Вархаммер Сорок Тысяч: Страдающий
Шрифт:
Какое-то время он не видел абсолютно ничего, но, постепенно, глаза стали привыкать, и сплошная чернота стала распадаться на более светлые и более темные куски, которые принимали формы мощных стволов, пней, небольших валов, ограничивающих дорогу. Над головой проносились быстрые тени, окатывая его волнами воздуха.
Кроны деревьев плотно смыкались над головой, образуя непроницаемую для слабого закатного солнца завесу, и здесь уже наступала ночь, которой спешили воспользоваться многочисленные животные и птицы, избегавшие встречи с человеком в течение дня.
По мере того, как они углублялись в лес, жизнь вокруг них начинала кипеть все активнее.
Вокруг вспыхивали огоньки глаз. Тени мелькали всюду, хороводом проносясь мимо.
Кто-то на кого-то охотился. Кто-то от кого-то убегал. Время от времени легкий ветерок приносил запах свежепролитой крови - охота бывала удачной.
Все чувства Антея обострились до предела, услужливо рисуя ему картину ночного леса, хотя он не знал, было ли это реальностью или игрой воображения, но в теле росло странное возбуждение. Он даже не осознавал того, что его колени, словно тиски, сжали бока скакуна, заставляя того все ускорять шаг. С медленного галопа он перешел на карьер, но, привыкнув нести тяжеловооруженного рыцаря, ничуть не устал под легким рабом.
Антей захлебывался потоком встречного воздуха, несущего в себе море незнакомых запахов, будораживших чувства, даря не испытываемое ранее наслаждение. Он даже не пытался пригнуться к спине скачущего зверя, из-за чего рисковал быть попросту сдутым с его спины.
Внезапно лес оборвался. Он не мог сказать, сколько длилось их путешествие, но, когда над головой снова раскинулось чистое небо, на нем были видны яркие крупные звезды.
Они оказались на обрыве, покрытом низкой жесткой травой. Зверь перебирал лапами от нетерпения, и, казалось, что будь у него крылья – он бы взлетел. На мгновение Антей испугался, что молг сорвется с этого обрыва, но тот фыркнул и повернул налево. Там был длинный пологий спуск.
Внизу, у подножья скал, словно разрубленных гигантским топором, расстилалась равнина, перемежающаяся вдающимися в нее кусками расползшейся когда-то горы.
Словно разбросанные великаном игрушки, здесь валялись скатившиеся с вершин камни размером с небольшой дом.
Молг рысцой спустился в долину, залитую светом звезд. Он причудливо играл на изломах пород, пластами открывавшимися в разломе. Под разными углами они бросали отблески, из-за которых в глазах долго плавали радужные круги.
Антей отвел взгляд от блестящих кристаллов и посмотрел на землю, куда молг осторожно ставил лапы. В той же короткой колючей траве были разбросаны гильзы. На камнях были видны следы попадания пуль и обожженные, оплавленные аккуратные круги. Он узнавал и это оружие, хотя держать в руках его не приходилось. Это было последствием стрельбы из лазерного оружия. Молг шел шагом, низко опустив голову, к чему-то принюхиваясь. Антей рискнул дернуть за повод, останавливая скакуна. Тот послушно встал, как вкопанный, поводя ушами и помахивая хвостом. Он обернулся, наблюдая, как человек осторожно сползает с его спины.
Все тело Антея ныло от бешеной скачки и он ощутил облегчение, оказавшись на земле. Дальше они пошли бок о бок, изучая место.
Опыт участия в вооруженных схватках, хоть и не самый большой, подсказывал, что здесь как раз разразилась маленькая, но ожесточенная война.
Он оступился, когда его нога съехала с энергетической ячейки лазерного оружия. Чтобы не упасть, он оперся рукой о камень.
На пальцах остались темные чешуйки. Обоняние подсказало ему происхождение этой субстанции. Это была человеческая кровь.
Камни здесь были буквально залиты кровью. Из-за чего бы ни произошла здесь схватка, она не была ни красивой, ни героической, как это рассказывается в многочисленных легендах, неизменно витавших вокруг солдатских костров и под крышами домов простых людей. Байки сказочников и певцов никогда не показывали истинного лица войны. Хотя бы потому, что ни один из них не оказывался к ней достаточно близко, справедливо полагая, что они могут и не вернуться из ее огненной круговерти.
Это всегда была бойня. Простая, лишенная какой-либо романтики.
Вот и здесь остались ее следы – бурые пятна гниющей крови.
А еще вездесущий запах гари. Горелой плоти и обожженного металла, сгоревшего топлива и ткани. Он пошел по направлению этого запаха, оставив молга позади.
Довольно быстро он отыскал источник этих запахов смерти.
Десятки тел были свалены в кучу, которая еще тлела, не в силах сгореть при недостатке воздуха. Видимо, топливом их облили, чтобы сжечь. На них еще можно было различить звериные шкуры и тряпки, играющие роль одежды. Нижние трупы, до которых не добралась горящая жидкость, сохранили свои очертания.
Это был тот самый отряд Гельнара, судя по их виду.
Оборванные дикари, решившиеся на наглый и необдуманный поступок. На что они надеялись, столкнувшись с отрядом Волков, закованных в тяжелую броню и вооруженных стрелковым оружием? Да еще в этой западне с отвесными стенами.
Впереди в темноте раздался тихий шорох. Антей поднял голову.
По пологому склону с другой стороны, в долину спускались, медленно и осторожно, низко пригибаясь к земле, три волка.
Они не почуяли Антея, а вот он почуял их даже за запахом разделявшего их пепелища. Несомненно, они пришли сюда, чтобы попировать. Им повезло. Множество трупов не сгорело, и они еще успеют их растащить.
Эти волки были дикими, поджарыми и тонколапыми, совсем не похожими на боевых волков. Но Антей не сомневался, что следом за этими придут и другие, и кто знает, насколько они осмелеют все вместе.
Волк, шедший впереди клина, поднял голову и посмотрел прямо на него. Скорее всего, даже увидел, но голод безоговорочно толкал его вперед.
Антей начал отступать от кострища, делая шаг назад каждый раз, когда шаг вперед делали хищники.
Тишину прорезал вой. Стая решила узнать, что обнаружили ее разведчики, и все трое, задрав головы к небу, звучно завыли, меняя интонации. Было в этом звуке что-то неуловимо знакомое и притягательное. Антею, вопреки рассудку, тоже захотелось завыть, но он торопливо отбросил безумную идею.
Бесшумно отступая к молгу, он надеялся только на то, что вожак не сообщил стае о нем.
Оказавшись рядом, он вспрыгнул на спину скакуна, все еще ищущего среди камней своего хозяина. Антею пришлось ударить пятками по бокам животного. Молг оскорблено вскрикнул, и где-то наверху раздался шорох, заставляя Антея обернуться. Прямо над ним, хотя и высоко, на выдававшемся вперед камне, застыл крупный волк.
Черная шкура поблескивала, словно зверь был рожден скалой, испещренной прозрачными драгоценными камнями, искрами горящими при свете звезд. Но, разрушая эту надежду, он широко открыл влажную пасть, демонстрируя длинные клыки и рыкнул, сморщив покрытую шрамами морду.