Чтение онлайн

– А что еще говорил тебе Василий Храбрый? – пробормотал князь Даниил. – Что он думает о моей Москве?

– Он считает Москву слабым и захудалым городом! – усмехнулся князь Константин. – Конечно, если сравнить твою Москву с Брянском, легко видна большая разница! Брянск лучше укреплен и куда красивей! Пусть тот город такой же деревянный, как Москва, но терема и хоромы знати, святые церкви – намного богаче! Словом, Брянск – видный город, а Москва – жалкое сельцо!

– Не стоит чернить мой удельный город! – возмутился князь Даниил. – Пусть он поменьше и победней того Брянска, однако не одними хоромами славен город, а добрыми и мудрыми людьми! Но я ничего не слышал о мудрости брянцев…А богатство – дело наживное! Чего же Брянску не быть богаче, если татары не ходят с погромами на его земли? Моя Москва не один раз страдала от татар и полностью выгорала!

– Вот ты сам своими словами даешь оценку суздальцам! – улыбнулся князь Константин. – Разве ваши князья мудры, если постоянно призывают татар друг на друга? Еще твой батюшка, Александр Ярославич, приводил поганых против своего брата, князя Андрея! Также поступали твои братья, великие князья Дмитрий и Андрей! Но так никогда не делали ни покойный Роман Брянский, ни Александр Глебыч, ни его сын Василий Храбрый! Вот это мудрость! Они воевали только в чужих землях: в татарских степях или в Литве! Вот почему брянская земля не тронута врагами и обладает большими богатствами! Почему бы вам, суздальским братьям, не жить между собой в мире?

– Твой язык ядовит, брат Константин! – нахмурился князь Даниил. – Неужели ты забыл, что пребываешь у меня в плену и ешь мой хлеб?

– Не забыл, брат, – усмехнулся рязанский князь, – однако твой плен – не боевая победа, а подлое коварство! Видно ты сам забыл, как взял меня в плен? Но Господь все видит, брат! Поэтому я спокоен и не боюсь твоего плена. И мне не надо твоего хлеба! Отпусти меня в мой удел и не будешь иметь лишних расходов!

– Ладно, брат, – кивнул головой князь Даниил, – я знаю о твоем правдолюбии и бесстрашии. Еще твой батюшка совершил в Орде великий подвиг! Так грубо и оскорбительно говорил с самим царем! Увы, это не от мудрости! За что на тебя обижаться? Ты, брат, пошел в своего батюшку и говоришь все, что взбредет тебе в голову! Любишь судить других, а сам – глумной дурачок!

– Твои слова правдивы, брат, – наклонил голову князь Константин. – Я слишком возгордился и высказал нескромные слова! Никому не дано судить своего ближнего! Человек глуп, но только один Господь мудр!

– Так-то, – пробормотал князь Даниил. – Хорошо, что хоть с этим согласился…А почему бы нам с тобой не заключить союз? Почитал бы меня, как своего батюшку, и жил бы себе припеваючи. Разве это плохо?

– Мне-то не плохо, брат, – тихо сказал рязанский князь, – но моим наследникам будет обидно, что их батюшка продал наследный удел…Да и кому? Хоть бы Владимиру или Брянску! Но уж не захудалой Москве! Твой удел мал, но хочет слишком многого! Позор – подчиниться слабому уделу!

– Мой удел не так уж слаб! – покачал головой князь Даниил. – У меня не один десяток городков! Пусть они пока невелики, но со временем разрастутся. Вот только бы отдохнуть от татарских набегов…А там бы мой удел вырос, как гриб!

– Вот когда вырастет, брат, – вздохнул князь Константин, – тогда и поговорим о твоем союзе…

В это время хлопнула дверь, и в княжескую светлицу вбежал молоденький слуга.

– Пресветлый князь! – крикнул он. – К тебе прибыл всадник из Переяславля. Весь пыльный и грязный! Может послать его в баню?

– Веди же его сюда, мой верный слуга! – закричал, покраснев от волнения, князь Даниил. – Я давно жду вестника из Переяславля! Проси же скорей! А банька успеется!

В светлицу вошел, потный и грязный, дружинник князя Ивана Переяславльского: рослый, светловолосый, длиннобородый, с большими серыми глазами. – Здравствуй, славный князь Даниил! – сказал он, поясно поклонившись московскому князю, а затем, после паузы, отвесив поклон и князю Константину.

– Здравствуй, Федор! – князь Даниил узнал дружинника. – Я помню твои серые глаза! Ты не раз сидел за моим пиршественным столом…Какие же у тебя новости? Как там твой князь Иван, выздоравливает?

– У меня печальное, даже скорбное известие, княже, – склонил голову рослый Федор. – Мой славный Иван Дмитрич, несчастный мученик, скончался пятнадцатого мая в душевных и телесных страданиях!

– Горько это слышать! – покачал головой князь Даниил. – Однако все в Божьих руках…А что с его наследством? Он успел написать грамоту?

– Успел, батюшка князь! – вздохнул Федор. – И решил все так, как обещал тебе в прошлом году в Дмитрове…

– Неужели так?! – вскричал, ликуя, князь Даниил. – Однако же, – он лицемерно опустил голову и сделал вид, что плачет, – горько мне из-за его преждевременной смерти! Это случилось так рано…

– Мой покойный князь Иван, – громко сказал, глядя на склонившегося в лицемерной скорби московского князя, переяславльский посланник, – решил передать тебе, князь Даниил, свой удел и город Переяславль. И написал об этом грамотку…Вот она, смотри же, батюшка, и читай! – Федор достал из-за пазухи свернутый в трубочку пергамент и протянул его обеими руками князю.

Даниил Московский схватил грамоту, быстро развязал красную с золоченой нитью тесьму и жадно стал читать. – Это завещание, брат! – закричал он, глядя на рязанского князя. – Теперь Переяславль – мой! Эй, Хлуд! – позвал он стоявшего в углу молодого слугу. – Беги-ка за моим сыном Юрием! Пусть он бросает все и идет сюда!

Князь Юрий Даниилович не заставил себя долго ждать и стремительно ворвался в отцовскую светлицу, благо, пребывал неподалеку.

– Что случилось, батюшка?! – крикнул он с порога.

– Бери, сынок, людей, – весело сказал князь Даниил, – и своих лучших дружинников: поедешь прямо сейчас в Переяславль!

– Разве умер князь Иван? – удивился Юрий Даниилович.

– Да, сын мой, – ответил, едва скрывая свою радость, князь Даниил. – Он завещал нам свой город и землю. Надо тебе побыстрей туда приехать, чтобы опередить моего брата, великого князя Андрея!

– Опередить не удастся, – буркнул переяславльский посланник. – Его бояре уже там! Они пытались меня задержать, чтобы я не поехал к тебе, князь Даниил! И все хотели осмотреть грамотку, которую успел мне тайно передать князь Иван незадолго до своей смерти! Эти бояре говорили мне, что город Переяславль принадлежит великому князю Андрею, и что только он может, якобы, передать его, кому пожелает! Но я не стал им говорить об этой грамотке, чтобы они ее не уничтожили!

– Благодарю тебя за это, Федор! – улыбнулся князь Даниил. – Теперь ты будешь моим доверенным человеком и старшим дружинником! А теперь иди в баньку и прими заслуженный отдых!

– Мне не нужен отдых, батюшка князь, – покачал головой Федор. – Я лучше поеду с твоим мудрым сыном, князем Юрием Данилычем, и помогу ему! А банька и опочивальня успеют…Сейчас важно не опоздать!

– Ну, если так, тогда поспеши, – кивнул головой Даниил Московский. – А ты, сынок, – он глянул на князя Юрия, – не ленись! Гони в шею тех бояр моего брата Андрея! Пусть уходят к своему непутевому господину! И хорошенько напугай их, чтобы бежали без оглядки! И предупреди их, что если мой брат Андрей полезет в мои дела и осмелится оспаривать эту духовную грамоту, – князь Даниил поднял вверх заветную пергаментную трубочку и помахал ею над головой, – тогда я буду воевать с ним до последнего бойца и никому не отдам свой законный город! Иди же, сынок!