Чтение онлайн

«Интересно, а она меня ждет?» – мелькнула в голове шальная мысль, заставляя сердце трепетаться.

Работа на заводе, семья, быт, – всё это давно превратилось в череду одинаковых дней, медленно ползущих вперёд. Но старая мечта никак не давала успокоиться, терзая по ночам душу. Жена много раз пыталась выяснить, откуда у мужа столько грусти в глазах, но тот лишь отшучивался, оберегая супругу от лишних эмоций. Каждую ночь, лёжа в кровати, Алексей долго не мог уснуть, ворочаясь с одного бока на другой. Вот уже много лет он жил предвкушением предстоящей встречи, если она, конечно, состоится. Отправляя и получая десятки писем, копаясь в архивах, он медленно приближался к своей цели.

И наконец-то после долгих поисков нашёл её, ту самую женщину из мечты. Срочно выпросив у мастера цеха отпуск, вечером того же дня, забросив в сумку самое необходимое и чмокнув на прощание ошалевшую жену с сыном, Алексей рванул на вокзал. Прямой поезд отходил только через сутки, но это было слишком долго, мужчина боялся, что сердце не выдержит ожидания и вырвется из груди.

Думая о своём, Алексей едва не пропустил попутку, в последний момент вскинув руку перед грузовиком, который, проехав ещё метров сто, ударил по тормозам.

– Подбросишь? – спросил молодого парня, немного опустившего водительское окно. Тот молча кивнул на пассажирское место, приглашая забраться в машину.

– Куда путь держишь? – Шофёр с треском включил передачу, и видавший виды «Газик», дребезжа корпусом, словно вот-вот должен был развалиться на болты, гайки и смесь ржавчины с бензином, стал медленно набирать скорость.

– В Кондратьевку. – Алексей ткнул пальцем вперёд.

– Понятно! – перекрикивая шум мотора, кивнул водитель. – В Весёлый поселок?

– Почему «весёлый»? – удивлённо спросил пассажир.

– Его все так называют, – рассмеялся водитель. – Говорят, раньше туда селили асоциальных элементов, алкашей там разных, хулиганов, мелких воришек и прочую шушеру. А чтобы они перевоспитывались, со временем стали строить дома для отставных милиционеров. В результате неизвестно, кто кого споил. Поэтому и «весёлый», мы туда до армии ездили баб тискать. Ух, какие они там крепкие были, не чета нашим рохлям из Миндюкино.

Водитель, продолжая улыбаться, дёрнул рычажок стеклоочистителя, смывая прилипших к стеклу насекомых, которыми был довольно богат всё ещё тёплый воздух.

– Сам-то откуда? – спросил он чуть позже, притормозив перед очередной огромной ямой, пролетев которую на скорости машина могла легко остаться без колёс.

– Из Воронежа.

– Ого, – присвистнул парень, – эво, как тебя занесло. Если не секрет, за каким лешим в такую глухомань прёшься?

– По работе, – уклончиво ответил Алексей. Раскрывать душу перед незнакомым человеком не хотелось.

Шофёр усмехнулся:

– По работе? Это к кому? К бабе Клаве за самогоном или к Петровичу-фермеру договариваться о поставках турнепса?.. Ладно. – Он махнул рукой, обидевшись. – Не хочешь – не говори.

Дальше ехали в тишине, лишь водитель тихонько материл разбитые дороги, ворующих чиновников с их подвалами, забитыми народными деньгами, американцев, положивших глаз на его деревянный туалет возле сарая, и инопланетян, никак не желающих войти в контакт и выдать секрет изготовления тарелки, на которой можно было бы улететь с планеты. Попутно досталось бабе Клаве за низкое качество сивухи и фермеру, не дающему воровать с поля турнепс.

Алексей, откинувшись на спинку сиденья и одной рукой держась за ручку двери, чтобы не вывалиться от постоянной тряски, думал о своём, чувствуя, как с каждым пройденным километром внутри нарастает волнение, потеют ладошки и учащается пульс. Неужели скоро он увидит её? Господи, как же невыносимо сидеть в душном салоне, хочется выскочить и бежать впереди машины или мчаться на крыльях, если бы они росли за спиной. К ней! Скорее! Скорее!!!

Он мысленно умолял водителя посильнее нажать на педаль газа, а машину – ехать чуть-чуть быстрее.

Интересно, а как бы изменилась жизнь, найди он эту женщину раньше? Может, и удалось бы стать счастливым человеком, не таская с собой весь накопленный запас внутренней боли. Он уже и не помнил, когда перестал улыбаться, – казалось, как с раннего детства нацепил на себя грустную маску, так и рос вместе с ней. А ведь так хотелось иметь душевное спокойствие, ясные глаза и маленькую морщинку в уголке губ, которая бывает у тех, кто часто смеётся.

Впереди, в наступающей темноте показались деревенские домики, в некоторых окошках горел свет, создавая уют своим жителям.

– Где остановить? – водитель прервал мысли, взглянув на Алексея. – Вот и Кондратьевка.

– Можно здесь, – встрепенулся тот. – Сколько я тебе должен?

– Обижаешь, – нахмурился парень. – У меня ж не такси.

Поблагодарив шофёра, Алексей выскочил из машины и захлопнул за собой дверь. Обдав его запахом выхлопных газов, «Газик» тронулся дальше, вскоре скрывшись из глаз.

Увидев старика, сидящего на скамейке, мужчина подошёл к нему и с тревогой в голосе спросил нужный адрес, внутренне сжавшись. А вдруг всё это неправда и женщины здесь нет, или всё окажется чьей-то злой шуткой, отправившей его сюда, на край света?

Но старик развеял тревоги. Удивлённо посмотрев на Алексея, он ткнул пальцем в небольшой домик, стоящий аккурат на повороте.

Сглотнув слюну, мужчина направился туда. Открыв перекошенную, недовольно скрипнувшую калитку, вошёл в заросший бурьяном двор, набираясь смелости сделать последние шаги, чтобы попасть в избу, где тускло светилось небольшое окошко.

Несколько раз сильно вздохнув, чтобы немного успокоиться, Алексей постучал в тяжёлую деревянную дверь и сразу вошёл, не дожидаясь ответа. В нос ударил запах деревянного дома, смешанный с табачным дымом и чем-то давно прокисшим. За столом, застеленным пестрой клеёнкой, сидела неопрятная пожилая женщина с одутловатым лицом, рядом держал в руке наполненную стопку заросший щетинистый мужчина. Наступила короткая пауза.

Алексей, боясь, что сердце вот-вот вырвется из груди от нахлынувших эмоций, посмотрел хозяйке прямо в глаза:

– Здравствуй, мама! Это я, твой сын, которого ты оставила в детдоме. Наконец-то я нашёл тебя.

– Ох, ни хрена себе, Нинка, ты даёшь, – хрипло рассмеялся мужчина, игриво подмигнув женщине.

Та равнодушно подняла голову, пьяными глазами взглянула на Алексея, причмокнула:

– Ну, касатик, тогда сходи в магазин, пока не закрылся, да возьми пару бутылок водки. А лучше стразу три, чтобы за добавкой не бегать.

И в этот момент все мечты, страхи, переживания, подготовленные слова, неполученная любовь, неуслышанные сказки, неизведанное тепло материнских рук, домашняя манка с комочками, приготовленная с душой, слезы обиды брошенного ребенка, голодное казённое детство, тревожная надежда куда-то рухнули, провалившись в чёрную дыру, образовавшуюся на месте сердца, на котором громко щёлкнул тяжёлый амбарный замок.