. Но как это бывает в жизни «плохие мальчики» очень нравятся «хорошим девочкам». Ева сразу обратила на него внимание. А у Джона всегда была слабость к благородным, дорогим вещам, одежде, женщинам и лошадям. Он начал ухаживать за Евой, но получил абсолютный отказ от ее отца в самой грубой форме. Тогда Ева проявила невероятную силу характера, и твёрдо и спокойно сказала отцу, что тогда она убежит с Джонни, если отец не даст им свое благословение. Полковник Уайетт был вынужден сдаться, но выдвинул влюбленным одно условие – Джон закончит с бандитской деятельностью и станет заниматься легальным бизнесом, с которым тесть обещал ему помочь. Так и произошло. Про других женщин Джонни забыл абсолютно легко и не испытывал потребности ни в ком кроме свое любимой жены. По своим каналам и дружеским связям полковник организовал Джону легальный бизнес по поставке золота и железной руды из Африканских шахт, земли с которыми, он успел приобрести во время военной службы. Вскоре этот бизнес стал монопольным в этой части Великобритании. Мэтью Стенли и дядя Уил остались при своих подпольных делах, а Джон стал двигаться, дальше не забывая про семью. Дела с ними он поддерживал косвенно, и всячески прикрывал.
Благодаря своей удачливости, уму и истинно мужскому обаянию Джон со временем заработал уважение и поддержу у некоторых представителей высшем свете Лондона, что позволило ему баллотироваться в Палату Общин. Но друзья не приходят без их недругов. Именно в этот момент, когда уже кажется все получилось, в машину Джона установили взрывное устройство. И по роковой ошибке Ева именно в этот день решила поехать по магазинам и взять машину мужа.
В браке с Евой у Джона родился сын Адам. На момент смерти матери ему было 6 лет. После смерти Евы Джон был одержим местью и уделял сыну крайне мало внимания. Дедушка Джона тоже не нашел в себе силы пережить смерть единственной дочери и отстранился от зятя и внука. В конечном итоге мальчик замкнулся в своем одиночестве и горе.
Первые годы все свое время и силы Джон Стенли тратил на работу в парламенте, будучи представителем от своей партии, проституток, которые хотя бы цветом волос напоминали ему погибшую жену, и разумеется на поиски убийц Евы.
Обустроившись в новой квартире, Беата начала потихоньку искать себе работу. Деньги, которые оставил ей отец еще лежали на счетах и заканчиваться не собирались, но надо было чем-то заниматься и начинать опять новую жизнь. Осознав, что ей совсем нечего носить в современном мире, она начала покупать журналы мод и анализировать. Будучи ребенком, мама любила наряжать Беату как куколку. Все естественно восторгались прелестной девочкой. Но найти свой собственный вкус или стиль Беате к 22 годам так и не пришлось, за исключением одного случая в Париже.
Покинув той роковой ночью отчий дом, вещей она взяла себе крайне мало. Живя у бабушки, ей было не до нарядов, во время учебы в монастыре, у них была скромная форма. После обучения в монастыре в 19 лет Беата по распределению от монастыря попала в помощники к одному пекарю-кондитеру на окраине Парижа. Из его лавки, они почти никуда не выходила, а из одежды у нее было много рабочей робы. Пекарь пытался, отправить ее погулять и развеяться в выходной, но она избегала людей. Несмотря на это, второе ее место работы, было абсолютно абсурдным. Пекарь-кондитер пек на заказ сладости для одного Парижского кабаре. Беата ездила с ним для передачи заказа. В один прекрасный вечер, управляющий кабаре попросил у пекаря оставить свою подмастерью на ночь поработать официанткой. Они были в затруднительном положении, в это вечер не вышли на работу две официантки. Одна заболела, а другая забеременела и вернулась к себе в деревню. Пекарь спросил у Беаты, согласна ли она. Беата быстро отказалась. Ей было страшно, любопытно конечно, одно только слова «кабаре» пробуждает интерес в самом подсознании, но и страшно тоже было, даже очень. Управляющий ее успокоил, сказал, что люди приходят в кабаре со своими дамами, а те, кто пришли сами, пришли ради их прелестных танцовщиц, и смотрят только на сцену. На официанток, там никто не смотрит и не замечает их, это вообще лучшее место для женщины остаться не замеченной никем. Еще он предложил хорошую оплату за один вечер. Немного подумав, Беата согласилась, но спрятала под одеждой нож.
– Мы будем называть тебя Булочка, ты пахнешь ванилью и корицей, – сказал управляющий.
– А по имени нельзя.
– Мы не называем здесь друг друга по имени. Это ни к чему.
В тот вечер нож ей не пригодился. Она хорошо справилась с работой. Была очень внимательна, быстро запоминала и считала. Управляющий оказался прав, всем было абсолютно не до нее, и никто на нее даже не посмотрел ни разу. Униформа в кабаре была достаточно приличная у официанток, так что, когда управляющий предложил ей остаться так работать и дальше она согласилась. Работая на двух работах в униформе, свой гардероб ей опять не понадобился. Проработав в кабаре меньше года, она получила много опыта в изучении поведения мужчин и женщин.
За полтора месяца до ее увольнения из кабаре, с ней начала дружить одна из танцовщиц. Звали ее Сильвия. Но, к неприятному опыту Беаты, Сильвия не собиралась быть ее подругой. В жизни Сильвии было слишком много мужчин, она уже давно не получала от них удовлетворения, а любила девушек. Поскольку Беата ни с кем так и не подружилась, никто не предупредил ее об этом.
В свое время Беата очень любила танцевать и была одной из лучших партнерш для балов круга общения ее родителей в Российской Империи. Поэтому Сильвия подобрала к Беате ключик через танцы. Сильвия начала учить Беату танцевать танго. Девушки приходили сначала раньше на работу чтобы потренироваться. Потом Сильвия стала приводить Беату к себе домой, где они ставили пластинки, танцевали, смеялись и были счастливы каждая по-своему. Но скоро Беата стала замечать, что прикосновения Сильвии и ее дрожь по телу во время этих прикосновений, стали Беате не приятны. В один из таких танцев Беата так вошла в раж, что не поняла, как Сильвия начала целовать ее в губы с языком. Они обнимались и целовались так некоторое время пока Беата не пришла в себя и не оттолкнула ее. Сильвия начала признаваться Беате в любви и дружбе. Но Беата не могла поверить и не могла почувствовать к Сильвии ничего кроме дружбы, которая начала ее отталкивать и пугать. Тогда Сильвия предложила остаться друзьями, но предложить управляющему включить номер с их танго в программу. Беата тут же отказалась. На сцену кабаре она не стремилась никаким образом. Ей не нужно было такое внимание, тем более Беата уже понимала, что от славы танцовщицы кабаре не отмоешься и за всю жизнь. Беата отказалась и хотела уйти, но Сильвия схватила ее и повалила на пол и прижала собой держа руки. Именно в это момент Беата вспомнила про нож, который уже давно носила на кожаной подвязке на бедре. Выкрутив и освободив одну руку, Беата прижала нож к шее Сильвии, та, задыхаясь от сопротивлений Беаты начала медленно ее отпускать из-под себя. Беата молча вскочила и ушла, держа нож оборонительно в руке.