Чтение онлайн

Но блаженны несведущие, потому как такая полуправда позволила Ане продолжать верить в то, что отъезд Виджая связан с неотложными делами.

— Я хотела предложить тебе поехать вместе, — невнятно пролепетала Анна, — но теперь… — Она замолчала, чтобы не произнести вслух свои мысли о том, что раз Саджана нет, то она уже не горит диким желанием куда-то ехать. Сейчас девушка ощущала потребность побыть одной, чтобы зализать душевные раны. Она увидела, что все внимательно смотрят на нее в ожидании окончания фразы. — Но теперь, — продолжила она, — я вижу, как расстроены родители и считаю, что тебе, Виджай надо остаться дома.

— Об этом не может быть и речи, — чрезмерно импульсивно ответил он. — Я уже заказал билеты.

Он обвел присутствующих испепеляющим взглядом. Неужели непонятно, что он не отступится от своего решения?

— Но билеты можно сдать, — вклинилась мать.

— Можно, но не нужно, — чуть ли не выкрикнул он и многозначительно посмотрел на нее. Он понял, что обидел маму и тут же пожалел о содеянном. Он нежно взял ее руки в свои, и сказал: — Мама, я должен ехать независимо от своего желания. Должен, и все тут.

Они поняли друг друга, разделив свой секрет, и мать тяжело вздохнула, не смея возразить.

— Я понимаю тебя, сынок, — ее голос прозвучал необыкновенно печально, будто все беды мира внезапно легли на ее опущенные плечи. — Если надо, то езжай.

— Что значит «езжай», — яростно взревел глава семейства. — Я что-то не понял, мое слово совсем уже ничего не значит в этом доме?

Он намеревался еще что-то добавить, но рука жены легла ему на плечо, и ее голос попытался успокоить разгорячившегося мужчину.

— Уж не думаешь ли ты, что мы с тобой способны изменить решения наших сыновей? Они слишком взрослые, чтобы продолжать прислушиваться к нашим советам. Не мешай им совершать те поступки, которые они считают правильными.

Виджай уехал сразу после завтрака, сумев избежать разговора с матерью, которая хотела обсудить с ним ночное происшествие. Она не желала, чтобы Виджай думал о Саджане, как о непорядочном человеке, способном добиваться расположения жены брата. Однако она не смогла убедить его уединиться для откровенного разговора. Виджай и слышать ничего не хотел! Он намеревался разобраться самостоятельно в себе, в своих чувствах и определиться в дальнейшей жизни, он сослался на скорый вылет и, распрощавшись с обеими любимыми женщинами, нежно обнял отца.

— Я скоро приеду, — пообещал он, садясь в машину.

Анна увидела слезу, мелькнувшую в глазах свекрови. Ей стало жаль эту женщину, столь сильно любящую своих сыновей. Девушка слишком хорошо знала, что отъезд одного из них — Саджана — напрямую связан с ней самой. Она подошла к матушке сзади и осторожно обняла за плечи.

— Простите меня, пожалуйста, — сказала девушка, испытывая неимоверный прилив нежности к свекрови. — Я так виновата перед вами.

Миссис Варма ухватила девушку за руку и притянула к себе, чтобы прижать к груди.

— Ты ни в чем не виновата, дочка. Если бы я нашла в себе силы поговорить с Виджаем до свадьбы, то сегодня ты была бы самой счастливой девушкой на свете. Во всем мне надо винить не тебя, а себя.

Женщина замолчала, не желая больше говорить на эту тему. Оба ее сына уехали из дома, но они оставили ей девушку, которая была так дорога им обоим и которую она должна была сделать счастливой, несмотря на то, что бедная девочка так страдает от навязанного ей брака. Миссис Варма еще крепче прижала к себе хрупкое дите и погладила по голове.

— Мои сыновья покинули дом, но я не чувствую одиночества, ведь теперь у меня есть ты, дочка…

— Неужели ты думаешь, что он должен был поступить иначе? — бросилась на защиту Саджана Наташа. — Ты хоть представляешь себе, что он испытывает, видя тебя рядом со своим братом? Как ты не понимаешь, что его отъезд — единственно верное решение, которое могло было быть им принято.

Аня замолчала, растирая слезы по щекам.

— Я не думала, что мне будет так тяжело без него, — призналась она, шмыгнув носом.

Она устало опустилась на лавочку возле пруда, скрывшись от нещадного южного солнца под сенью раскидистой пальмы. Наташа села рядом и обняла подругу за плечи.

— Ну, брось ты плакать, глупышка! — наигранно весело сказала подруга, пытаясь поддержать раскисшую до соплей Аню. — Чем дольше ты не будешь видеть Саджана, тем лучше для вас обоих.

— Уже две недели, как он уехал, а мне с каждым днем все больнее от этой разлуки, — шепотом призналась Аня, будто открыла невероятную тайну.

— Непристало замужней женщине так убиваться по деверю, — попрекнула ее Наташа и рассмеялась. — Тебе следует переживать, что мужа нет дома и скучать по нему!

Однако ее замечание вызвало новый поток слез, отчего Наташка сто раз пожалела о сказанном.

— Я не могу без него, — разобрала Ковалева причитания Ани.

— Да брось ты! Никуда он не денется твой Саджан. Приедет скоро, вот увидишь!

— И что это изменит? — в отчаянии вскликнула Аня, топнув ногой. — Мы все равно не можем быть вместе!

Наташа тяжело вздохнула, исчерпав все свои запасы слов, уговоров и доводов.

— Ну, подруга, ты уж определись, — вздохнула она, не зная уже как унять Анину депрессию, из которой та не желала выходить. — Раз уж ты сама согласилась на свадьбу с Виджаем, то теперь должна стиснуть свои чувства к Саджану в кулак, не позволяя им одержать над тобой верх.

Заплаканный взгляд серо-голубых глаз взметнулся из-под мокрых ресниц, обжигая Ковалеву непониманием.

— Наташ, как ты можешь говорить так? — удивилась Аня. — Ты же знаешь, как все случилось и почему мне пришлось согласиться.

Наташа виновато потупила взор, но тут же сказала:

— Я-то знаю, но от этого ситуация не меняется. Ты — жена Виджая и должна вести себя соответствующим образом. Ты только представь, что будет, если он узнает о твоих чувствах к его брату! Ты что, хочешь чтобы братья стали врагами по твоей милости? Чего ты этим добьешься? К тому же история с похищением твоего брата до сих пор не завершилась. Или ты уже забыла, что Юрка все еще у бандитов?

Эти слова заметно отрезвили Аню. Она-то, кончено, ничего не забыла. Условие, при котором похитители обещали освободить ее брата, было все тем же — Аня должна покорно исполнять роль жены Виджая. Только они так и не сказали о конкретной дате, когда отпустят Юрку. Было непонятно, что они имели ввиду, когда говорили, что им надо быть уверенными в том, что Аня не убежит с Саджаном. Вот дураки! Да Саджан и сам не позволит случиться этому, ведь для него брат был намного важнее, чем его собственная любовь. Ох уж эти индийцы со своими родственными узами! В России было как-то попроще в отношении кровных родственников. Здесь же, в Индии, слово родителей значило намного больше собственного мнения, любовь братьев и сестер так же была во главе всех желаний и чувств. Сложно было русской девушке понять все эти тонкости экзотической страны. Но раз уж она стала женой индуса, то хочешь — не хочешь, а придется уважать их традиции и негласные законы.